• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Пенсионеры – люди внимательные, маленькую пенсию заметят сразу»

Эксперты, специально собравшие журналистов, чтобы ознакомить их со своими взглядами на пенсионный проект Минтруда, считают, что он непрозрачен, непроработан, и не несет в себе предпосылок социального согласия. Свое видение проблем и рисков пенсионной реформы представили Алексей Кудрин, Михаил Дмитриев, Евгений Гонтмахер и Игорь Юргенс

Положение дел

Пенсионная реформа чревата социальной напряженностью, поскольку она приведет к появлению большого количества бедных и недовольных пенсионеров. Реальный коэффициент замещения будет значительно ниже декларируемых 40%. Проект, который правительство внесло в Думу, имеет пункт «увеличение числа лет дожития при расчете пенсии». Сейчас это 19 лет, разработчики стратегии предлагают повысить его до 21 года, что означает, что при расчетах пенсий при прочих одинаковых условиях они станут меньше.

Если накопительная часть пенсии все-таки будет ликвидирована, молодые люди, которые уже сейчас сделали выбор в пользу частных управляющих компаний,  легко поймут, что через 20-30 лет они получат даже не пенсию, а мизерное пособие. С учетом наложения пенсионных проблем на общеполитический фон, когда состоявшиеся люди со средним и довольно высоким достатком и так не очень довольны тем, что происходит в стране, политические риски государства высоки.

Председатель Комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин:

Алексей КудринЕсли будут приняты в основном те решения, которые стратегия включает сейчас, то это будет решение на несколько лет, и мы очередной раз вернемся к полномасштабной реформе пенсионной системы уже через два или три года, только в худших условиях. И доверия будет меньше, в том числе политического, и времени для реализации отдельных позиций, чтобы сохранить нормальный уровень пенсий в ближайшие годы. Мы считаем, что нужно улучшить инвестиционный портфель, во второй половине ноября мы этому посвятим заседание КГИ (Комитет гражданских инициатив, – ред.) с финансовым сообществом – банками, страховыми компаниями, негосударственными пенсионными фондами, представим новый инвестиционный пакет для вложения пенсионных средств, чтобы был сохранен баланс и надежности размещения, и доходности, и пожелания, высказанного президентом – участия средств Пенсионного фонда в развитии реальной экономики, длинных денег и инфраструктуры.

Член бюро правления РСПП Игорь Юргенс:

На согласительной комиссии в рамках Открытого правительства между предпринимателями, профсоюзами и государством, которое было представлено Минтруда и ПФР, пока никакого консенсуса не найдено.  Я не могу сказать, что мы продвигаемся, но они не смогут замолчать эти аргументы, руководитель Открытого правительства Абызов их докладывает премьеру, а сейчас мы доложим президенту.  

Президент фонда «Центр стратегических разработок» Михаил Дмитриев:

Что касается рабочего варианта нашего предложения, то он оформлен в виде законопроекта, он обсуждался на Экспертном совете по инвестициям и рассмотрен рабочей группой совета по созданию международного финансового центра – так что мы работаем не на пустом месте.

Политические риски принятия новой Стратегии

Член КГИ, заместитель директора Института мировой экономики и международных отношений РАН Евгений Гонтмахер:

Люди сразу заметят, что они стали получать меньше денег. Пенсионеры – люди очень внимательные.  С моей точки зрения, политические риски тут очень большие.

Михаил Дмитриев:

Сам факт принятия третьей стратегии пенсионной реформы за 10 лет говорит о том, что решение конъюнктурное и рассчитано на очень короткую перспективу. Поэтому в любом случае общество будет воспринимать эту реформу как реформу-однодневку, а для следующего правительства будет стимул предложить новые инициативы, более приемлемые для населения. Мы детально проработаем такие инициативы, так как мы уверены, что есть более привлекательные для широких слоев населения решения, и мы сможем их предложить.  Мы считаем более привлекательной формулу гибкого пенсионного возраста, которая дает преимущества тем, кто добровольно откладывает выход на пенсию.

Непрозрачность расчетов

Евгений Гонтмахер:

Расчеты Пенсионного фонда закрыты даже для некоторых ведомств внутри правительства.  Официальный срок окончательного обсуждения стратегии – 1 ноября. Существуют большие риски, что оно будет абсолютно формальным. Все позиции давно известны и высказаны, но 1 ноября, я думаю, все будет примерно в том же положении. Видимо, кому-то придется принимать некоторые политические решения.

