• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision
Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»IQНовостиТОП-14. Самые интересные иностранные экономические исследования 2014 года

ТОП-14. Самые интересные иностранные экономические исследования 2014 года

Информированные потребители реже покупают брендированные товары; любовь к правителям растет перед кризисом; асимметрия экономической динамики в субъективных ощущениях; современный менеджмент в школах и больницах; устройство китайской цензуры; стиль воспитания и экономические успехи детей: самые любопытные и полезные для экономической политики работы, выполненные зарубежными учеными в 2014 году. Версия Оpec.ru.

«Интересность» – понятие субъективное. Любые два списка работ, выделенных по этому признаку, не будут совпадать друг с другом. Для данной публикации отобраны работы, которые могут быть понятны, любопытны и полезны для экспертов, занимающихся смежными областями, а также чиновников, работающих в социально-экономической сфере, и просто людей, неравнодушных к экономическим и социальным вопросам. В список включены только исследования, доступные онлайн. Временные границы условны – некоторые доклады были написаны в 2013 году, но активно обсуждались на семинарах и конференциях в течение 2014 года.

1. Ханc-Иоахим Вос (University of Zurich), Нико Войгтляндер (UCLA). Highway to Hitler

Строительство инфраструктуры может приносить политикам популярность. Этим пользовался Гитлер. Одним из первых проектов его правительства было строительство автобана. Проект использовался в пропагандистских целях. В этом плане он оказался крайне эффективен: как показывают результаты местных выборов в нацистской Германии в ноябре 1933 – августе 1934, оппозиция нацистам быстрее снижалась там, где развернулось инфраструктурное строительство. Строительство дорог помогло становлению диктатуры.

Ранее те же авторы показывали, что у социального капитала есть «теневая сторона». Он помог утверждению власти Гитлера. В городах, где социальный капитал был выше (где выше плотность различных ассоциаций, клубов, хоров и т.д.), нацистская партия быстрее приобретала популярность. Выворачивание привычных представлений наизнанку – фирменная черта Воса и Войгтляндера. У них есть две статьи (первая, вторая), в которых показано, как войны и чума помогли становлению европейских городов и росту благосостояния в средневековой Европе.

2. Хелиос Херрера (HEC Montreal), Гильермо Ордонез (University of Pennsylvania), Кристоф Требеш (University of Munich, CESifo). Political Booms, Financial Crises.

Популярность правительства в развитых странах в последние пять лет перед финансовым кризисом снижается, а в развивающихся – растет. Оказывается, политический бум (рост популярности правительства) – отличный предсказатель финансовых кризисов. Этот индикатор справляется с предсказанием финансовых кризисов даже лучше, чем бурный рост кредитования. Но только для развивающихся экономик. Почему? Из-за репутационного механизма, показал анализ более чем 60 стран с 1984 года.

Правительства в этих странах в среднем больше, чем правительства развитых стран, озабочены своей популярностью. Отсюда их «шорт-термизм», короткий горизонт планирования, склонность к мерам, которые способны подтолкнуть рост благосостояния на небольшом промежутке времени, но в долгосрочном плане ведут к кризисам. Принятие мер, противодействующих еще не начавшемуся кризису, слишком дорого обходится политикам развивающихся стран, и они не решаются на такие шаги.

3. Жан-Эммануэль де Нев, Джордж Уорд (оба – Centre for Economic Performance LSE), Фемке де Кеуленер (Ipsos, ex Gullup Europe), Берт ван Лэндгем (University of Sheffield), Георгиос Кавестос (London School of Economics), Майкл Нортон (Harvard Business School). Individual Experience of Positive and Negative Growth is Asymmetric: Global Evidence from Subjective Well-being Data.

Потребители тяжело переживают циклические спады экономики. Негативная экономическая динамика более чем вдвое чувствительна для домохозяйств, чем позитивная. Это показывают данные Gallup об удовлетворенности жизнью жителей 151 страны, исследование 2,5 млн американских потребителей и данные Eurobarometer за четыре десятилетия.

Подъем и спад экономики влияют на удовлетворенность жизнью ассиметрично: спад обязательно приводит к уменьшению удовлетворенности людей, а подъем далеко не всегда приводит к ее росту. При этом снижение уровня счастья во время спада намного более острое, чем его рост во время подъема.

