• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision

Дипломатия как двигатель модернизации

Российская дипломатия в целом до сих пор мыслит в терминах двухсторонних отношений. С другой стороны, именно ими Россия пренебрегала при выстраивании отношений с ЕС, отметил ректор МГИМО(У) МИД России Анатолий Торкунов, принявший участие в диспуте «Внешнеполитические условия российской модернизации» АНЦЭА
4 августа, 2010 г.

Китай как пример для подражания

Значение внешнеполитических приоритетов и внешнеполитического обеспечения модернизации, блестяще показал опыт Китая, который оказался в выигрыше даже в ходе последнего кризиса. Китай в этот период сделал огромные запасы стратегического сырья, в частности, скупая все у соседей. Затевая модернизацию, Китай четко определил внешнеполитические приоритеты. Уже в самом начале китайских реформ Дэн Сяопин потребовал, чтобы внешняя политика была подчинена исключительно интересам модернизации и обеспечивала мирное окружение и максимально весомое участие внешнего мира в развитии производительных сил Китая.

Были сформулированы принципы, которые заслуживают и нашего внимания. Во-первых, это мирное сосуществование с другими странами, вне зависимости от идеологического контекста. Второе — Китай не стремится к гегемонии, и, как подчеркивал Дэн Сяопин, китайцам не стоит «высовываться». Китай не вступает в союзы с державами: неоднократно указывалось, что союзнические отношения могут воспрепятствовать нормальным контактам с другими странами, ослабить волю КНР сопротивляться негативным действиям партнеров. Более того, союзники могут использовать Китай в ущерб его интересам. Вместе с тем, Китай должен прилагать максимум усилий к установлению прочных контактов с наиболее развитыми странами Запада: от этого зависит успех модернизации.

И в конфликтных ситуациях Пекин демонстрировал и демонстрирует исключительный прагматизм. На вопрос, каковы отношения КНР и США, китайское руководство говорит, что ВВП США в 6 раз больше китайского, поэтому они будут делать все, чтобы иметь хорошие отношения с США. Китай должен преодолеть или отложить в сторону, так считает китайское руководство, все спорные проблемы с соседями, добиться ликвидации всех горячих точек вблизи границ. И гибкость Пекина в этом смысле сильно контрастирует с Японией, которая уже в течение 50 лет не идет на подписание договора с Россией. Китай заявляет, что он всегда будет принадлежать третьему миру, и будет поддерживать третий мир по широкому кругу вопросов, в том числе, в его отношениях с развитыми странами. И, наконец, Китай тесно сотрудничает с общинами соотечественников за рубежом.

большая часть нашей политической и бизнес-элиты живет с пониманием международных отношений на уровне XIX — первой половины XX века, мыслит терминами двухсторонних отношений, "великих держав", "большой игры", забывая, что за годы советской автаркии мир наполнился сложными институциональными связями

Дипломатическая служба Китая участвует в формировании реально выгодных для внешних инвесторов конъюнктур. Дипломатия изучает иностранный опыт, анализирует восприятие за рубежом условий на китайском рынке, вносит рекомендации в т.ч. и по сооружению в странах-контрагентах престижных объектов, добивается допуска китайских компаний к источникам энергоресурсов.

Китайцы, в отличие от нас, живут категориями столетий, вечностями. Например, сегодня Китай самый главный игрок в Африке, они давно обошли другие страны. Они осваивают Африку посредством дешевых китайских товаров, через инвестиции, субсидии. Скорее всего, есть соответствующее решение китайского политбюро, которое связано с рассчитанной на десятилетия стратегией. Китайцы скупают огромные африканские территории, которые они намерены использовать для выращивания продуктов и в технических целях. Китайская колония в Африке постоянно растет. И нам надо тоже заглядывать хоть чуть-чуть вперед.

Динамическая стабильность

Что Россия могла бы желать сегодня от международного контекста, чего должна добиваться? На этот вопрос есть несколько очевидных ответов, или даже императивных внешнеполитических условия для модернизации. Это неприемлемость любых сценариев военно-политической конфронтации, напряженности или приближения к этому состоянию. Причем речь идет как о глобальном, так и о региональном и субрегиональном уровнях. Нам важна международная политическая и экономическая стабильность на всех этажах мировой системы. Однако стабильность не статическая, не сохранение статус-кво, который не на всех направлениях для нас комфортен, а стабильность динамическая, с положительным вектором динамики. Иными словами, стабильность благоприятных возможностей и шансов для страны. Важна возможность относительно неконфронтационного наращивания экономического потенциала в рамках мировой экономической системы, в том числе  в слабо освоенных, новых для России, сегментах. Необходима бесконфликтная, российскоцентричная консолидация постсоветских региональных пространств.

Необходимо также перестать воспринимать многосторонние институты как дипломатические декорации. В тех же странах ЕС или в США вокруг каждого канала взаимодействия с международной организацией выстраивается целая система в соответствии с кругом интересов организаций, национальными структурами.

В Брюсселе в штаб-квартире ЕС огромное количество представителей бывших советских республик, которые работают с бюрократией ЕС исключительно плодотворно и активно. И практически, за редким исключением, не встретишь там россиян. Кроме тех, кто в России профессионально занимается этой проблематикой, все остальные отключены от участия в этих процессах в рамках многонациональных институтов. Это проблема в целом нашего гражданского общества и его дальнейшего становления, ее решение — одна из актуальных задач.