Что очень важно – не показан расчет (пенсионной формулы, – ред).  Это такой принцип: «верьте нам». Потому что если показать специалистам исходные данные, на базе которых предлагаются те или иные решения, финансовые последствия, коэффициенты замещения, – я думаю, камня на камне не останется. Так, в стратегии есть любопытная фраза:  «вопрос о досрочной пенсии северянам будет решаться в рамках общей северной политики РФ». Покажите мне, где у нас северная политика РФ! Даже в таком декларативном  документе, которым является стратегия, авторы не смогли и близко подойти к ответу на вопрос, что делать с «досрочниками». Кстати, возникает коллизия: работодатели по первому и второму списку получают добавочную нагрузку, а что касается тех, кто работает на Крайнем Севере, там получается некое послабление.

Алексей Кудрин:

Не припомню, чтобы ранее совсем несогласованные предложения вносились в законопроекты. Однажды мне никак не удавалось согласовать пакет по администрированию налогов, хотя, как правило, хоть на чем-то, но с профсоюзами и РСПП всегда договаривались. Мы его разрабатывали больше года, собирались в течение года, пока не договорились обо всех компромиссах.

Михаил Дмитриев:

В 2002 году мы полтора года делали эти расчеты, ими занималось Минэкономики, и все версии расчетов становились публичными.

Игорь Юргенс:

Если мы не добьемся обратной связи от второй стороны переговоров, от того монолитного государства, которым они себя считают, я боюсь, что и многие другие социальные, экономические и политические процессы обществом не смогут обсуждаться далее с этой сверхцентрализованной пирамидальной системой.

Игорь ЮргенсНа площадке ЦСР все это обсуждалось  практически онлайн. Я тогда работал в РСПП, мы все равно не согласились с той формулой, которую тогда продавил Зурабов, и главное – у нас было время. А сейчас – в конце лета нас поставили перед фактом и сказали, что 15 ноября мы все равно сдаемся.

Я хотел привести вам вчерашнюю фразу одного из высокопоставленных представителей правительства.  Когда один из наших разработчиков обратился к нему с вопросом – а вы можете привести ваши расчеты по поводу того, что вы постоянно говорите, что накопительная система неэффективна, а солидарная – эффективна,  он сказал: мы не будем рассматривать эффективность накопительной системы, пока не сбалансируем солидарную часть.  Вот стиль, в котором идут диалоги.

Три месяца на стратегию, на то, что в Польше заняло 10 лет и стало основанием для социального контракта между гражданами и государством! 10 лет люди спорили и ссорились, но никто не имеет оснований говорить, что он не высказался. И в результате это стало государственным консенсусом; в этом социальный контракт поляков.  Если бы мы так прошли этот процесс, то на базе него мы могли бы и про «Пусси Райот» говорить, и про Навального, и про всякие другие системные вопросы нашего общества, потому что мы научились бы говорить друг с другом, приходить к компромиссам.

Вы можете его проецировать на все остальные явления в нашем обществе. Пенсионная реформа как капля воды отражает то, куда мы идем. После хрущевского периода, когда волюнтаризм стал стилем управления, – я такого не видел. Я сам скоро буду пенсионером, я работал в советских профсоюзах. Они управляли бюджетом социального страхования, и им на добровольной основе государство передавало 60 млрд долл. соцстраха, и они ими управляли через профсоюзные организации. Мы осуждали тогда тоталитарное государство, которое все решает в Кремле, но как свидетель могу вам сказать: в течение месяца шли очень сложные переговоры, при том, что это плановая экономика, тем не менее согласительные механизмы на президиуме ВЦСПС, в Совмине, в ЦК ВЛКСМ – это был серьезный  разговор. Разногласия выносились на Политбюро, и каждую неделю Политбюро прислушивалось ко всему этому.

Сейчас мы разговариваем со среднего уровня клерками, которые говорят «а пошли вы». Какие вам расчеты, когда – «вы верьте нам, мы государство, а вы кто такие?» Это очень часто звучит.