4. Мэтью Шапиро, Майкл Гелман (University of Michigan, Ann Arbor), Шачар Карив (University of California, Berkeley), Дэн Силверман (Arizona State University), Стивен Таделис (University of California, Berkeley, Haas School of Business). Harnessing Naturally-Occurring Data to Measure the Response of Spending to Income

Панельные исследования потребительских расходов и доходов весьма дороги и позволяют анализировать данные с большой задержкой. Теперь есть возможность измерять потребительскую активность в режиме реального времени благодаря мобильным финансовым приложениям, социальным сетям и онлайн-коммерции, но официальная статистика еще не научилась ею пользоваться.

Исследователи проанализировали транзакции за десять месяцев, сделанные 75 тысячами пользователей приложения Check (выборка из 1,5 млн пользователей этой программы), помогающего управлять кредитками, банковскими счетами, страховыми полисами, счетами за жилье, кредитами и пенсионными счетами.

5. Анат Адмати (Stanford University GSB). The Compelling Case for Stronger and More Effective Leverage Regulation in Banking.

Избыточная долговая нагрузка банков – причина банковских кризисов, угроза экономике, а вследствие госпомощи крупнейшим банкам – прямой вычет из общественного блага. Однако регулятивные новации и в США, и в Европе лишь подступаются к этой проблеме, не решая ее радикально. Таким решением должно быть серьезное изменение подхода к финансированию банков. Активы банков должны финансироваться за счет капитала, а не долга, в противном случае банки перекладывают свои потери на потребителей и общество. Сейчас для многих крупных банков такое финансирование составляет менее 3%, а во многих случаях вообще 1%. Чтобы банки стали безопасными для общества, капитал должен составлять не менее 30% активов. Кроме того, необходимо отказаться от взвешивания активов по степени риска, поскольку оно не учитывает, что в результате изменения ситуации в экономике и на рынках оценка рисков мгновенно и существенно изменится.

Как показывают коллеги Адмати по Stanford GSB Уилл Горналл и Илья Стребулаев, нынешняя регулятивная система подталкивает банки к избыточному принятию на себя рисков. А гарантирование вкладов побуждает к избыточному риску банковских вкладчиков. Удвоение требований к капиталу снизит банковские риски на 90% без существенного повышение банковских ставок. Как должны быть построены контракты инвесторов с управляющими инвестиционными, пенсионными и прочими фондами, чтобы у менеджеров не возникало склонности к излишнему риску, демонстрирует работа Питера де Марзо (Stanford GSB), Дмитрия Ливдана и Алексея Чистого (оба – Haas School of Business, University of California, Berkeley) .

6. Николас Блум (Centre for Economic Performance, Stanford), Рафаэлла Садун (Centre for Economic Performance, Harvard), Джон ван Ринен (Centre for Economic Performance, LSE). Does Management Matter in Healthcare? Те же и Рената Лемос (Centre for Economic Performance, Cambridge University). Does Management Matter is Schools

Как показывает статистика, собранная в 2000 больницах в Бразилии, Канаде, Франции, Германии, Индии, Италии, Швеции, Великобритании и США, управленческие практики оказывают серьезное влияние на результаты деятельности медучреждений. Например, на процент людей, выживающих после инфаркта, и на финансовые результаты больниц. При этом качество управление выше в больших частных больницах, работающих на более конкурентных рынках (см. отдельную статью, посвященную доказательству этого тезиса).

Аналогичная статистика, собранная в более чем 1800 школ восьми стран демонстрирует, что качество менеджмента серьезно влияет на результаты их деятельности.

7. Альберто Алесина (Harvard, Igier Bocconi), Франческо Пассарелли (Bocconi and Università di Teramo). Loss Aversion in Politics

Эффект избежания потерь важен не только в инвестиционном менеджменте, но и в политике. Избиратели принимают решения рационально, базируясь на своем понимании приобретений и потерь в случае реализации той или иной политики. При этом их готовность к риску низка: страх потерь имеющегося благосостояния перевешивает его возможное увеличение (связанное с рисками). Это может приводить к блокировке перемен – долгому сохранению статус-кво. Из-за этого искажается структура реформ – сначала их приходится делать более плавными, а в следующие годы реализации – более радикальными.

