• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Безотлагательный мегарегулятор из ниоткуда

Создание мегарегулятора в России происходит неожиданно. Следствием этого станет сокращение количества инвестфондов, управляющих компаний, брокеров и дилеров. Об этом говорили эксперты на круглом столе «Создание финансового мегарегулятора в России: от идеи до реализации». В статье: Яков Миркин, Василий Солодков, Юрий Данилов

Сейчас финрегулирование в России строится по традиционному для большинства стран образцу: банки регулирует Банк России, прочее – Федеральная служба по финансовым рынкам (ФСФР). Идея о необходимости создания мегарегулятора, который сосредоточит  на себе функции контроля за всем финансовым сектором, периодически возникает уже около десяти лет. В сентябре 2012 года к ней вернулся первый вице-премьер Игорь Шувалов, поручив Минфину провести совещание с заинтересованными ведомствами и доложить о результатах обсуждения правительству. Позже Минфин предложил создать мегарегулятор на базе ФСФР и ЦБ, который заработал бы в конце 2013 года – начале 2014 года.  

На прошлой неделе об идее создания финансового мегарегулятора высказался президент Владимир Путин, потребовав не затягивать с этим вопросом. По словам экспертов, такое решение властей является неожиданным, а выбранный способ – сосредоточить контроль за всем финансовым рынком – весьма спорным. 

 

Заведующий отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН Яков Миркин:

- В мире есть примеры, когда функции регулятора над небанковским финансовым сектором передаются Центральному банку, но там очень компактные рынки и это небольшие страны. У нас слишком велик сам орган, который собирается управлять финансовым рынком. ЦБ РФ имеет самую большую численность среди всех ЦБ мира.  Финансовый рынок устроен таким образом, что банки – основа платежной системы страны – регулируются особо жестким образом. Надзор за их рисками значительно больший, нежели в остальной финансовой индустрии. За это банки получают доступ к дешевому финансированию от ЦБ.

С другой стороны, на финансовых рынках есть другие структуры, их риски выше, но они не имеют доступ к платежной системе. Их регулирует ФСФР.Это двухсекторная модель финансового регулирования. Когда вы ее смешиваете, то ЦБ как хранитель и сберегатель от высоких рисков, начинает накладывать всю тяжесть регулирования и на небанковские финансовые институты. Начиная с 2009 года, с российского рынка ушло 150 коммерческих банков. Если будет попытка перенесения всю тяжесть надзора за финансовым рынком по принципу банковского, мы увидим быстрое вымирание брокеров, дилеров, инвестфондов, управляющих и страховых компаний. Поэтому может быть лучше усилить ФСФР, который станет вместе с Минфином и ЦБ станет крупным  игроком на финансовом рынке. Ведь концентрация ресурсов не всегда дает положительный эффект.  

 

Директор Банковского института НИУ ВШЭ Василий Солодков считает, что существующая система регулирования финансового рынка не нуждается в мегарегуляторе, поскольку то, чем занимаются ЦБ и ФСФР вместе, «покрывает всю поляну». 

- Сейчас идея о создании мегарегулятора появилась из ниоткуда. О его создании не знало ни Минфин, ни ЦБ, ни Минэкономразвития. Возможно, что таким образом кто-то пытается решить проблему трудоустройства экс-министра финансов Алексея Кудрина. Объективной необходимости слияния надзора в конкретный блок нет.Кроме того, остается нерешенным вопрос о том, каким образом создавать мегарегулятор: на базе ЦБ или ФСФР? Не понятен предмет обсуждения, а также не ясно, чье это решение, почему оно принято и к чему оно приведет.

 

Основной путь реализации идея создания мегарегулятора – присоединение ФСФР к ЦБ РФ, полагает председатель попечительского совета Института посткризисного мира Юрий Данилов.

- Дело в том, что во всем мире мегарегулятор – это то, что соединяет в себе и регулирование, и надзор. У России и тут особый тернистый путь. Предполагается, что весь надзор будет сосредоточен в ЦБ, а все регулирование – в Минфине. В прошлом году Минфину уже перешли полномочия по нормотворчеству на небанковском финансовом рынке, и процесс встал. Те акты, которые нужно было принять, в течение года не принимались, а рынок потихонечку разрушался.

Идея влить ФСФР в ЦБ поддерживается потому, что люди, принимающие решения, опираются на неверную и ложную информацию. К примеру, на миф о том, что во всем мире в результате кризиса функции регулирования финансовых рынков переходят к Центральным банкам. А это не так. До кризиса на 70-ти крупнейших финансовых рынках было 4 ЦБ в качестве  мегарегулятора, после кризиса их стало 8, но все равно это ничтожно мало.

Из 24 финансовых рынков в развитых странах ЦБ является мегарегулятором лишь в двух. Еще в 8 случаях за финансовым рынком следит специально созданный орган. Он является мегарегулятором, но не на базе ЦБ, а самостоятельно и вне структуры исполнительной власти. В остальных случаях применяется раздельное регулирование банковского сектора и небанковских финансовых структур.

Еще один миф – что ФСФР был неэффективен. Но реально надзор ФСФР был более эффективен, чем надзор ЦБ. Третий миф – в мире есть успешный опыт разъединения регулирования и надзора. Но мировой опыт говорит о том, что регулирование и надзор в подавляющем большинстве случаев сосредоточены в рамках одного органа. 

Мария Селиванова

 

Автор текста: Селиванова Мария Олеговна, 10 октября, 2012 г.