• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision

Любовная зависимость разрушает личность

Любовная зависимость может быть настолько же опасной, как алкогольная или наркотическая. Человек, находящийся в зависимых отношениях, восполняет состояние внутреннего дефицита, но при этом постепенно доводит себя до истощения. По многим признакам любовную зависимость можно отнести к виду клинического расстройства, избавление от которого требует профессиональной психологической помощи, выяснили в ходе исследования выпускница магистерской программы факультета социальных наук НИУ ВШЭ Светлана Скворцова и доцент кафедры психологии личности НИУ ВШЭ Владимир Шумский.

Феномен зависимых отношений в жизни встречается достаточно часто. Но в психологических исследованиях проблеме зависимости в близких межличностных отношениях практически не уделяется внимания, в отличие от алкогольной, никотиновой или наркотической зависимости, отметили Светлана Скворцова и Владимир Шумский в статье, опубликованной в научном журнале Международного общества экзистенциального анализа и логотерапии (GLE-International) «Экзистенциальный анализ» (Existenznalyse).

В ходе исследования авторы разработали структурную модель феномена зависимости в близких межличностных отношениях между мужчиной и женщиной. Она содержит как общие компоненты, присутствующие во всех случаях зависимости – например, потеря свободы, сужение горизонта ценностей, безличное отношение к партнеру, так и специальные, проявляющиеся в разных случаях в зависимости от типа дефицита, который испытывает человек, находящийся в таких отношениях. Это дефицит ощущения опоры, чувства жизни или самоценности и самоуважения.

Результаты показали, что пол не определяет характер любовной зависимости. Как мужчины, так и женщины описывают одинаковые симптомы ее проявления. Эмпирической базой исследования послужили данные серии глубинных интервью, которые обрабатывались посредством феноменологического анализа по методике А. Джиорджи.

Когда теряются границы

Близкие межличностные отношения всегда предполагают определенную степень связанности с любимым человеком, а значит, и зависимости, отмечают авторы. В отношениях партнеры соотносятся с эмоциональным состоянием друг друга и приспосабливаются к образу жизни, привычкам и вкусам любимого человека. Но приспособление естественно до тех пор, пока человек остается самим собой, пока у каждого есть собственное личное пространство и возможности для самореализации. «На самом деле человек очень долго должен учиться тому, как стать частью «Мы», не разрушая самого себя. Сначала ты учишься любить себя, потом — похожего на тебя человека, и лишь после появляются смелость любить непохожего, желание быть ранимым, стремление бороться за то, чтобы быть самим собой и одновременно — вместе с другим», – цитируют авторы известного семейного психотерапевта К. Витакера.

В ходе исследования был проведен теоретический обзор подходов к зависимым отношениям в разных школах психологии – психоанализе, гештальтпсихологии и транзактном анализе. В этих школах выделяются следующие характерные признаки зависимости в близких межличностных отношениях:

  • смешение и растворение личностных границ;
  • утрата доступа к собственной личности;
  • невозможность равных партнерских отношений (в зависимости один из партнеров является доминирующим, другой — подчиненным).

Скворцова и Шумский указывают также на «Руководство по диагностике и статистике психических расстройств» DSM-V американской психиатрической ассоциации. В нем присутствует диагностическая категория «Зависимое личностное расстройство», согласно которой основной характеристикой зависимого человека является повышенная тревожность из-за неспособности полагаться на самого себя и самостоятельно справляться с жизненными требованиями и вызовами. Это описание, по мнению авторов, хорошо согласуется с характерными признаками зависимости от отношений, выделенными в разных направлениях психологии. Однако потребность в опоре и заботе, как отмечают Скворцова и Шумский, не достаточный и не единственный аспект, с помощью которого можно охарактеризовать зависимые отношения, что подтвердил проведенный анализ глубинных интервью.

Ценность не в партнере, а в отношениях

Процесс отбора исследователями респондентов для проведения интервью демонстрирует то, как на практике можно отличить зависимые отношения от отношений, которые нельзя назвать зависимыми. Изначально в скриннинговом исследовании приняло участие 25 человек. Это мужчины и женщины в возрасте от 24 до 40 лет, которые сами считают себя зависимыми. Однако для окончательных подробных интервью из этого числа были отобраны 10 респондентов, которые реально находятся в зависимых отношениях. Это 6 женщин и 4 мужчин, не состоящих в браке и находящихся в близких отношениях с представителями противоположного пола от 1.5 до 7 лет.

Критерий дифференциации «здоровой» и «патологической» зависимости, как отмечают авторы, оказался достаточно простым: наличие внутреннего согласия или решения находиться в отношениях. Влюбленность и взаимная любовь сопровождаются переживанием внутреннего согласия. При безответной или неразделенной любви в большинстве случаев отсутствует чувство внутреннего согласия, однако есть решение человека оставаться в этих отношениях. В случае зависимости внутреннее согласие и решение отсутствуют. Скрининговое исследование показало, что критерий отсутствия решения и внутреннего согласия находиться в отношениях применительно к зависимости от отношений может быть раскрыт как специфическая амбивалентность: «Я чувствую, что в этих отношениях что-то не так, что-то мне не соответствует, меня не удовлетворяет, что-то идет неправильно. Я не хочу продолжать эти отношения. Но все же, несмотря на это, я не могу противостоять своему импульсу оставаться в них и надеюсь, что они все-таки смогут дать мне то, чего мне так не хватает».

В подобных словах, как отмечают авторы, можно увидеть сужение горизонта ценностей, когда вокруг отношений концентрируется вся жизнь человека, а все остальное воспринимается, как приложение. Кроме того, в ходе анализа стало понятно, что зависимые отношения носят безличный характер – речь идет, в первую очередь, об отношениях, а не о партнере, с которым зависимый находится в этих отношениях. Партнер сам по себе теряет ценность, ценно то, что он может дать, какие дефициты компенсировать.