8. Мориц Шуларик (University of Bonn, CESifo), Катарина Кноль (Free University of Berlin), Томас Штегер (Leipzig University, CESifo). No Price Like Home: Global House Prices 1870-2012.

Авторы этой работы собрали базу данных, позволяющую отследить ежегодные индексы цен на жилье для 14 развитых экономик почти за полтора столетия. Из нее видно, что цена жилья оставалась в реальном выражении стабильной вплоть до середины XX века – резкий рост цен начался только в последние десятилетия. Его причиной стало не увеличение издержке строителей, а растущая цена земли. До II Мировой войны цена земли не роста благодаря снижению транспортных издержек и росту предложения, а после нее эти факторы уже не работали. Между тем ужесточение регулирования оборота земель и их использования подтолкнули рост цен. Земля и жилье стали рассматриваться как инвестиционные активы.

Соединив базу данных о ценах жилья с монетарной статистикой, Шуларик вместе с Оскаром Йордой (FRB of San Francisco) и Аланом Тейлором (University of California)показали, что слабая монетарная политика (например, режим фиксации валютного курса) ведет к относительному непостоянству процентных ставок, кредитно-жилищным бумам и финансовым кризисам.

Другая работа этого же трио доказывает, что за XX век доля ипотеки в банковских активах удвоилась. Соответственно, вырос ипотечный долг в отношении к пассивам домохозяйств. Это привело к росту финансовых рисков, при этом финансирование жилья вышло на первые позиции среди причин макроэкономических кризисов.

9. Тобиас Кречмер (LMU Minich, Ifo), Кристиан Пьюкерт (University of Zurich). Video Killed the Radio Star? Online Music Videos and Digital Misic Sales

Доступность видео-клипа с музыкальным треком на YouTube абсолютно не мешает продажам этого трека в iTunes. Когда трек с альбома удаляется из YouTube, его продажи падают на 1-3%. Это исследование мотивировано рестриктивной политикой относительно онлайн-видео: по требованию ассоциации правообладателей в Германии блокируется показ чуть ли не всех музыкальных видео-роликов; даже в Афганистане и Южном Судане интернет более свободный. Это напрасные меры: различные электронные каналы дополняют друг друга, и доступность трека в одном из них повышает продажи в другом. Механизм этой связи – “Try before you buy” (попробуй, а потом купишь). Таким образом, видео-платформы помогают покупателям сделать информированный выбор (популярное изложение исследования см. здесь).

Как показано в статье “Making money by giving it for free: Radiohead’s pre-release strategy for In Rainbows” Марка Буро (Telecom ParisTech), Пинар Доган (John F.Kennedy School of Government, Harvard) и Сунман Хонг (Seoul Yonsei University), группа Radiohead, выложив свой альбом для свободного скачивания, только увеличила продажи CD. Но эта модель едва ли применима ко всем группам, снижает ее шансы на успех и развитие технологий.

10. Стефано Делла Винья (University of California Berkeley), Рубен Дюранте (Sciences Po), Брайан Найт (Brown University), Элиана Ла Феррара (Bocconi University, IGIER). Market-based Lobbying: Evidence from Advertising Spending in Italy.

Когда политик контролирует бизнес (а в Италии политиков не обязывают продавать компании, которыми они владели до избрания), у остальных корпораций появляется новый канал лоббирования: они могут влиять на политиков через контролируемые ими компании. Близкий политику бизнес получает “лишние” доходы, а компании, давшие ему дополнительные заказы – надежду на благоприятное отношение регуляторов.

Исследователи проанализировали рекламные расходы корпораций в 1993-2009 годах, когда премьером был Берлускони, владелец крупнейшей в Италии частной ТВ-сети, Mediaset. Действительно, доходы ТВ-сети в этот период от рекламы существенно выросли (на 1 млрд евро – 20% рыночной стоимости компании в 1997 году). Рост доходов не был связан с ростом аудитории ТВ (она оставалась постоянной) и происходил благодаря росту цены рекламы у Mediaset в то время как у государственного ТВ цена рекламы падала. Компании, которые пользовались этим “лоббистским каналом”, получали преференции от властей – они оцениваются примерно в 2 млрд евро. При Берлускони канал эффективно работал.

