• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Банки: Статистика & Экономика», июль 2011 г.

И население, и предприятия научились жить с учетом возможного дефолта; слабым звеном в системе банковского надзора оказался порядок принятия решений — две темы из ежемесячного банковского обзора от Центра развития НИУ ВШЭ

К девальвации готовы?

Практически общим местом для банковских и не только аналитиков является тесная зависимость предпочтений населения в выборе валюты сбережения от динамики обменного курса доллара. Всегда ли работает такая модель? А как ведут себя предприятия?

Следуй за курсом!

Традиционно (и не без оснований!) считается, что в области управления валютной позицией из трёх экономических агентов — домохозяйств, предприятий и банков – профессионалами являются только последние. В переводе на нормальный язык это означает, что банки в гораздо большей степени способны предугадывать направление движения курсов валют и соответствующим образом корректировать свою политику. Способность вовремя открывать позицию в нужную сторону приносит им ощутимую дополнительную прибыль, причём это происходит во многом за счёт двух других экономических агентов, отличающихся повышенной способностью покупать на максимумах, а продавать на минимумах. В том числе и поэтому аналитики стандартно выдают населению универсальные рекомендации о диверсификации портфелей и нежелательности попыток играть на колебаниях курсов валют. Тем не менее стремление заработать совершенно не чуждо нашим гражданам, и склонность к формированию своих сбережений в той или иной валюте напрямую зависит от динамики курса этой валюты. При этом, поскольку осознание факта перелома тенденции у большей части спекулянтов-индивидуалов запаздывает относительно рынка, здесь и возникает эффект «покупки на верхах – продажи на низах», указанный нами выше. Однако наличие такой типовой модели поведения, как показывает практика, не исключает её модификации.

Следи за курсом!

На графике 1 чётко виден пример подобной смены поведения. На протяжении последних лет население чётко следовало тенденциям на валютном рынке, увеличивая долю рублёвых депозитов в банках при укреплении национальной валюты и, наоборот, отдавая предпочтение вложениям в иностранных валютах (прежде всего долларах США) в периоды, следовавшие за девальвацией рубля.

График 1. Динамика доли рублѐвых средств в депозитах населения

Источник: Банк России, банковская отчётность, расчеты Центра развития

 

Кстати, на этом графике также чѐтко виден лаг в один месяц между переменой тренда и реакцией вкладчиков на этот факт. Подобная ситуация наблюдалась, например, в августе 2008 г. и марте 2009 г. Однако нас больше интересует более новая история, а именно первое полугодие текущего года. На протяжении января-апреля, несмотря на очевидное укрепление национальной валюты, доля рублѐвых депозитов физлиц-резидентов в банках не росла. Ситуация практически не изменилась и в последующие два месяца, так как некоторый отток депозитов, размещѐнных ранее в иностранных валютах, имел сезонный характер и был привязан не к курсовым колебаниям, а к сезону отпусков. Таким образом, можно сделать вывод, что наши граждане заранее начали готовиться к возможной девальвации рубля, по-гусарски сделав ставку в валютной рулетке на иностранные валюты.

 

Ну что ж, вслед за Остапом Бендером пришло время воскликнуть:

«Браво, гусар! ... Что скажет купечество?»

Для ответа на этот вопрос стоит посмотреть на поведение предприятий как в плане размещения своих средств, так и в привлечении кредитов. Дело в том, что наши бизнесмены также совершенно не против подзаработать на курсовых разницах, привлекая средства в дешевеющей валюте, а размещая в дорожающей. Подобная практика, как известно, на рубеже 2008-2009 гг. поставила многие российские предприятия на грань, а то и за грань банкротства. Печальный опыт был учтён, в результате чего с осени 2009 г. реальный сектор экономики проводил значительно более взвешенную валютную политику (см. график 2). 

 

График 2. Динамика доли рублѐвых кредитов и располагаемых средств предприятий, %

Источник: банковская отчётность, расчеты Центра развития

 

 

Удивительно, но факт: одновременно с населением бизнес также изменил доминировавшую до этого модель поведения. Начиная с января текущего года преобладающей тактикой предприятий стало сохранение доли наличных средств в иностранных валютах. Но при этом занимать капитаны бизнеса по-прежнему предпочитали в рублях! То есть и здесь лица, принимающие финансовые решения, несмотря на уверения российских официальных лиц об успешном развитии российской экономики, а также объективно происходившем укреплении рубля, всѐ равно закладывались на его ослабление в перспективе. И, как показывает текущая ситуация, правильно делали…

 

Дмитрий Мирошниченко

Банк России в зеркале бизнеса России

Минимум на протяжении последних пятнадцати лет у нас в стране с известной периодичностью всплывает тема неэффективности существующего банковского надзора. Последний «залп» по Банку России раздался совсем недавно и был связан со скандальной и неприглядной историей, развернувшейся вокруг Банка Москвы. Однако стоит ли «вешать всех собак» на надзорный орган?