Для чего нужна новая Стратегия

Игорь Юргенс:

Началось все с очень технической проблемы балансирования дефицита бюджета. МВФ, Всемирный банк, собственное руководство и здравый смысл подсказали, что не исключена вторая стадия рецессии, развал еврозоны, не дай бог, «мягкая посадка» Китая, «налоговая скала» в Америке – и поэтому надо сбалансировать бюджет, потому что при второй волне рецессии могут быть очень непредсказуемые явления. Для нашей экономики, которая зависит от экспорта нефти в огромной степени, надо сбалансировать бюджет и держать приличный резерв. А не получается! Ну и пошли по статьям (бюджета, – ред.), а пенсионные трансферты – это огромная дыра. А ну-ка быстренько мне это подрихтуйте, потому что следующие три года должны быть менее затратными.

Правительство нам говорит: мы не против накопительной системы, мы за то, чтобы развивались финансовые рынки. Но сейчас из того тарифа, который нам дается, мы не можем сбалансировать бюджет без того, чтобы не забрать у вас четыре процента. И потом – гори огнем. Если вы договоритесь о том, что будут увеличиваться налоги или еще о каких-то способах – ради бога. И накопительная, и инструменты – все мы вам  дадим, но сейчас нам надо заткнуть дыру. Какие будут политические последствия? Большое разочарование, неверие в государство, очередной раз обманули, верить этому нельзя. Поэтому основной выгодоприобретатель стратегии – это люди, балансирующие бюджет. Но это только короткое решение вопроса, просто дыхание перевести, а дальше будут все те же проблемы. Я не вижу тут долгосрочного выгодоприобретателя.

Михаил Дмитриев:

Михаил ДмитриевТо, что пенсионные резервы перекачивают в Резервный фонд  под выборы президента, не вызывает сомнения, потому что целевые ориентиры установлены на 2017 год. Когда РСПП предложила перенести сроки в базовом сценарии пополнения Резервного фонда до 2020 года, то было сказано, что это категорически неприемлемо, потому что бюджетное правило священно.

Мы имеем много неформальных свидетельств – они идут полунамеками от большого числа людей, которые по разным каналам встроены в интимные процессы принятия решений. И у меня складывается впечатление, что при том, что социальный блок по сути исключен из принятия окончательных решений – он всего лишь обрабатывает и обслуживает эту стратегию – власти склоняются к тому, что надо попытаться найти иное решение, менее конфронтационное для участников дискуссии. И у меня есть ощущение, что это весьма вероятный сценарий, но он никак не связан с ходом дискуссии в Открытом правительстве. Прощупывание почвы очень серьезно ведется людьми, которые имеют прямой доступ к Путину. Мы можем быть готовы к неожиданному исходу, в том числе к таким решениям, которые не обсуждаются в формате Открытого правительства.

Проблемы

Михаил Дмитриев:

Главных проблем две: это расчет, формула  будущей трудовой пенсии, и накопительная составляющая. По тому и другому вопросу решения – это заявлено официально – отложены до марта следующего года. Те инициативы, которые сейчас могут попасть в законопроектную работу к середине декабря, носят периферийный характер. Перечень этих инициатив уже утвержден, я видел этот документ, мне его прислали два дня назад. Там в основном периферийные законы. Максимум, о чем они пишут и что будут регулировать – это вопросы выбора граждан между участием в накопительной или распределительной системе. Но отнюдь не судьбу самой системы и тем более не формулу, которая пока подвисает. Свобода действий для властей довольно значительная на  ближайшие четыре месяца.

Досрочные пенсии при всей социальной чувствительности для  отдельных отраслей с точки зрения перспектив развития пенсионной системы особой роли не играют. Потому что это 5-7% доходов или расходов пенсионной системы.

По поводу новой формулы: до 2020 года предлагается использовать стаж 30 лет – он точно не назван, но, скорее всего, будет около 30-ти лет. Это не сильно меняет ситуацию для тех, кто будет выходить на пенсию в это время, у них не будет резкого снижения прав. Проблемы начинаются у тех, кто будет выходить на пенсию после 2020-го года. Они будут выходить достаточно рано и с очень маленькой пенсией. В их интересах будет получить минимальную пенсию в существующем пенсионном возрасте, но надежд на ее повышение не будет, в отличие от нынешней формулы – сейчас вы можете поработать ударно последние пять лет и получить много взносов на  свой счет, что существенно повышает пенсию. В стажевой формуле это невозможно.