11. ГариКинг, ДженниферПен(оба – Harvard University), МаргаретРобертс(University of California, San Diego). Reverse-engineering censorship in China: Randomized experimentation and participant observation.

Авторы впервые провели масштабный контролируемый эксперимент, позволяющий понять, как устроена цензура в Китае.

Первый вывод: подтвердилась гипотеза, что цензура не направлена на предотвращение критики китайских властей. Постинги с позитивным и негативным отношением к власти на одну и ту же тему цензурировались с равной вероятностью. Цель цензуры другая – предотвратить возможность антиправительственных коллективных акций, их обсуждение и упоминание. Постинги с упоминанием таких акций цензурируются независимо от того, как их авторы относятся к правительству.

Второй вывод: государство ставит перед интернет-сайтами задачи по результатам цензуры, но не диктует методов достижения результата.

Допускаются и поощряются инновации в цензурном деле. Одни сайты применят премодерацию (отложенная публикация всех постингов; их автоматический обзор; публикация поста, если он прошел премодерацию). Другие публикуют все подряд, но затем тексты, тема которых связана с коллективными акциями, анализируются цензорами.

12. БруноФрей(University of Zurich, CREMA), ЛассШтайнер(University of Zurich, University of California, Berkeley). God does not Play Dice, but People Should: Random Selection in Politics, Science and Society.

Выбор по жребию может стать отличным инструментом принятия решений в обществе. Он не связан с произволом – это просто процедура, обеспечивающая четкую математическую регулярность, статистическую случайность.

Решение, доверенное жребию, сыграло огромную роль в истории, особенно в античной Греции и средневековых итальянских городах-государствах. Преимущества жребия: в значительной мере исключаются проблемы, связанные со взяточничеством и коррупцией, а также расходы, связанных с организацией выборов. Процедура выбора по жребию применима к политике, юриспруденции, экономике, науке и культуре. Она позволяет четко организовать пропорциональное представительство от субъектов и их групп, среди которых выбирается представитель. Кроме того, сама процедура способствует своему постоянству: у пришедшего к власти по принципу случайности индивида нет моральных оснований узурпировать власть: он должен уступить место следующему.

13. Мэтью Генцков, Джесс Шапиро, Жан-Пьер Дюбе (все – Chicago Booth), Барт Бронненберг (CentER и Tilburg University). Do Pharmacist Buy Bayer? Informed Shoppers and the Brand Premium.

Чем более информированы потребители, тем меньше среди них желающих покупать брендированные товары в гомогенной продуктовой категории (если по сути товар одинаков независимо от его производителя). Так, среди фармацевтов всего 9% покупают аспирин производства Bayer (зная, что точно такая же таблетка от небрендированного производителя стоит в 3,16 раз дешевле), а среди обычных покупателей – 26%. В случае с солью, сахаром и содой информированные покупатели (повара) покупают небрендированный товар в 77% случаев, а неинформированные – в 60%.

Чикагские экономисты распространили это исследование на товары 241 категории (еда, питье, товары для здоровья) и доказали, что значительная часть потребления брендированных товаров объясняется неинформированностью. В США на брендированные товары в этих категориях тратится порядка $196 млрд в год, и если бы потребители разобрались, что покупают, их траты могли бы уменьшится на $44 млрд. Если бы все покупатели стали настолько же информированными, как терапевты или фармацевты, а цены на брендированные и небрендированные средства от боли остались прежними, прибыль производителей брендированных товаров упала бы очень существенно – наполовину, или на 19% от их суммарных расходов.

14. Акос Лада (Harvard University). The Clash of Brothers.

Вероятность войн значительно выше между нациями с общей культурной идентичностью, если у них разные политические институты, показывает молодой гарвардский исследователь.

