• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Коррупция принимает новые формы

То, что большинство понимает под коррупцией, на самом деле не отражает всю полноту этого явления. Коррупция в России меняет свою форму с рыночной на сетевую. Главную роль в сетевой коррупции играют связи, что является в большинстве случаев прерогативой избранных – представителей крупного бизнеса. Об этом эксперт по коррупции Мария Кравцова*

От редакции:

Коррупция остается одной из популярных тем для обсуждения в публичном пространстве. Она подкрепляется конкретными примерами – громкими коррупционными скандалами с судебными разбирательствами как на уровне федеральной, так и региональной власти. Эксперты при этом продолжают информировать, что коррупция в России, несмотря на все попытки властей и законодателей с ней бороться, растет.

Но растет ли на самом деле коррупция? Если да, то где логика реальных или потенциальных коррупционеров, которые вряд ли хотят быть впутанными в публичные скандалы или уголовные дела? Вероятно, в сфере коррупции происходят сложные трансформационные процессы, и данное явление на фоне несовершенства государственных институтов имеет все возможности не только выжить, но и повысить свой уровень неуязвимости.

 

Мария Кравцова:

Связи актуальнее денег

С середины нулевых годов тема борьбы с коррупцией начала обсуждаться в России особенно активно. Одним из основных пунктов в повестке президентской программы Дмитрия Медведева была борьба с коррупцией. В результате произошло усиление антикоррупционного законодательства.

К чему это привело? Чтобы разобраться в этом вопросе, надо понимать, что коррупция имеет две разные формы – рыночную и сетевую.

Рыночная коррупция основана на взятках. То есть, главную роль в ней играют неформальные платежи.

Сетевая коррупция – это, в первую очередь, связи. Все проблемы участники коррупционных схем решают в рамках, существующих между ними неформальных связей, например, дружеских или родственных. Взятки также могут присутствовать в сетевой коррупции, но они играют второстепенную роль и возможны только при наличии необходимых связей. Кроме взяток в сетевой коррупции фигурируют различного рода услуги, например, помощь в получение желаемой работы, знакомства с нужными людьми или просто гарантии помощи в сложных ситуациях.

Данные исследований показывают, что пик рыночной коррупции в России пришелся на конец нулевых годов. После кризиса рыночная коррупции в России стала падать, а сетевая, наоборот, расти. О росте сетевой коррупции, в том числе, свидетельствует увеличение присутствия государства не только в крупном, но и в малом и среднем бизнесе, распространение практики влияния государства на принятие решений бизнеса и согласования бизнесом ключевых решений с чиновниками.

Также тенденцию роста сетевой коррупции подтверждают результаты опросов. Они показывают, что наиболее часто взятки приходится платить при решении проблем с таможенными и налоговыми органами. В остальных случаях вопросы чаще решаются с помощью связей.

Трансформация коррупции в России из одной формы в другую стала не просто следствием антикоррупционной борьбы государства. Этому поспособствовала, в том числе, и легализация бизнеса.

Когда в конце нулевых был принят закон, ограничивающий проверки малого и среднего бизнеса, у контролирующих инстанций стало намного меньше возможностей злоупотреблять своими полномочиями. Кроме того, в нулевые стало меньше криминала, и бизнес почувствовал себя более свободно, начал, например, отказываться от практики так называемых «крыш», функции которых сначала выполняли бандиты, а потом милиция. Опрошенные в ходе исследований бизнесмены уверяли, что практика «крышевания» бизнеса сейчас уходит в прошлое. Во-первых, компании стали меньше боятся криминала по сравнению с 1990-ми годами, отметили они. Во-вторых, возможность, например, выбивать долги с помощью «крыши» у бизнеса отпала, поскольку появилась возможность делать это цивилизованно через арбитражные суды.

И, конечно, переход к сетевой форме коррупции связан с усилением антикоррупционного контроля. Чиновники стали бояться брать взятки у кого попало. Сказывается и стагнация на рынке: на фоне перенасыщения рынка и увеличения бюрократических барьеров для открытия бизнесана рынке работает меньше фирм. Когда появляется меньше игроков, то с большей вероятностью люди заводят личные отношения, которые не связаны свзятками.

