• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Фокус адресной помощи: бедные vs. низкоресурсные

Социальная политика, направленная на простую борьбу с бедностью, малоэффективна. Нужна система адресной поддержки низкоресурсных — тех, чей образовательный и культурный уровень низки. Уже сейчас эти люди, крайне уязвимые на рынке труда, начали формировать самовоспроизводящийся низший класс российского общества, считает старший научный сотрудник ИС РАН Светлана Мареева

В настоящее время завершается формирование новой социальной структуры российского общества. И одна из основных задач социальной политики — определить положение в социальной структуре наименее благополучных групп населения и разработать для них механизмы поддержки.

 

Результаты эмпирического анализа, проведенного на базе общероссийских репрезентативных исследований ИС РАН 2009-2010 гг., показывают, что массовая бедность в российском обществе — это следствие низкой ресурсообеспеченности определенных групп населения, которая мешает им занять стабильное положение на рынке труда. В частности, квалификация, реальные навыки и знания, вкупе с уровнем образования, ожидаемо влияют на уровень доходов. Так, в табл. 1 представлено распределение в разных группах по доходам важнейшего для новой экономики квалификационного ресурса, включающего в себя как формально полученное образование, так и реальные знания и навыки (анализ проведен в традиции относительного подхода — при отнесении групп населения к бедным рассматривается их доход относительно медианного уровня доходов в обществе).

 

Таблица 1. Наличие компонентов квалификационного ресурса у различных групп населения, 2010 г., %

 

В современных российских условиях отдача от образования, безусловно, есть, хотя ее влияние может быть опосредовано воздействием других факторов — типа поселения, отрасли занятости и т.д. Квалификационный ресурс, даже измеренный только формальным уровнем образования, значительно дифференцирует слои по уровню доходов. Особое значение приобрели такие компоненты квалификационного ресурса, связанные с реальными навыками, ключевыми для новой экономики, как работа на компьютере и использования Интернета. Работники с такими навыками в стране по-прежнему в дефиците, поэтому спрос на них достаточно велик, что обеспечивает сравнительно более высокую оплату. Низкодоходные группы отличаются при этом низкими уровнями как формального образования, так и наличия востребованных рынком навыков.

 

Аналогичная картина наблюдается и при анализе культурного ресурса в российском обществе (см. табл. 2). Культурный ресурс особенно важен в части особенностей первичной социализации, т.к. их нельзя изменить во времени, и их отсутствие может быть компенсировано только другими компонентами культурного ресурса или другими типами ресурсов.

 

Таблица 2. Наличие компонентов культурного ресурса у различных групп населения, 2010 г., %

 

Еще более очевидны различия по объему культурного ресурса у групп с разными уровнями доходов при одновременном учете как уровня образования родителей, так и особенностей социализации в разных типах поселений. Так, если выделить тех россиян, у кого ни один из родителей не имел высшего образования, и кто при этом проходил социализацию в селе, малом или среднем городе, то среди тех, чьи доходы составляют менее половины от медианных, таковых окажется 84%, а среди тех, чьи доходы превышают две медианы — 30%.

 

Властный ресурс также дифференцирует группы с разным уровнем дохода (см. табл. 3, в данном случае мы рассматриваем властный ресурс как возможность влиять на те или иные решения в системе рабочих отношений, связанные с особенностями занимаемых индивидами структурных позиций в производственных отношениях.

 

Таблица 3. Наличие компонентов властного ресурса у различных групп населения, 2010 г., % (от работающих)

Наличие доступа к власти вообще нехарактерно для россиян, а доля предпринимателей, имеющих наемных работников, или руководителей высшего, среднего и даже низшего уровней составляет только 7% от всех работающих. Однако властный ресурс, связанный с возможностью влияния на принятие решений в рамках своего предприятия или подразделения, распространен в большей степени. Его наличие более характерно для высокодоходных групп, и среди наиболее благополучных слоев населения даже превышает половину. Среди населения с самыми низкими доходами только четверть работающих отмечают, что они имеют хоть какое-то влияние на своей работе. Эти данные свидетельствуют о качественных различиях в специфике структурных позиций, которые занимают представители этих групп населения. Чем ниже возможности оказывать влияния на решения, принимаемые на рабочем месте, тем более нестабильно положение работника — его легко можно заменить.

 

Из приведенных данных видно, что квалификационный, культурный, властный ресурсы во многом остаются в России дефицитными, что и определяет отдачу от них для тех, у кого они имеются в наличии, и нестабильное положение групп, которые не имеют таких ресурсов.

 

Именно эти группы служат потенциальным источником для формирования низшего класса и должны являться объектом адресной помощи социальной политики. Их бедность не является ситуационной, а обусловлена спецификой их ресурсообеспеченности. При этом отсутствие в российской экономике широкого платежеспособного спроса на квалифицированных работников дестимулирует россиян в плане наращивания ими своего человеческого капитала и человеческого капитала их детей, что приводит к воспроизводству низкоресурсных групп и формированию низшего класса.

 

Однако низший класс в России находится еще только в процессе своего формирования. Распределение ресурсов в настоящее время частично компенсируется другими, внеклассовыми факторами, в частности, особенностями региональных рынков труда, отраслевыми особенностями. Так, при низкой ресурсообеспеченности в крупных городах россияне занимают более стабильное положение на рынке труда; аналогичная ситуация характерна для рабочих мест в госсекторе. Таким образом, потенциальной базой для формирования низшего класса современного российского общества выступают в настоящее время россияне, проживающие в небольших типах поселений, занимающие структурные позиции, не требующие наличия высокого уровня человеческого капитала, занятые преимущественно в частном секторе экономики.

 

При этом низкие уровни человеческого и культурного капитала не дают возможности тем, кто оказывается в зоне формирования низшего класса, самостоятельно преодолеть структурные ограничения, с которыми они сталкиваются. Таким образом, речь идет уже не о бедности как таковой, а о самовоспроизводящемся низшем классе, для решения проблем которого необходимо перемещение фокуса с бедных слоев населения на низкоресурсные. Необходимы особые механизмы социальной политики, направленные на реинтеграцию представителей наименее ресурсообеспеченных групп населения, наращивание их человеческого капитала, работу с молодежью. Однако главное условие успешности такой политики — системные изменения в структуре экономики и на рынке труда.

 

Светлана Мареева

 

25 апреля, 2011 г.