Акос Лада проанализировал базу межгосударственных военных конфликтов почти за 200 лет и базу данных культурной близости наций. Механизм описанной выше связи таков: когда в одной из двух родственных стран граждане становятся более свободными, элиты второй страны чувствуют угрозу: «поветрие» может распространиться и на их страну. Это заставляет авторитарного лидера из этой страны использовать силу против соседей, убеждая свой народ, что они не братья, а враги, выяснил автор исследования, рассмотрев опыт борьбы Северной и Южной Кореи. В приложении к статье ученый показывает, что государственное северокорейское агентство новостей стало значительно резче описывать происходящее у южного соседа после 1987 года, когда там произошла демократизация.

В работе Энрико Сполаоре (Tufts University) и Романа Вакцьярга (Wacziarg, UCLA).War and Relatedness доказывается, что кроме культурного сходства и политических различий, важна еще и генетическая близость: чаще всего воюют друг с другом народы, находящиеся в состоянии близкого родства. Этот вывод верен с поправкой на географическую близость таких стран, уровень развития в них демократии и международной торговли.

Возможны два объяснения:

  • генетически близкие народы имеют сходные предпочтения, для них ценны одни и те же ресурсы, что и вызывает войны;
  • у них часто одинаковые предпочтения относительно формы общественного блага и формы правления, поэтому их правители испытывают не слишком большие сложности, пытаясь расширить свою власть на прилегающие территории.

***

Список интересных исследований-2014 крайне сложно ограничить 14. Поэтому ниже представлен перечень еще нескольких работ, весьма достойных прочтения.

A) Маттиас Допке (Northwestern University), Фабрицио Зилиботти (University od Zurich). Parenting with Style: Altruism and Paternalism in Intergenerational Preference Transmission.

Авторы показывают, что родители могут передавать детям ценностные преференции посредством прямого ограничений на них (патернализм) или непрямого влияния. Выбор стиля сказывается на благосостоянии и экономическом успехе детей. Авторитарный стиль воспитания в упадке в развитых странах и в странах с меньшим уровнем неравенства. Предоставление детям большей свободы становится для родителей все более “выгодным” (благосостояние детей увеличивается) по мере удаления обществ от аграрного.

B) Бруно Пеллегрино (UCLA), Луиджи Зингалес (Harvard University). Diagnosing the Italian Disease.

Остановка роста производительности труда в Италии на протяжении двадцати лет не объясняется ни вступлением в зону евро, ни избыточными ограничениями на рынке труда. Причина в том, что итальянские фирмы не смогли успешно конкурировать с китайскими и использовать преимущества технологической революции. Одной из важнейших причин этого, в свою очередь, является «итальянская болезнь» – семейственность, «капитализм для своих», которому Зингалес и Раджан посвятили целую книгу еще в начале 2000-х годов. Проблема в недостатке меритократии, когда управленческие решения на уровне государства и отдельных фирм базируются на дружеских и родственных связях, а конкуренция неполноценна.

«Капитализму для своих» по-американски посвящена работа Малколма Салтера (Harvard University) Crony Capitalism, American Style. Он находит примеры «итальянской болезни», например, в субсидировании сахарной промышленности, регулировании здравоохранения, в связях между промышленниками и конгрессменами, коррупции и многочисленных примерах конфликта интересов. В 2008-2010 годах налоговые льготы и субсидии достигли 222,7 млрд долларов, при этом в основном они концентрируются в нескольких отраслях: финансах, телекоме, энергетике и ТЭКе.

C) ФранческоФарина(University of Siena), СтефаниаОттоне(University of Milan-Bicocca), ФеруджиоПонзано(University of Eastern-Piedmont). What kind of Welfare State do you prefer? An experiment on framing the social insurance scheme.

Способности людей влияют на их социальные предпочтения, показал эксперимент. Стремление к равному распределению богатства между членами общества и вознаграждению по заслугам коррелируют с оценкой собственных шансов преуспеть. Получается, что «левые«, перераспределительные идеологии – своего рода «религия неудачников».

К «правой» идеологии может подталкивать и незаслуженный успех, показано в статье с участием Эндрю Освальда (University of Warwick). Люди, выигрывавшие деньги в ходе лотереи, меняли свои идеологические предпочтения на более «правые» (исследователи сравнивали взгляды людей до и после выигрыша), причем этот поворот был тем заметнее, чем более крупный выигрыш им доставался. Но важны и правила игры. Если успех не очень зависит от личных усилий, люди выступают за перераспределение, доказывает еще одно итальянское исследование. Наоборот, если у людей есть возможность «апсайда» (работают лифты), перераспределение привлекает их меньше.

