• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Facebook и ТВ, революция и контрреволюция

Социальные сети во время арабских революций и выступлений оппозиции в России выглядели новой силой, которая способна активизировать массы на серьезные действия. Что касается России, то власти здесь быстро разобрались в методах манипуляции массовым сознанием в новых условиях. Доклад Александра Столярова «Facebook-революция» в медиапространстве России»

Все дело в медиавирусах

Чтобы понять, как социальные сети влияют на сознание масс в период революций, стоит обратиться к уже существующим теориям о приемах воздействия на толпу с помощью медиа ресурсов. Александр Столяров (факультет журналистики МГУ) обращает внимание на концепцию медиавирусов американского медиа-теоретика Дугласа Рашкоффа («Медиавирус. Как поп-культура тайно воздействует на ваше сознание», 2003), который анализировал движение информации по медиапространству и воздействие ее отдельных единиц на сознание.

Согласно Рашкоффу, медиавирусы – это медиасобытия, вызывающие социальные перемены. «Под оболочкой медиавируса скрывается идеологический код – «мем», который и внедряется в сознание индивида», – поясняет автор. По сути, медиавирусы – это распространяющиеся в информационной среде мемы или мемо-комплексы, меняющие восприятие событий в массовом сознании.

Российская исследовательница Александра Квят ввела дополнительное понятие «медиамем», акцентируя внимание на среде обитания – медиапространстве – по законам которого они развиваются. «По сравнению с новостью, медиамем более смыслоемок, мобилен и валентен: он проще запоминается, быстрее распространяется, легче встраивается в разнообразные контексты и взаимодействует с другими мемами, образуя семантические сети», – цитирует А. Квят автор.

«Норковые шубы» против «жуликов и воров»

Автор приводит в пример основные медиавирусы, которые были запущены в сеть в начале 2012 года. Со стороны оппозиции это широко известные «Россия без Путина», «Честные выборы», «Жулики и воры», «Белые ленточки». Власть воспользовалась следующими кодами: «Сетевые хомячки», «Норковые шубы», «Болотная», «Политика реальных дел», «За Путина».

Как срабатывают медиавирусы? Александр Столяров ссылается на работу «Твиттер и российский протест: Мемы, сети и мобилизация» Центра изучения Интернета и общества. Ее авторы приходят к выводу, что пространству микроблогов и социальных сетей свойственен эффект эха, «способствующий укреплению внутригрупповой солидарности и приверженности обобщенным мемам».

Некоторые мемы, как поясняет автор, могут строиться на архетипах (согласно Юнгу, архетипы – находящиеся в недрах коллективного бессознательного неосознанные представления и идеи, первосмыслы, через призму которых сознание человека смотрит на окружающий мир).

«Запуская после массовых митингов в декабре медиавирус “Facebook-революция”, оппозиция старалась донести до аудитории мем о том, что в России происходит не ординарный антиправительственный протест, а серьезные потрясения, которые смогут снести действующую политическую систему», – пишет Столяров. Параллельно медиавирусом внедрялся мем об общемировом тренде, в ногу с которым идет Россия: «революции с помощью социальных сетей». «Сильное воздействие данного вируса на массовое сознание было вызвано тем, что он надстраивался над архетипом перемен, изменений, к которым на протяжении всей своей истории бессознательно тянулся человек. В этой связи медиавирус приобретал еще один мем – политический протест в России приравнивался к переменам, а те, в свою очередь, к улучшению жизни в стране», – поясняет автор.

Ассиметричный ответ

Медиавирусы в предвыборный период 2012 года в России стали основным мобилизующим фактором, приходит к выводу Столяров. «Оппозиция для внедрения своих мемов использовала, в первую очередь, виртуальное пространство, власть – пространство традиционных СМИ», – подчеркивает автор. Политологи в результате начали говорить о появлении в России «партии Интернета» и «партии телевидения», каждая из которых имеет свою аудиторию и объединена общими ценностями.

В начале выборной кампании, как замечает автор, наблюдался явный перевес оппозиции, чьи медиавирусы, распространяемые по соцсетям, фактически не сталкивались с барьерами в сознании электората.

«В середине кампании начался перелом – яркие провластные медиавирусы сопровождались замалчиванием наиболее острых тем оппозиционной повестки дня. Применялась тактика локализации и маргинализации оппозиционного протеста, лидеры оппозиции выставлялись в негативном свете». Как делает вывод автор, итоги президентских выборов подтвердили успешность такой стратегии.

См. также:

Научный анализ российских протестов
Россиян объединяет ксенофобия
Блогосфера демонстрирует живучесть

 

Автор текста: Селина Марина Владимировна, 26 июля, 2013 г.