• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Духовная Россия — сильная Россия

Главной темой X глобального стратегического форума «Вихри глобальных рисков и стратегия развития России», прошедшего в РАН, была проблема модернизации России. Участники форума представляли в основном консервативно-патерналистский лагерь общественной мысли, и потому примечательно, что основные их выводы совпали с теми, к которым приходят и либеральные эксперты

Состав спикеров форума предопределил обсуждение проблем модернизации в терминах, подзабытых либеральным экономическим сообществом, и отсылавшим скорее к советской эпохе. Много говорилось о «человеческом факторе» и «духовно-нравственном развитии населения», именно их называли ключевыми для дальнейшего развития страны. Но невозможно не отметить, что это ровно то же самое, что и «развитие человеческого капитала» в либеральной транскрипции. А, следовательно, и консервативная, и либеральная мысль примерно одинаково видят стратегические задачи модернизации страны.

Социальный вопрос

Российская модернизация не должна ставить своей целью замену устаревшего оборудования и переход к использованию более продвинутых технологий. России абсолютно необходима полная общественная, культурная и духовно-нравственная модернизация, считает академик РАН Олег Богомолов, открывший своим докладом X Глобальный стратегический форум.

Человеческий фактор является необходимым условием модернизации на всех стадиях ее проведения. Научно-техническая модернизация, о которой так много говорят в последнее время, должна быть результатом взаимодействия предпринимателей, ученых и рабочих. В теории бизнес предъявляет спрос на научные разработки, ученые эти разработки создают, а инженеры внедряют их в производство. К сожалению,  Россия испытывает проблемы со всеми тремя компонентами.

Российские предприниматели обслуживают только собственные интересы, не заботясь об обществе в целом, что осложняет проведение модернизации, считает политолог Сергей Кургинян. Повышение социальной ответственности бизнеса — важное условие успешного преобразования экономики.

Невозможно также говорить о какой-либо модернизации в России, пока финансирование науки, образования и культуры осуществляются по остаточному принципу, уверен Кургинян. Интеллектуальная элита общества испытывает колоссальные финансовые трудности и постепенно маргинализируется. В современной России ученые получают меньше чернорабочих. Ни в Китае, ни в Индии, ни в Бразилии, несмотря на более низкий, по сравнению с российским, уровень жизни, такого нет. Научные разработки в этих странах всячески поощряются и стимулируются.

Россия вскоре не сможет конкурировать с коллегами по БРИК — у страны нет дешевой рабочей силы, с помощью которой можно было бы осуществлять модернизацию быстрыми темпами. Такой ресурс есть в Индии или в Китае. Россия может привлечь дешевых мигрантов из стран СНГ, но речь идет о модернизации, в которую заложено условие самоидентификации российского народа. Проводить ее чужими руками невозможно, отмечает Кургинян.

Российская модернизация всегда была уникальным феноменом, навязанным сверху, считает Виктория Перская, профессор Российской академии государственной службы при Президенте РФ. По-настоящему полноценная и успешная модернизация должна быть следствием того, что народ начинает по-другому ощущать себя в мировом пространстве. На нынешнем этапе народ России не воспринимает и не осознает себя как возможную силу мирового сообщества, и поэтому модернизация проводится по команде сверху. Как следствие, она носит декоративный характер.

Опасные связи

Однако не все считают, что нынешняя модернизация управляется «сверху». Евгений Федоров, председатель комитета Государственной думы РФ по экономической политике и предпринимательству, изложил прямо противоположную позицию — руководства сверху не хватает. Во все исторические периоды, и в царской России, и в Советском Союзе, существовали государственные институты, занимавшиеся  стратегическим управлением. В СССР эту функцию осуществляло Политбюро, но вот уже 20 лет как в России подобный институт отсутствует.

Создание и применение стратегии развития государства, убежден Федоров, это вопрос силы государства. Россия этой силы не демонстрирует — вот уже 20 лет как стратегия развития страны формируется за ее пределами, иностранцами или на иностранные деньги,  и соответственно отражает интересы спонсоров.

По мнению председателя думского комитета по экономической политике, все базовые российские законы формулировались на иностранные гранты или при содействии иностранных советников, все 600 учебников истории, зарегистрированные в министерстве юстиции РФ, были написаны при иностранном финансировании. Около $200 млн год, тратится иностранными заинтересованными лицами на поддержание негативного наполнения российских СМИ, заявил Федоров. Если сравнить с европейским телевидением, где из десяти новостей одна — негативная, а в азиатских странах негативные новости вообще запрещены, в России из десяти новостей негативных девять, отмечает Федоров. И это, по мнению главы думского комитета — мощнейший дестабилизирующий фактор для страны.

Неинтересные инновации

Инновационный путь развития — единственный вариант для успешного развития российской экономики, считает Виталий Бушуев, директор Института энергетической стратегии. У России есть 20–30 лет, чтобы «слезть с нефтяной иглы» и начать строить инновационную экономику. По прогнозам, озвученным Бушуевым, именно в течении этого срока российские энергоресурсы еще будут пользоваться спросом, но в дальнейшем страны будут уходить от традиционных углеводородов. В ближайшие десятилетия Россия должна за счет нефтегазовых доходов осуществить переход на импортозамещение: ресурсное, технологическое, идейное.

Однако в  нынешних условиях в России не создается значительного спроса на разработки прикладной науки. Причина в том, что экономическое развитие обусловшено не внутренними техническими импульсами, а в основном — ценами на энергоресурсы, отмечает Иосиф Дискин, сопредседатель Межрегиональной общественной организации «Совет по национальной стратегии».

Российские наука и бизнес пока существуют в разных плоскостях — полностью отсутствует рынок технологий, благодаря которому наука смогла бы внедриться в бизнес-процессы, считает Евгений Федоров. Российские научные разработки не отвечают потребностям бизнеса, который, в свою очередь, не имеет стимулов для ее финансирования. Переход же науки в бизнес-категорию помог бы привлекать финансирование рыночным способом, а сами научные разработки имели бы прикладной характер. При этом научный потенциал России огромен. Четверть новых технологий произведены либо российскими учеными за рубежом, либо российскими учеными на иностранные гранты, привел данные Федоров. В настоящее время около 700 тыс. российских ученых живут и работают в других государствах. В условиях катастрофического недофинансирования и пренебрежения наукой, остановить утечку мозгов не удастся. Задача государства — создание комфортных во всех аспектах (финансовом, институциональном, политическом и т.д.) условий для развития отечественной науки, уверен Федоров.

Анастасия Федорова

29 декабря, 2010 г.