Сфера избранных

Переход к сетевой коррупции способствует тому, что круг лиц и компаний, которые задействованы в коррупционных схемах, сужается. Сетевая коррупция – это прерогатива, прежде всего, крупного бизнеса, у которого есть связи с высокопоставленными чиновниками. В результате  малый и средний бизнес оказывается ограниченным в использовании коррупционных схем.

Здесь возникает вопрос, какая из форм коррупции является меньшим злом? С одной стороны, ограничение рыночной коррупции снимает, например, финансовую нагрузку с бизнеса, который задыхается от неформальных платежей, особенно если речь идет о небольших компаниях. С другой, компании жалуются, что вход в бизнес становится все сложнее с точки зрения административных барьеров и коррупция во многих случаях, как бы это банально не звучало, до сих пор остается той самой смазкой экономики переходного периода.

Есть результаты западных исследований, которые говорят о том, что в России вероятность открыть новый бизнес выше у тех предпринимателей, которые уже присутствуют на рынке. Причина этого не только в опыте, но и в связях, которых нет у начинающих бизнесменов. И это характерно только для России. В странах Восточной Европы такой тенденции не наблюдается.

То есть, сетевая коррупция – это своего рода сфера для избранных. Связи имеют ограниченное количество фирм и не все предприниматели в силу особенностей характера способны их создавать, что гипотетически может ограничивать развитие бизнеса.

Коварство сети или грань между коррупцией и дружбой

В разных странах и в разное время люди под коррупцией могут понимать совершенно разные вещи. Как правило, чем развитей страна, тем больше практик, даже мелких подарочных, могут попадать под понятие коррупции. Например, в России подарки учителям по любому поводу коррупцией не считаются, а в европейских странах эта практика вполне может расцениваться как коррупция.

Сетевая коррупция представляет большую проблему с точки зрения ее измерения и трактовки. Индексы, которые меряют коррупцию, фактически не учитывают сетевую коррупцию. В поле внимания попадает лишь ее часть, когда взятка дается через знакомого.

Социологические исследования позволяют замерять уровень сетевой коррупции, но таких исследований в России практически нет. Все опросы связаны с неформальными платежами.

И, конечно, сетевую коррупцию сложно трактовать с правовой точки зрения. Разделение коррупции на виды и формы существует на теоретическом уровне. Но законодательство никак не определяет сетевую коррупцию, понятие аффилированности не позволяет в полной мере отразить это явление. Такие вещи как дружба или благодарность не поддаются описанию в юридическом контексте.

Спиральное развитие

Коррупция – популярная тема в медийном и экспертном пространстве. И уже давно стало привычным говорить о том, что коррупция в России постоянно растет. Но когда звучат такие разговоры, надо понимать о росте какой коррупции идет речь. Растет сетевая коррупция, и это, как не парадоксально, следствие государственной борьбы с рыночной коррупцией. Исследования подтверждают, что когда сжимаются возможности для практики взяток, начинает усиливаться практики связей. Это происходит в условиях плохо работающих государственных институтов.

Россия уже проходила через периоды трансформации коррупции из одного вида в другой. Так в советское время была распространена сетевая коррупция. Она называлась блатом. В 1990-е годы на смену сетевой коррупции пришла рыночная. Это связано с тем, что отношения между предприятиями и властью были сломаны, а общество охватила аномия – уровень внутригруппового доверия сильно снизился. Взятки, в том числе, психологически стали более приемлемы.

Сейчас Россия переживает новый виток трансформации коррупции и не исключено, что он не последний. Если, например, произойдет какой-нибудь шок экономического или политического характера, страна снова может вернуться к рыночной коррупции.

*Мария Кравцова, журналист, младший научный сотрудник лаборатории сравнительных социальных исследований (ЛССИ) НИУ ВШЭ
Записала Марина Селина

 

Авторы текста: Кравцова Мария Владимировна, Селина Марина Владимировна, 4 февраля, 2014 г.