Главный социальный риск – что после 2030-го ( а именно поэтому Минтруд и не показывает расчеты по этой формуле) мы получим быстрый рост количества людей с низкими пенсиями, ниже по отношению к зарплатам, чем у нынешнего поколения пенсионеров. Реальный коэффициент замещения по сравнению со средней зарплатой – 25%, это показатель, на который мы выходим по новой формуле Минтруда уже к 2030-му году, и эти люди будут требовать дополнительных денег на пенсии. Их будет очень много, почти половина всех избирателей будут пенсионерами, они будут обездолены, и это создает очень сильное давление на власть – любая власть будет вынуждена кидать практически все, что у нее есть, на эти цели, при этом ущемляя другие чувствительные сферы – образование, здравоохранение и инвестиции. Это происходит и сейчас.

Игорь Юргенс:

Пенсионная реформа как капля воды отражает то, куда мы идем. После хрущевского периода, когда волюнтаризм стал стилем управления, – я такого не видел. Если мы не добьемся обратной связи от второй стороны переговоров, от того монолитного государства, которым они себя считают, я боюсь, что и многие другие социальные, экономические и политические процессы обществом не смогут обсуждаться далее с этой сверхцентрализованной пирамидальной системой.

Когда сравнивают доходность по накопительной системе и по распределительной, то по распределительной берут действующую формулу, а не ту, которая предлагается. По предлагаемой формуле происходит снижение размеров пенсий на 20-50% в зависимости от конкретных условий человека, при этом прогноз Минэкономразвития предполагал нереально завышенные темпы роста заработной платы: 4-4,5% в год – это недостижимо. Международные организации делают расчеты по прогнозу зарплаты для стран Центральной и Восточной Европы. Они в последние 10 лет были в такой же ситуации, как и Россия. Зарплаты там росли быстрее производительности труда, очень высокими темпами, а у нас были самые высокие темпы роста среди всех регионов мира, включая Юго-Восточную Азию. И там прогнозируется резкое снижение темпов роста в ближайшие 20 лет, до 2-2,5% в год. Так что 4-4,5% – недостижимый темп. И это сравнивается с явно заниженной доходностью по пенсионным накоплениям. То, что пенсия с накоплениями окажется на четверть ниже, чем без них, – это просто неверно. Это не подтверждается никакими расчетами. Наши расчеты предельно прозрачны, и они показывают, что там либо минимальное расхождение, а если сопоставлять распределительные пенсии с доходностью напрмер таких фондов, как «Лукойл-Гарант», это большой фонд, доходность опубликована у них на сайте , и там получается, что размер пенсии с накопительной составляющей на 10% больше, чем даже по существующей формуле, не говоря уже о новой формуле Минтруда.

Евгений Гонтмахер:

Евгений ГонтмахерО проблеме выбора между накопительной и распределительной системой: там есть принципиальный вопрос, который может быть решен под сурдинку. Например, будет написано, что люди, которые сейчас имеют право на накопительную часть – это 1967 год рождения и моложе – они должны будут подтвердить свое участие в обязательной накопительной системе заявлением. Мы же знаем массовую психологию: большинство не обратит на это внимания, и по факту значительная часть людей окажется в распределительной системе. В этих тонкостях очень много чего кроется.

То, что расчеты не представлены – об этом уже сказано, я бы хотел сказать о манипулировании теми цифрами, которые есть в стратегии. В качестве аргумента используется то, что доходность по накопительной части намного ниже, чем рост пенсионных обязательств по распределительной части, и те люди, которые будут выходить на пенсию только с распределительной частью, будут иметь пенсию больше, чем те, у кого накопительная часть. Это лукавство. Цифры вроде бы правильные, но надо иметь в виду, что распределительная часть росла все эти годы во многом из-за политических соображений. По закону у нас есть индексации, но они неоднократно были превышены. Одна валоризация в начале 2009 года чего стоит – это было волевое решение. В отношении накопительной части это невозможно по определению.

Второе: там есть подтасовки с точки зрения доходности по накопительной части. У негосударственных пенсионных фондов своя статистика. Которая говорит, что даже в неблагоприятных условиях – а последние годы были сложными для финансовых рынков – доходность была относительно неплохой. Да, по государственным ценным бумагам, которые находятся в ВЭБе, где так называемые «молчуны», она ниже инфляции, но это потому, что такое законодательство. Давайте его менять! Наши частные финансовые институты находятся в неблагоприятных условиях с точки зрения эффективной работы и получения доходности. И получается, что те, кто устанавливает эти правила, сделали все возможное, чтобы осложнить работу по накопительному элементу, а с другой стороны – создали максимально благоприятные условия для того, чтобы увеличить распределительный элемент. Тут поставлена задача немножко сберечь деньги в нашем федеральном бюджете.