Вообще, большая часть нашей политической и бизнес-элиты живет с пониманием международных отношений на уровне XIX — первой половины XX века, мыслит терминами двухсторонних отношений, "великих держав", "большой игры", забывая, что за годы советской автаркии мир наполнился сложными институциональными связями. И без осознания этих связей трудно решить задачу наращивания экономического потенциала в мировой системе.

Наши внешнеполитические амбиции и претензии на статус великой державы вроде бы подкрепляется тем, что мы обладаем колоссальными запасами ядерного оружия. Однако сегодня совсем не этим определяется статус великой державы, а ВВП, который у нас весьма и весьма невелик по сравнению с другими странами. Есть известное противоречие, в том числе, и ментальное, у нашей элиты, поскольку отказаться от стереотипа, который складывался десятилетиями, трудно. Может быть, и не надо пытаться это сделать быстро. Но учиться соотносить наши желания с нашими возможностями  все равно придется.

Россия и США

Стабильность — как цель — обеспечивается такими способами, как равные отношения с центрами силы и учет соотношения их интересов между собой. Огромная роль здесь принадлежит США. По всей видимости, администрация Барака Обамы, в отличие от его предшественника, окончательно отказалась от курса на намеренное взламывание устоявшегося глобального баланса и его региональных составляющих для реализации собственных идеологем. Идеализация стабильных российско-американских отношений начинает нарастать по нескольким направлениям. Здесь и СНВ, и сотрудничество по Афганистану, которое активно укрепляется и расширяется в последние месяцы; тесное, буквально каждодневное сотрудничество по иранской проблематике. В институциональном плане это почти идеальное взаимодействие по линии G-8 и G-20, близкие позиции по вопросам экономизации экологической проблематики, взаимное возвращение к внятной позиции по ВТО.

Впервые за много лет взаимодействие с США может оказать и непосредственно экономико-модернизационный эффект: речь идет о приходе в Россию американских высокотехнологических компаний, о взаимодействии с тем, к сожалению, узким слоем технологически пригодных для международных контактов бизнесов нашей страны.

Россия и ЕС

Фактически сегодня Россия не вписывает ЕС в концепцию центра силовых отношений. Условно говоря, нет понимания, как Евросоюз коррелирует с БРИК, туманно представление о евроатлантических отношениях ЕС-США, что в конечном счете выражается в полном непонимания, как наша страна вообще относится к стратегической оси мировой экономики и политики.

Россия совершила большую ошибку в 90-е гг., пытаясь наладить отношения с ЕС через головы ближайших соседей — Польши, Венгрии. В некоторых вопросах мы напрямую шли на конфронтацию. А сейчас выясняется, что развитие отношений с ЕС невозможно без решения вопросов с этими членами ЕС.

Поэтому сдвиги, которые в последнее время произошли в отношениях с Польшей, играют колоссальную роль не только для наших двухсторонних отношений и отношений с ЕС, но и для наших отношений со странами Балтии. В Венгрии пришло к власти новое правительство, в ходе предвыборной кампании показывавшее себя как антироссийское. После того, как стали улучшаться наши отношения с Польшей, антироссийская риторика нового венгерского руководства почти исчезла.

Россия и бывшие республики СССР

Без активного участия стран СНГ, бывших республик СССР, во всяком случае, некоторых, в общем процессе модернизации Россия далеко не уйдет. Мощный модернизационный потенциал у Азербайджана, Казахстана, Украины. Причем  там процесс модернизации уже идет. Модернизация — под прикрытием стандартной авторитарной надстройки — идет и в других странах, в частности, в Белоруссии и в Армении. Сотрудничество со всеми этим странами — как бы сложно оно не было — перспективно и может дать положительный эффект.

Анатолий Торкунов

Материалы по теме

Экономике поможет культура

Для развития экономики нужно сделать ставку на высококачественный человеческий капитал, нестандартные виды деятельности и инклюзивную институциональную среду, которая позволяет людям реализовывать свои таланты и формирует благоприятный климат для жизни. Такие контуры новой экономической стратегии наметил Александр Аузан в докладе на XVI Апрельской международной научной конференции НИУ ВШЭ.

Россия лидирует по числу незавершенных модернизаций

Россия – мировой лидер по попыткам модернизации, однако каждая из них заканчивалась реставрацией традиционных институтов, что мешает стране выбраться из «колеи». Свой взгляд на проблему декан экономического факультета МГУ им.М.В. Ломоносова Александр Аузан на круглом столе НИУ ВШЭ «Эффект «колеи» и проблема общественного договора».

Снижение инвестиций тормозит модернизацию

Для ускоренной модернизации экономики необходимы инвестиции, динамика которых в первой половине 2014 года была негативной. Росту инвестиций препятствуют не только экономические показатели, но и нарастающая неопределенность в экономическом развитии России, отметили эксперты Центра развития НИУ ВШЭ в очередном бюллетене «Новые Комментарии о государстве и бизнесе»

Российский бизнес переживает ценностный конфликт

Модернизация в России часто трактуется формально – как технологическое обновление и улучшение экономических показателей. Между тем, это, прежде всего, трансформация менталитета, ведущая к иному пониманию бизнеса. Модернизационные изменения невозможны вне современных ценностей, которые в России еще предстоит сформировать, уверена Наталья Соболева*