• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Новый курс» №47

Колоссальные суммы собираются потратить на оборону безо всякого публичного обсуждения; на импортозамещение лекарственных средств планируют отпустить в 108 раз меньше — две темы из очередного еженедельного обзора Центра развития ГУ-ВШЭ

«Страшно произносить эту цифру…»

Программа вооружений до 2020 года в объеме 20 трлн руб. будет принята уже в текущем году. Об этом заявил премьер-министр В. Путин на совещании в Северодвинске. Бюджетные последствия такого решения нами уже рассматривались (см. «Пушки вместо всего?» в НК №35). Отмечалось, что при осуществлении планов Министерства обороны по перевооружению российской армии, к 2020 году доля расходов на оборону в ВВП увеличивается по сравнению с 2010 годом более чем в 1,5 раза. В структуре расходов федерального бюджета расходы на оборону вырастают до поистине гигантских размеров — до 27% вместо нынешних 12%. Последние выступления глав государства вызывают подозрения, что и сумма в 20 трлн руб. не является окончательной и может быть увеличена.

На встрече с командирами соединений Вооруженных Сил 25 ноября Медведев упомянул планы по сохранению объемов финансирования национальной обороны на уровне 2,8% ВВП в год, а также определил цель по увеличению денежного довольствия военнослужащих — в три раза. Последнее укладывается в наши расчеты объема расходов на оборону до 2020 года, предполагающие увеличение расходов на текущее содержание армии на 7% в год, а вот с долей финансирования Президент поскромничал. Уже в 2013 году расходы на оборону достигают 3,7% ВВП, а к 2020 году при условии принятия Программы вооружений, росте ВВП на 4% в период 2014–2020 года и инфляции за этот же в 6%, превысят 4,5% ВВП.

На этой неделе, обсуждая государственную программу вооружения, премьер В.Путин подтвердил серьезность намерений Правительства («Мне даже страшно произносить эту цифру — 20 трлн рублей!»), а также расставил некоторые новые акценты. Среди них необходимость переоборудования и переоснащения тех предприятий, которые пока не в состоянии выполнять гособоронзаказ, а также поддержки предприятий, которые либо простаивают сегодня, либо окажутся ненужными после выполнения основной программы вооружения. Мы не уверены, что эти расходы заложены в подготовленную Программу вооружения. Напрашивается вопрос: на какие средства планируется осуществлять переоснащение и поддержку предприятий? Сколько таких предприятий? Где и, главное, за счет чего будут найдены эти средства? Каких размеров достигнет доля расходов на оборону, правоохранительную деятельность и безопасность, если дополнительно требуется реконструировать и заодно перепрофилировать оборонный комплекс?

Центр развития

Перетерпеть не просто

8 декабря премьер В.Путин посетил расположенный в подмосковных Химках Центр высоких технологий «ХимРар», где провёл совещание по проекту ФЦП «Развитие фармацевтической и медицинской промышленности РФ на период до 2020 г. и на дальнейшую перспективу» (далее Программа). Глава правительства напомнил, что тема обсуждалась и год, и несколько лет назад, и добавил: «Но мне КАЖЕТСЯ, что сегодня база нашей фармацевтической промышленности все-таки изменилась в лучшую сторону».

Когда кажется …. Если база изменилась к лучшему (интенсивно обновлялись основные фонды, вводились в строй новые предприятия и мощности), то должны быть и результаты. А они таковы: на российском рынке доля отечественных лекарственных средств (ЛС) как была в 2006–2007 гг. 21–22%, так и остается на том же уровне, а доля отечественной медицинской техники снизилась с 28% в 2006 г. до 18% в 2009 г. и, по оценкам Минпромторга, в 2011 г. упадет до 15%.

Спрос на рынке в последние годы поддерживался, главным образом, госзакупками. По словам премьера: «Мы, государство, …искусственно подняли спрос на совершенно другой качественный уровень. Обидно, что эти государственные ресурсы уходят на 80% иностранным производителям» (в 2009 г. из 270 млрд руб., израсходованных на госзакупки, 224 млрд руб. приходилось на зарубежную продукцию — 83%).

«Поэтому, — констатировал премьер, — требуется коренная модернизация нашей фармацевтической и медицинской промышленности». И далее как обычно: отрасли должны стать инвестиционно привлекательными, инновационными, экспортноориентированными, а продукция — конкурентоспособной, безопасной и недорогой и т.п. Помочь в этом  отечественным производителям призвана Программа. А вот зарубежные фармкомпании и производители медтехники могут столкнуться с ограничениями на российском рынке, если не будут внедрять здесь свои технологии и создавать производства. И далее: «Есть чувствительные вещи, конечно, когда иностранные производители с помощью наших авторитетных людей продвигают свои продукты и говорят, что без них все завтра здесь умрут, без этих препаратов. Это просто нужно перетерпеть, вот и всё!", — заявил премьер.