D) Альберто Алесина (Harvard, Igier Bocconi), Паола Джулиано (UCLA, Anderson School of Management). Culture and Institutions.

Статья «Культура и институты» – лучшее обзорное изложение достижений данной области исследований, ее рекомендуется прочитать тем, кто пропустил вышедшие в последние годы работы о социальном капитале, доверии, обычаях и их влиянии на экономику.

Алесина и Джулиано рассказывают, как и зачем измерять все эти, казалось бы, неизмеримые сущности. Эта обзорная статья не содержит новых сведений, но авторы за последние годы и так внесли мощный вклад в изучение влияния культуры на экономику (статья Family Ties – о влиянии структуры семьи на формирование рынков труда; Family Values and the Regulation of Labor; Democracy and Reforms; Nation Building; The Transmission of Democracy: From the Village to the Nation-State – о переходе демократических институтов с местного на национальный уровень; Preferences for Redistribution и др).

E) Оливер Харт, Луиджи Зингалес (оба – University of Chicago). Banks Are Where The Liquidity Is.

Крах банков обходится государству намного дороже, чем банкротство сравнимых с ними по размеру корпораций реального сектора. Почему? Обычное объяснение – тесная связанность банков друг с другом: пошатнувшийся элемент по цепочке вызывает падение многих других.

Харт и Зингалес показали, что даже если абстрагироваться от этого фактора, крах банка ведет к большим потерям в благосостоянии, чем банкротство корпорации из реального сектора. Дело в том, что экономические агенты нуждаются в ликвидности, и те, у кого эта потребность выше, держат свои средства в банках. Поэтому банковский шок ведет к диспропорционально большому шоку как раз для тех экономических агентов, которым ликвидность нужнее всего, а это вызывает сильный спад общей экономической активности. Поэтому оптимальный ответ властей на такой шок – помогать не банкам, а затронутым их падением экономическим агентам.

F) Дарон Аджемоглу (MIT), Джеймс Робинсон (Harvard), Суреш Найду (Columbia), Паскаль Рестрепо (MIT).Democracy Does Cause Growth.

Экономический рост в демократических странах значимо выше, чем в недемократических. Подушевой ВВП в демократических странах при прочих равных на 20% выше, чем в недемократических на долгосрочном отрезке времени (рассмотрена панель стран на протяжении полувека, 1960-2010 годы). В демократических странах больше инвестиций, выше качество человеческого капитала, лучше с предоставлением общественных благ, меньше социальных волнений. Подтверждений тому, что для бедных стран больше подходят недемократические режимы, авторы не нашли.

Однако вывод Аджемоглу отнюдь не бесспорен. Каролин Френд (The Peterson Institute for International Economics) и Мелис Джауд (World Bank) полагают, что все значительно сложнее. Они считают, что позитивный эффект на экономику оказывает не демократизация, а сама по себе смена политического режима (в какую бы сторону он не менялся). При этом дивиденд для роста получали только те страны, которые меняли режим быстро.

G) Антон Черемухин (FRB Dallas), Михаил Голосов (Princeton, РЭШ), Сергей Гуриев (Sciences Po, РЭШ), Алекс Цывинский (Yale). The Economy of People’s Republic of China from 1953.

Рост совокупной факторной производительности (СПФ) и, главное, снижение барьеров на рынке труда сыграли важнейшую роль в росте благосостояния китайской экономики после 1953 года. При этом в первые двадцать пять лет китайские результаты превзошли даже рост СФП во время весьма успешной экономически сталинской индустриализации. Но еще выше экономический рост в Китае был бы, если бы политика стимулирования экономического роста, взявшая верх после 1978 года, применялась и ранее.

H) Донна Харрис (University of Oxford), Бенедикт Херрманн (European Commission), Андреа Контолеон (University of Cambridge). Is it a Norm to Favour Your Own Group?