Коэффициент замещения

Евгений Гонтмахер:

Народ понимает  40-процентный коэффициент замещения буквально: я зарабатывал 50 тысяч, возьмем 40%, получается, что пенсия около 20-ти тысяч. Такого не будет. Надо иметь в виду, что 40% – это в среднем по всему массиву, у кого-то будет 10%, у кого-то больше. Причем предусмотрено очень сильное выравнивание: у тех, кто получает небольшие зарплаты, коэффициент будет выше, а у тех, у кого зарплата побольше – ниже. Что получается: 40% от чего? От зарплаты или от той части зарплаты, с которой платятся взносы? Этого не сказано. Когда люди, особенно средний класс и те, кто зарабатывает побольше, поймут, что это фикция… северяне очень возмущаются даже сейчас. Они получают относительно большие зарплаты, а пенсии – никаких ни сорока, ни двадцати процентов у них часто нет. И они говорят: почему так, ведь за нас платят взносы?

Михаил Дмитриев:

Сейчас коэффициент замещения 36,7%  – это средняя пенсия по отношению к средней зарплате в стране. Те 40%, о которых говорится – это 40% от заработной платы за всю трудовую жизнь. Но только за последние десять лет зарплаты увеличились в три раза в реальном выражении, в номинальном – еще больше, где-то в четыре с половиной раза, вопрос – как учитывать старые зарплаты, которые очень низки? Если их не индексировать в реальном выражении, то пенсия будет очень низкой. По отношению ко всему накопленному заработку она будет, может быть, и 40%, но поскольку мы знаем, какие мы заработки получали в конце 90-х…

Почти никто не будет иметь шансов получить относительно высокую пенсию. Хотя все стимулы должны быть настроены на иное: людей должны поощрять за то, что они выходят на пенсию позже, и давать им возможность даже в позднем возрасте получить большую надбавку к пенсии. Предложения Минтруда этого не обеспечивают. В формуле много непрозрачных коэффициентов. Размеры будут определяться ежегодно произвольными, по сути, решениями властей исходя из текущей финансовой сбалансированности пенсионной системы. Предсказать за 10 лет работнику, как эти коэффициенты сложатся, невозможно, а размер пенсии будет зависеть от них.

Позиции сторон

Михаил Дмитриев:

Скорее всего мы будем наблюдать размежевание внутри профсоюзного движения. Позиция самого ФНПР противоречит интересам отраслевых профсоюзов. Шмаков (председатель ФНПР, – ред.) полностью поддерживает предложения по пенсионной реформе, в то время как для профсоюзов угольщиков, металлургов, работников горнодобывающих отраслей предложения по досрочным пенсиям ясно неприемлемы. И ФНПР уже неспособна представлять их интересы в диалоге с властями. Есть независимые профсоюзы, например, Соцпроф, например. На протяжении ближайших трех недель они проводят серию акций протеста  против предложений правительства, их позиция  в том, чтобы не допустить ликвидации обязательной накопительной системы.

К нам идет поток обращений желающих участвовать в работе экспертного совета, я уверен, что в этой работе будет участвовать РСПП, профсоюзы, КГИ. Большую работу ведут участники рынка – ассоциация негосударственных пенсионных фондов и другие.

Власти поняли, что просто так эту откровенно нелепую реформу обществу сейчас предложить невозможно. В правительстве прекрасно понимают, насколько серьезны наши аргументы.

Евгений Гонтмахер:

Если будет введен доптариф (для пенсионных отчислений на вредные условия труда, предполагающие досрочный выход на пенсию - ред.) – что сделает работодатель? Шахты у нас частные. Он пропустит очередное повышение зарплаты шахтерам, потому что откуда ему брать деньги на эти дополнительные выплаты? Не исключаю, что какая-то часть шахт снизит количество занятых. Шахтерские поселки – это монопоселки, и как только  там появляется небольшая по московским меркам масса людей, которые затронуты этими вещами… мы же помним, с чего начался закат СССР. Одна смена  в Кемеровской области, в Междуреченске, не поднялась наверх. Они забастовали, и через несколько дней все шахтеры СССР подключились к всесоюзной забастовке шахтеров. Требования были не политические – экономические. Профсоюзы шахтеров, кстати, достаточно мощные и зубастые.

