• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision

«Дети перестройки» боятся тратить деньги

Люди среднего возраста, чья молодость прошла в эпоху перемен, опасаются за свое будущее и стремятся больше сберегать, чем тратить. Самыми активными потребителями в России являются старики и молодежь. Первые из-за того, что прошли все тяготы и лишения и не боятся потерь, вторые – из-за свойственного молодости оптимизма, отметила старший научный сотрудник Лаборатории экономико-социологических исследований НИУ ВШЭ Диляра Ибрагимова в статье «Потребительские ожидания населения России (1996-2009): как взаимосвязаны когорты, поколения и возраст»

Принято считать, что только молодые люди легко расстаются с деньгами: совершают спонтанные покупки, не откладывают «на черный день», могут переплатить за понравившийся товар, даже если на рынке есть аналоги дешевле. Проведенное Дилярой Ибрагимовой эмпирическое исследование показывает: бабушки и дедушки такие же активные потребители, как и их внуки. Пережив годы трудностей и лишений, они не боятся расставаться с деньгами.

Результаты исследования Диляра Ибрагимова подробно изложила в статье «Потребительские ожидания населения России (1996-2009): как взаимосвязаны когорты, поколения и возраст», опубликованной в журнале «Экономическая социолоия».

На первый взгляд все очень просто: лица, имеющие такой социальный ресурс, каким является молодость, более оптимистичны, более активны, в том числе и на потребительском рынке, говорит автор исследования. Изучить потребительские настроения старших поколений ее заставило понимание «коварства возраста», поскольку возраст – это не только биологическая характеристика человека, но и его опыт: память о том, где и в каких условиях он родился, вырос и жил.

Отношение к деньгам у выросших в эпоху перемен и достигших пожилого возраста людей может отличаться от тех, кто жил в период стабильности. Одни будут стараться сберечь «на черный день», а другие возьмут еще пару лишних кредитов, не боясь за свое будущее. Таким образом, двадцатилетний человек 1970 года рождения может отличаться от такого же респондента 1990 года рождения.

Информационной базой исследования стали данные регулярных потребительских опросов, проводимых в течение тринадцати лет по одной и той же методологии и выборке Левада-Центром. Общее количество респондентов составило 182 507 человек.

На основании опросов было выделено девять когортных групп (объединенных по годам рождения и условиям социализации и становления жизненного опыта), начиная с 1902 и заканчивая 2006 годом рождения.

Старики и дети не боятся будущего

Регрессионный анализ показал, что принадлежность человека к той или иной когорте является одним из значимых определяющих факторов потребительских настроений.

При этом линейной связи между возрастами нет. Так, самой пессимистичной в экономическом и потребительском плане оказалась когорта людей 1942-1951 годов рождения. Представители самой старшей из ныне живущих когорт (1922-1931 годы рождения) гораздо оптимистичнее. В этом смысле они более схожи в своих оценках текущих реалий и ожиданиях относительно будущего со своими внуками и правнуками, чем с детьми. Индекс потребительского настроения у людей среднего возраста более чем на 10 пунктов ниже, чем у представителей самой молодой когорты.

По мнению Ибрагимовой, оптимизм людей 1922-1931 годов рождения может быть связан с тем, что, «пройдя все тяготы и лишения, связанные с войной, и выжив в этих условиях, они настолько укрепили свою закалку, что никакие последующие события не могли поколебать эту позитивную составляющую мировоззрения».

Проведенный анализ также выявил и особое положение людей 1962-1971 годов рождения, которые практически полностью социализировались (окончание школы, армия, поступление и даже окончание вуза, начало трудовой деятельности) в рамках советских реалий, тогда как их взрослая жизнь пришлась уже на постсоветский период. Люди этой когорты по своим оценкам и ожиданиям ближе к соседствующей с ней старшей когорте, нежели к младшей, то есть менее оптимистичны.

Детство этих людей пришлось на спокойный и в определённой степени социально защищённый период «застоя», а наиболее важные для социализации юношеские и ранние взрослые годы – уже на период перестройки. Несмотря на то, что в своей массе они активны и деятельны, они порой «не понимают ни того, за что борются, ни того, что выйдет из их усилий» и чувствуют себя неуверенно и потерянно. Видимо, этой «потерянностью» и объясняется их пессимизм в плане потребительских настроений, делает вывод Ибрагимова.

Горе от ума

Среди других факторов, влияющих на оптимизм людей и потребительскую активность, Ибрагимова выделяет пол, доход, уровень образования, место проживания, наличие работы. Так, выяснила она, мужчины немного оптимистичнее женщин, более обеспеченные граждане готовы тратить деньги свободнее, чем стесненные в доходах. Наличие высшего образования у респондента уменьшает оптимизм в среднем на 1,4 пункта, проживание в столицах – на 0,8, а наличие работы – на 0,7 пункта.

Ибрагимова объясняет это тем, что люди, обладающие подобными характеристиками (одной или в совокупности), как правило, более информированы, способны к адекватному и грамотному анализу окружающих рыночных реалий, которые зачастую далеко не радужны. Включенность в рынок труда обеспечивает их реальными знаниями о производстве, безработице, динамике доходов и об экономической ситуации в целом.

См. также:

Россияне учатся правильно потреблять
Молодежь «заражена» демонстративным потреблением
Потребитель платит не за товар, а за удовольствие от покупки
Треть россиян отдают ползарплаты за кредит
Гендерный анализ демонстративного потребления
«Демонстративное потребление» как форма социальной активности личности