На внутригрупповом фаворитизме основан патриотизм, эгоизм и другие поведенческие практики, противоположные альтруизму. Но насколько он присущ людям, считается ли он нормой или нарушением нормы? Эксперимент Харриса показывает, что людям присущ релятивизм. Будучи членом группы, они воспринимают внутригрупповой фаворитизм в ее пользу как «естественную» социальную норму. Но фаворитизм в пользу «чужой» группы считается отклонением от нормы эгалитаризма и наказывается – даже за свой счет. Если же человек не принадлежит ни к одно группе, фаворитизм его вообще не заботит, и он считает нормальным и групповой фаворитизм, и его отсутствие.

Поскольку в реальной жизни люди являются членами разнообразных групп, понятно, что фаворитизм процветает, а альтруизм распространяется значительно хуже. Процветает фаворитизм и в политической жизни, показывает Харрис в другой работе, причем она распространена и среди тех движений, которые декларируют борьбу с коррупцией.

I) Эдвард Лэзер (Stanford University GSB), Кэтрин Шоу (Stanford University), Кристофер Стэнтон (London School of Economics and Political Science). The Value of Bosses.

Как и насколько сильно супервайзеры повышают продуктивность работников? Или, что то же самое, приносят ли линейные менеджеры добавленную стоимость фирме? Анализ производительности труда почти 24 тысяч работников и двух тысяч супервайзеров за 2006-2010 годы показал, что эффект, который оказывают последние, достаточно велик. Измерялся эффект линейных менеджеров, которые непосредственно руководят деятельностью работников в промышленности и торговле.

Оказалось, что «качество» боссов очень сильно отличается. Замена менеджера из нижнего дециля по качеству на менеджера их верхнего дециля увеличивает продуктивность команды так, как если бы в коллектив из 9 человек был бы нанят десятый работник. А средний менеджер добавляет к продуктивности команды примерно 1,75 стоимости, производимой одним работником.

J) Маркус Браннемейер (Princeton), Изабел Шнабель (University Mainz). Bubbles and Central Banks: Historical Perspectives.

В статье дан обзор известнейших финансовых «пузырей» за последние 400 лет и проанализирована реакция нацбанков на них. «Пузырям» часто предшествовала экспансионистская денежная политика, кредитные бумы, приток капитала, финансовые инновации или дерегулирование. Наиболее тяжелыми оказались последствия от «пузырей», связанных с кредитными бумами, когда у участников рынка велико долговое бремя.

K) Брэндон Фуллер, Пол Ромер (оба – NYU Stern, Marron Institute of Urban Management). Urbanization as Opportunity.

Сейчас в крупных городах живут 2,6 млрд жителей из развивающихся стран. За ближайшие сто лет это число утроится. Рост благосостояния ставит перед развитием городов гигантские проблемы – потребуется больше земли, жилья, возникнут новые экологические угрозы. Ареал существующих городов в этих странах должен будет вырасти в шесть раз. Города могут справиться с таким ростом, но потребуется очень четкая политика. В развитых странах рост городов практически остановился, через два столетия он замедлится и в развивающихся странах.

L) Эндрю Освальд (University of Warwick), Ричард Дорсетт (National Institute of Economic and Social Research, London). Human Well-Being and In-Work Benefits: A Randomized Controlled Trial.

Политики полагают, что они могут помогать людям. Но так ли это в действительности? В социальном эксперименте в Британии участвовали 16 тысяч безработных. Им была предоставлена помощь в получении работы. Но пять лет спустя оказалось, что группа людей, которым была предоставлена помощь, психологически находятся в существенно более тяжелом состоянии, чем те, кто помощи не получали.

M) Джереми Стейн (Harvard University), Даррелл Даффи (Stanford University). Reforming Libor and other Financial-Market Benchmarks.

В работе предлагаются шаги, которые позволят уменьшить стимулы к манипулированию LIBOR и другими подобными рыночными инструментами, определяющими стоимость заимствований для крупнейших банков. Подобные бенчмарки должны базироваться на данных о реальных сделках, а не на свидетельствах участников рынка, в том числе за пределами межбанковского рынка. Следует расширить использование альтернативных инструментов.

N) СтивенКуинн(Texas Christian University), УильямРобердс(FRB of Atlanta). Death of a Reserve Currency.