Для ответа на этот вопрос нам кажется полезным провести аналогию между системой надзора за коммерческими банками со стороны государства и процессом принятия решения об установлении лимитов по операциям с контрагентами в коммерческих банках. Жизнеспособность и полезность такой аналогии проистекает из одинаковой природы ошибок, которые допускают как коммерческие банки, так и Центробанк. Можно выделить три основные причины допущения таких ошибок:

  1. Недостаточная квалификация персонала;
  2. Объективно существующий недостаток имеющейся информации;
  3. Сбой в системе принятия решения.

В данном случае нас прежде всего интересует третий тип ошибок, ведь именно здесь, как правило, и случаются самые тяжёлые «проколы».

Аналогом надзорного блока Банка России в коммерческом банке можно считать подразделение риск-менеджмента. Именно оно в конечном счете отвечает за проведение анализа текущего состояния банка-контрагента. Однако не стоит забывать, что рисковик оперирует не только цифрами, почерпнутыми из финансовой отчѐтности, он также обязан принимать во внимание весь доступный массив информации. Потому подразделение, отвечающее за анализ рисков, в обязательном порядке является также и потребителем результатов работы других структурных единиц банка – прежде всего его службы безопасности. Не стоит недооценивать ее роль в процессе принятия решения о сотрудничестве с той или иной кредитной организацией. Информация, поставляемая СБ, связана, прежде всего, с личностями истинных хозяев анализируемого банка, их прошлым и настоящим, а также, что чрезвычайно важно, с наличием у них постороннего бизнеса. Невозможно объективно оценить финансовые показатели банка без понимания встроенности кредитной организации в общий бизнес своего хозяина. Без учёта такой информации заключение о возможности или невозможности установления лимита будет «одноногим».

В процессе принятия решения в банке задействованы несколько уровней компетенции. На первом уровне вся доступная информация, как финансового, так и нефинансового характера, стекается в подразделение, ответственное за анализ рисков. Оно выдаёт комплексное экспертное заключение относительно возможности сотрудничества с предполагаемым контрагентом, имеющее рекомендательный характер. Далее это заключение перемещается на следующий этаж – в коллегиальный орган, уже имеющий полномочия на принятие соответствующего решения. Как правило, этим органом в банке является кредитный комитет. Он рассматривает заключение, представленное рисковиками, может самостоятельно оценить информацию, собранную службой безопасности, и, теоретически, является последней инстанцией. Наличие такой системы при надлежаще поставленной работе позволяет минимизировать количество «результативных» ошибок.

Однако, как показывает практика, такое бывает далеко не всегда. Основные системные сбои бывают двух видов. Во-первых, кредитный комитет может принять решение, фактически проигнорировав отрицательное заключение риск-менеджера. Как правило, это обосновывается «нужностью» конкретного контрагента. То есть, потенциальные масштабы и прибыльность предполагаемых операций приводят к сознательному повышению планки допустимого риска. Во-вторых, и это самый тяжѐлый случай, легче лёгкого отправить в мусорную корзину и результаты анализа, и позицию кредитного комитета может ни кто иной, как собственник банка собственной персоной.

Российская корпоративная культура в этом отношении, к сожалению, пока чрезвычайно далека от идеала.Теперь перенесёмся обратно на уровень государства, где ситуация принципиально ничем не отличается. Как и в бизнесе, без чётко поставленного потока «развединформации» касательно деятельности реальных собственников банков далеко не всегда получается адекватно трактовать данные многочисленных форм отчѐтности и вырабатывать соответствующие рекомендации. Далее, зависимость положения сотрудников Банка России, принимающих решение, от видимости стабильности ситуации не даѐт ходу самому распрекрасному экспертному заключению.

Ну и главное. Когда Хозяин решает, кого казнить, а кого миловать, исходя из своих собственных соображений, то само позиционирование Банка России как «независимого» органа фактически превращается в насмешку. И тут, как говорится, не стоит стрелять в пианиста, когда его и к инструменту-то не пускают.

Дмитрий Мирошниченко

Полный текст обзора «Банки: статистика и экономика», июль 2011 г. 

 

18 августа, 2011 г.