Уйти нельзя вернуться

Сужение горизонта ценностей и безличное отношение к партнеру – это лишь два из нескольких факторов, характеризующих зависимость, которые авторы выделили в список общих компонентов. Другие компоненты связаны с потерей свободы (человек не сам определяет свое поведение, он ощущает собственную ничтожность перед влечением к партнеру) и отсутствием смысла (когда без отношений не видится смысла жизни, но и отношения, с точки зрения перспективы будущего, воспринимаются как бессмысленные).

Также зависимые отношения – это своего рода «хождение по кругу». Зависимый страдает, когда находится в отношениях, поскольку, как правило, чувствует неуважение, несправедливость или даже униженность по отношению к себе со стороны партнера. Но после разрыва страдания усиливаются, и человек вынужден в очередной раз возобновлять отношения. И это в определенной степени, как отмечают авторы, сродни тщетным попыткам избавиться от алкогольной зависимости.

Кроме всего прочего для зависимых отношений также характерны «эмоциональные качели» – резкий переход от эйфории к отчаянию, от чувства своей незаменимости и избранности к ощущению никчемности и брошенности. Это своего рода «сгорание в пламени чувств», отмечают авторы. После полного прекращения отношений с партнером зависимому, как правило, требуется несколько лет для того, чтобы «прийти в себя», оправиться от круга страданий и вызванного им эмоционального истощения.

Один из наиболее интересных общих компонентов зависимости, который авторы выявили в процессе анализа, – духовные переживания с пиковыми точками, сложно поддающимися описанию. Это чувства, которые испытывает зависимый человек в те недолгие периоды, когда в отношениях с партнером «все хорошо». Респонденты в интервью придают им мистическую окраску: «неземное блаженство растворения в чем-то бóльшем», «мы словно взлетаем и отправляемся куда-то в трансцендентное». Или: «как будто раскрываются двери в другое измерение бытия», «как будто открывается истина о жизни», «такое чувство, что теперь я могу спокойно умереть», «это переживание делает всю мою жизнь осмысленной».

«Мы полагаем, что именно эти пиковые духовные переживания и представляют собой ту ценность, к которой стремится зависимый человек в отношениях с партнером. Надежда испытать эти переживания вновь, вероятно, и помогает ему выдерживать изматывающий замкнутый круг страданий в зависимых отношениях, – поясняют исследователи. – При здоровых межличностных отношениях подобные пиковые переживания связаны главным образом с периодом влюбленности, а в стабильных отношениях переживания обычно уменьшаются по остроте, но становятся более глубокими».

Опора, чувство жизни и самоценность

Кроме общих компонентов зависимости, исследователи выделили вариантные, которые характеризуют то, какой именно дефицит восполняет зависимый в отношениях с партнером. Под дефицитом понимаются внутренние «пустоты», которые, как чувствует зависимый, не могут быть восполнены им самим, а должны быть компенсированы извне, другим человеком.

Полученные результаты опираются на теорию фундаментальных экзистенциальных мотиваций (ФМ) Альфрида Лэнгле. Типологизация зависимости связана с тем, дефицит какой из мотиваций восполняет зависимый партнер. Это может быть дефицит опоры, чувства жизни или самоуважения и самоценности. Дефицит смысла (4-ая ФМ) присутствует во всех случаях зависимости.

Слова респондентов, свидетельствующие о наличии дефицитных состояний, выглядят, например, так:

  • дефицит опоры – «После ссоры с ней у меня было такое ощущение, что если дунет сильный ветер — я упаду и больше не встану»;
  • дефицит чувства жизни – «Мне достаточно было услышать его голос по телефону, чтобы во мне все менялось. У меня появлялась энергия. Я как будто наливалась кровью и жизнью»;
  • дефицит самоценности – «Я начинаю что-то из себя представлять только тогда, когда он меня ценит».

Таблица 1. Структурная модель зависимости в близких межличностных отношениях

Источник: статья Скворцовой и Шумского в Existenzanalyze

Исследователи пришли к выводу, что зависимые отношения – это деструктивные межличностные отношения, которые можно рассматривать в клиническом контексте, поскольку зависимость от отношений с партнером сродни наркотической или алкогольной зависимости, описанной в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств DSM-V.

Выход из зависимых отношений возможен, однако, как отмечает Шумский, необходима квалифицированная помощь психолога или психотерапевта, иначе человек может попасть в другие отношения, которые также будут зависимыми.

Результаты проведенного исследования, по мнению авторов, могут помочь сделать более точной и эффективной работу психолога с клиентами, находящимися в зависимых отношениях и настроенными на выход из них.

См. также:

Гонка за успехом ведет к эмоциональному выгоранию
Феномен роковой женщины компенсирует минусы феминизма
Нахождение в толпе повышает риск самоубийств
Жители мегаполисов сознательно выбирают одиночество

 

Материалы по теме

Гендерный парадокс

Ученые ВШЭ установили разницу между удовлетворенностью работой мужчин и женщин

Женщины у руля

Каков гендерный баланс финансового топ-менеджмента в России

Неоцифрованные

Как новое поколение развеивает мифы о себе

Доступные и вовлеченные

Как трансформируется институт отцовства в России

Почему полезно думать о смерти

Ученые выяснили, как открытость опыту влияет на ценностные установки

Как женщины тиражируют мужские стереотипы

При сохраняющемся патриархате женщины нередко перенимают мужское недоверие к возможностям «слабого пола».