Пенсионный возраст

Михаил Дмитриев:

Повышение возраста дает очень значительный эффект, особенно с учетом того, что у нас уже сейчас половина всех пенсионеров в первые пять лет продолжают работу. Но опять-таки наша позиция – что нет необходимости делать акцент на отрицательных стимулах. Повышение пенсионного возраста – это отрицательный стимул. Он принуждает даже тех, кто в плохой физической форме, продолжать работать.

«Абсолютно здоровых людей, не испытывающих депрессии и постоянные боли, у кого нет ограничений в ежедневной мобильности, кто может сам помыться и одеться (всего было пять индикаторов), у нас в 4,5 раза меньше, чем на Западе. В России их около 8%, а в Британии в том же возрасте – 37%», – кандидат социологических наук Юлия Лежнина, ВШЭ, см. далее

Механизм гибкого пенсионного возраста, напротив, награждает и поощряет тех, кто не хочет выходить на пенсию раньше, не мешая сделать это тем, кто не в состоянии работать дальше. Это хорошо сработало в Швеции – в 90-е годы там установки населения были такие же, как у нас. Все хотели выходить на пенсию как можно раньше. Но сейчас поведение людей сильно поменялось. В шведских «письмах счастья» для каждого человека есть примерный расчет пенсии, которую он получит при выходе на пенсию в трех возрастах: 61 год – минимальный, с которого  они могут выходить, затем 65 и 70 лет. В 65 лет, как правило, пенсия на 30% больше, чем в 61 год. А в 70 она увеличивается на 70-80%. В среднем люди выходят на пенсию в Швеции в 64 года.

Стратегия Минтруда приведет к тому, что мы получим много молодых и сильно недовольных пенсионеров.

Если необхожимый трудовой стаж будет не 40, а 35 лет  – это немножко смягчит проблему в первое время, но потом все равно придется повышать стажевые требования, иначе Пенсионный фонд не сбалансировать, а такое повышение – это отрицательный стимул. Любой отрицательный стимул вызывает недовольство. Механизм гибкого возраста ориентирован совершенно на другие стимулы и сигналы населению, и изменения в этой системе обычно носят позитивный характер. Увеличивается крутизна роста пенсий по мере более позднего выхода. Естественно, и восприятие этого совершенно другое. В Швеции никто на митинги по поводу пенсионной системы ни разу не выходил, даже когда они дважды понизили размеры распределительных пенсий «в лоб» – им пришлось это сделать во время кризиса.

Нынешние предложения крайне жесткие в отношении шахтеров. У них сейчас дополнительный взнос 6,7% идет на надбавки к существующим трудовым пенсиям – небольшие надбавки, меньше двух тысяч рублей в месяц. К ним добавятся около 6% взноса на «досрочников», совокупная нагрузка будет близка к 42-45% на фонд оплаты труда. Главная проблема, что для вновь поступающих на шахты предлагается другой метод. Это дополнительное корпоративное страхование от несчастных случаев на производстве. Мы проводили в Кемерово опрос полтора года назад, задавали вопрос: что будет, если будет предложен такой механизм? Категорическое неприятие: люди считают, что это не заменяет права на досрочные пенсии, потому что считают, что на шахтах условия труда не становятся лучше. Ходить по судам и доказывать, что ты получил вред от своей профессиональной деятельности, чтобы получить страховое возмещение они считают социально неприемлемым. Поэтому на  шахтерских территориях напряжение скорее всего будет возрастать. В какой степени – мы пока сказать не можем, но мы из первых рук слышим про крайне негативное отношение шахтеров к тем рецептам, которые предлагаются.   

Читайте также:

Экспертное заключение КГИ по Стратегии долгосрочного развития пенсионной реформы РФ
Пенсионная стратегия Минтруда
«Пенсионный узел»
Пенсионная реформа - россияне ожидают ухудшения жизни пенсионеров
Разработки ЦСР по пенсионной реформе
Эксперты Стратегии-2020 о пенсионной реформе
Позиция РСПП
Позиция профсоюзов
Владимир Назаров. Условия эффективности накопительной системы 

 

22 октября, 2012 г.