В XVII-XVIII столетиях доминирующей валютой в Европе был голландский флорин. В статье показано, как флорин потерял значение резервной валюты в 1781-92 годах. Это произошло из-за мягкой политики Bank of Amsterdam, который стал неплатежеспособным. Он слишком увлекся покупкой активов на открытом рынке, финансируя компанию, осуществлявшую голландскую экспансию в Индии.

O) Пол Кольер, Мартина Кирчбергер (оба – University of Oxford), Манс Седербом (University of Gothenburg). The cost of road infrastructure in developing countries.

Стоимость строительства дорог в развивающихся странах очень сильно отличается (проанализировано 3322 проектов 1984-2008 годов по базе ВБ, из них 61 – российский), при этом она тем выше, чем выше в стране коррупция. Разрыв цен – почти в четыре раза (от 33 тысячи до 111 тысяч долларов за 1 км).

Не дают большие инфраструктурные инвестиции и должного эффекта для экономического роста, показывает Андрю Уорнер в докладе МВФ. В его работе есть любопытный анализ латиноамериканских кейсов: высокая цена экспортных товаров давала развивающимся странам богатые возможности для инвестирования, но использованы они были в основном бездарно.

P) Эллен МакГреттен, Эдвард Прескотт (оба – University of Minnesota, FRB of Minneapolis). On Financing Retirement with an Aging Population.

Снижение налогов на оплату труда и капитал позволит увеличить финансирование пенсий, несмотря на рост числа пенсионеров в расчете на одного работника. Авторы сделали такой анализ для США, но подход наверняка распространим и на другие страны.

Q) Ванда Мимра, Кристиан Вайбель (ETH Zurich), Александр Раш (University of Cologne). Second Opinions in Markets for Expert Services: Experimental Evidence.

На рынках с ассиметричной информацией, где провайдер услуг знает больше, чем клиенты (как в медицине) последним приходится нести избыточные расходы. В США около 10% из $2,7 трлн ежегодных расходов на медицину являются избыточными. Авторы показывают, что обращение ко второму экспертному мнению позволяет значительно снизить расходы. Этот принцип может быть заложен в дизайн страховой медицины. Расходы могут быть снижены как минимум на 10-15%.

Еще один вариант снижения расходов – платить терапевтам за результаты работы, показывают Клаудиа Кесер и Корнелиус Шницлер (University of Gottingen).

R) Филип Агийон (Harvard), Стефан Бехтолд (ETH Zurich), Лиа Кэсар, Холгер Херц (оба – University of Zurich). The Causal Effects of Competition on Innovation: Experimental Evidence.

Инновации – результат затратных R&D.

Как влияет конкуренция на инновационный процесс, в котором друг с другом часто конкурируют идущие по дистанции «ноздря в ноздрю» фирмы? Проведенные авторами два лабораторных эксперимента показали:

  • рост конкуренции сильно повышает инвестиции в R&D фирм, занимающих на инновационном рынке примерно одинаковые позиции;
  • рост конкуренции демотивирует к инвестициям в R&D фирмы, которые заметно отстали от лидеров;
  • постепенно увеличившаяся конкуренция меняет структуру отрасли. Количество секторов, где лидеры идут друг за другом «ноздря в ноздрю», уменьшается. Соответственно, средний технологический уровень лидеров в таких секторах в относительном выражении растет.

См. также:

ТОП-14. Самые интересные экономические исследования 2014 года, сделанные в НИУ ВШЭ
ТОП-14. Самые интересные экономические исследования 2014 года, посвященные России. Версия Opec.ru
ТОП-15. Самые интересные доклады XV Апрельской международной научной конференции НИУ ВШЭ
ТОП-13. Самые интересные экономические исследования 2013 года, сделанные в ВШЭ
ТОП-13. Самые интересные экономические исследования 2013 года, посвященные России
ТОП-13. Самые интересные иностранные экономические исследования 2013 года
ТОП-12. Самые интересные исследования 2012 года, сделанные в ВШЭ
ТОП-12. Самые интересные экономические исследования 2012 года, посвященные России
ТОП-12. Самые интересные иностранные экономические исследования 2012 года

 

Подразделения