Учитывая сегодняшнюю ситуацию на российском рынке,  перетерпеть будет не просто.

Посмотрим, какие альтернативы предлагает Программа, но не к далекому 2020 г. (тогда, понятно, всем будет счастье и, по заверению главы Минпромторга В. Христенко, «полная инновация»), а по окончании 1-го этапа — в 2015 г. Тем более, что в этот период, а именно в 2012 г., завершаются основные программы модернизации здравоохранения (денег на оставшиеся 2 года осталось не меряно), с 2014 г. все отечественные предприятия фарминдустрии должны перейти на международные стандарты производства GMP и к 2015 г. все ЛС из перечня стратегически значимых (57 наименований) должны производиться только на территории России (сейчас не производится ни одного).

В качестве основной задачи 1-го этапа Программы заявлено импортозамещение ЛС на основе технологического перевооружения отечественных предприятий фармацевтической и медицинской промышленности (соответственно 75 и 76 предприятий). Но поскольку Программа носит преимущественно НИОКРовый характер (82% от суммарных расходов), то под технологическим перевооружением здесь понимается «развитие научно-технического потенциала фармацевтической промышленности» (группа №1 мероприятий Программы) за счет «разработки технологии и организации производства жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств (ЖНВЛС), не производимых отечественными производителями и как не защищенных патентами (т.е. дженериков, это подешевле — 4,5 млрд. руб. и не менее 130 проектов), так и защищенных патентами иностранных компаний (это подороже — 6,4 млрд руб. и не менее 25 проектов)».

Однако от разработки технологии до непосредственного производства импортозамещающей фармацевтической продукции дистанция огромного размера. Возможно, мировой фармрынок нам поможет: в ближайшие годы (правда, не сегодня) истекают патенты на ЛС с годовым оборотом в мире более 40 млрд долл. Они переходят в разряд дженериков (купим недорого!). но ведь на разворачивание их локализованного производства в России, по мнению экспертов, потребуется ещё 3–4 года.

Судя по срокам и мероприятиям Программы, к 2015 г. реального импортозамещения ЛС ожидать не стоит. Что касается трансфера инновационных зарубежных технологий  с последующей организацией собственного производства инновационных ЛС (включающего этап доклинических и/или клинических исследований в России), то это, похоже, еще более отдаленная перспектива, хотя разработчики Программы и обещают кое-что инновационное вывести на рынок уже к 2015 г. Получается, что к переходу на GMP и обеспечению собственного производства 57 стратегически значимых ЛС в период до 2015 г. Программа имеет весьма косвенное отношение (видимо, для этого имеются или появятся другие финансовые источники и средства).

По заявлению премьера, Программа неплохо проработана и будет принята в ближайшее время. Только есть явное несоответствие заявленных целевых индикаторов Программы объемам финансирования и мероприятиям. Так, согласно Программе, к 2020 г. доля ЖНВЛС отечественного производства должна составить 90% по номенклатуре и 50% по стоимости (сейчас соответственно 52,5% и 22%); доля медтехники и изделий — 40% (сейчас — 17%); экспорт должен вырасти в 8 раз. Будет создано 17 научных центров по разработке инновационной продукции, модернизировано 160 предприятий. И на всё это потребуется всего-навсего 185 млрд руб. (в том числе: 123 млрд руб. из федерального бюджета). Не верим!

Если указанные целевые показатели и будут достигнуты к 2020 г., то не только и не столько в результате реализации Программы. Вспомните, на госзакупки медоборудования в 2011–2012 гг. будет истрачено 300 млрд руб. Как говорится, почувствуйте разницу. Вот если переименовать Программу, например, в «Развитие сектора исследований и разработок фармацевтической и медицинской промышленности» и убрать не имеющие отношение к Программе индикаторы, то получится, конечно, скромнее, но зато честнее.

В заключение хочется отметить, что фармацевтической промышленности изрядно «досталось» в 2010 г.: многочисленные изменения законодательства, регулирующего фармацевтическую деятельность, появление разного рода обязательных к исполнению перечней и методик, введение регистрации ЛС и цен на ЖНВЛС (см. НК №39, а также №№ 4, 11, 13) дестабилизировали работу отрасли.

А зарубежные инновационные ЛС, которые до 2010 г. можно было купить в России, но которые не были зарегистрированы в 2010 г. по тем или иным причинам (не успели пройти клинические испытания в России, цены чиновникам показались слишком высокими), продолжают везти из-за границы (в частности, работники благотворительных фондов), но уже контрабандным путем. Ведь больные ПЕРЕТЕРПЕТЬ НЕ МОГУТ, ВОТ И ВСЁ!

Елена Балашова

Полный текст бюллетеня «Новый курс» №47, 11–17 декабря 2010 г.

Автор текста: Балашова Елена Евгеньевна, 21 декабря, 2010 г.