• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Новый курс» №22

Настораживающее поведение опережающего индекса в США; промышленный рост в РФ на кончике статистического пера; перспективы очередного газового конфликта; как совместить бездефицитный бюджет и федеральные выборы — некоторые темы из очередного еженедельного бюллетеня Центра развития ГУ-ВШЭ

США: Тревожный симптом

Последние данные, опубликованные авторитетным американским институтом, специализирующемся на построении опережающих циклических индексов (Economic Cycle Research Institute, ECRI), ясно указывают на то, что для американской экономики вероятность нового витка кризиса явно отлична от нуля. Согласно опубликованным в пятницу данным, наиболее информативный опережающий индекс ECRI (недельный опережающий индекс), снизился вторую неделю подряд.

Динамика недельного опережающего индекса, % прироста

Динамика недельного опережающего индекса, % прироста

Источник: ECRI

Само по себе это не означает, что новый виток рецессии неизбежен. Однако многолетняя история показывает, что более или менее долговременное снижение этого индекса (или, что то же самое, отрицательные темпы его роста, приведенные на графике) в подавляющем большинстве случаев предшествуют периодам рецессий (на рисунке они выделены серыми столбиками). Ближайшие недели покажут, нарастают в США риски нового спада или, наоборот, рассеиваются.

Промышленность вышла из стагнации … простым росчерком пера

Наконец-то Росстат опубликовал данные о динамике промышленного производства в 2008–2010 гг. в структуре 2008 года. Однако, вопреки нашим ожиданиям, это не только не сняло стоявшие вопросы, но и поставило новые.

Прирост промышленного производства год к году помесячно по новой и старой методологии Росстата, %

Прирост промышленного производства год к году помесячно по новой и старой методологии Росстата

Источник: Росстат

Согласно данным Росстата, российская промышленность, ударившись обо дно в мае прошлого года, не просто отскочила вверх, но отскочила стремительно, практически, выйдя на докризисный уровень. Уровень мая 2010 года оказался на 12,6% выше уровня мая прошлого года и всего на 3,7% ниже уровня предкризисного мая 2008 года. Такие данные абсолютно не корреллируют с оценками динамики ВВП в первом квартале. Напомним, что Росстат оценил ВВП первого квартала этого года всего на 2,9% выше прошлогоднего уровня. Если это верно, то значит в начале этого года российская экономика на 1,2% упала по сравнению с четвертым кварталом прошлого года. В принципе с такой нашей оценкой — снижение ВВП в первом квартале со снятой сезонностью — согласны и специалисты Всемирного Банка, только что опубликовавшего свой обновленный прогноз по России. В предшествующие периоды промышленность вела себя как правило синхронно с ВВП, однако в начале этого года по данным Росстата она выросла почти на 3% (март 2010 г. к декабрю 2009 г. со снятой сезонностью), а в целом за первые пять месяцев 2010 г. (май к декабрю) увеличила выпуск почти на 5%.

Прирост промышленного производства год к году по новой и старой методологии Росстата, %

Прирост промышленного производства год к году по новой и старой методологии Росстата

Источник: Росстат

Пересмотр данных Росстатом позволил промышленности резко приблизиться к докризисному уровню: если по старым данным в апреле 2010 г. объем промышленного производства (без снятия календарного и  сезонного влияния) был почти на 9% ниже уровня апреля 2008 г., то в соответствии с новыми данными эта разница составляла в апреле лишь 5,3%, а в мае снизилась до 3,7%. Отметим, что в годовом выражении разница в 4 п.п. динамики промышленного производства — это примерно 850 млрд рублей, или 2% ВВП.

Газовый цугцванг

Нашла коса на камень — нежелание Минска вступать в Таможенный союз без нефтяных преференций (обнуление пошлин на нефть) вызвали ответную реакцию со стороны Москвы. «Газпром» объявил о сокращении поставок газа в Белоруссию в связи с накопившейся задолженностью (около 200 млн долл.) «Белтрансгаза» из-за расчетов по цене ниже контрактной.

Последний подобный случай с транзитом газа через Украину в 2009 г. показал, что Россия готова пойти на крайние меры, вплоть до прекращения поставок газа в страну. В конечном счете, Киев сначала уступил требованиям Москвы, затем на Украине сменилась власть, после чего цена на газ для Украины была снижена и отношения потеплели. Похоже, с Минском решили поступить аналогичным образом. Однако не стоит забывать, что в газовых отношениях России с соседями неявно присутствует еще один партнер — европейский потребитель.

«Сценарий 1». Минск занимает жесткую позицию, не погашает задолженность перед «Газпромом» и не соглашается на российские условия вступления в ТС. «Газпром» сокращает поставки газа в Беларусь. Однако Беларусь не готова сокращать потребление газа и демпфирует газпромовские санкции несанкционированным отбором. Сезонно низкий спрос на газ в Европе в летний период не доводит ситуацию на европейском рынке до критической, но российская газовая монополия теряет еще пару процентов на европейском рынке газа, который с радостью занимают конкуренты. На политическом же уровне это приводит к очередному витку напряженности в отношениях с Европой, где скептики получаю дополнительный аргумент против расширения сотрудничества с Россией.

«Сценарий 2». Минск идет на уступки, соглашается погасить (скорее всего, не сразу и/или за счет бартера) часть задолженности и даже обещает одобрить все необходимые документы для вступления в ТС (конечно, с изъятиями по некоторым ключевым позициям). Однако, от обещаний до их реализации — длительный путь. Все спорные вопросы еще не раз будут всплывать на повестке дня. В отличие от бывшего президента Украины В.Ющенко, А.Лукашенко весьма прочно сидит на своем месте, а, значит, договариваться Москве и после выборов придется именно с ним. В этом случае смотри «Сценарий 1».

Таким образом, можно говорить о своеобразном газовом цугцванге (ситуация в шахматах, где любой ход приводит к ухудшению позиции). С одной стороны, можно понять «Газпром» — по долгам нужно платить, а любые коммерческие отношения подразумевают верховенство контракта. С другой стороны, все последние годы Россия тщательно демонстрировала, что газ — это не экономика, а политика. Но тогда, при чем здесь коммерческие отношения и долги?

Центр развития

Выборы явно некстати

Вскоре Правительство должно утвердить основные параметры федерального бюджета на 2011–2013 годы. Основные баталии разгораются вокруг бюджетных проектировок на 2011 год, поскольку, как свидетельствует российская практика трехлетнего бюджетного планирования, цифры на второй и третий  годы скользящей трехлетки (на 2012 и 2013 годы) в будущем легко могут быть пересмотрены до неузнаваемости.

Ключевой вопрос: можно ли совместить намерения Минфина по сокращению к 2015 г. бюджетного дефицита до нуля с требованиями жизни, согласно которым финансирование бюджетной сферы нельзя сократить без сокращения бюджетной сети, а повышение роли государства в экономике неизбежно оборачивается ростом бюджетных расходов? В соответствии с планами Минфина расходы федерального бюджета в 2011 году, по сравнению с уровнем 2010 года, с учетом поправок, должны были сократиться на 3,5% в номинальном выражении и на 9% в реальном выражении. Но некоторые важные линии обороны Минфином уже сданы. В частности, использование в качестве основного варианта макроэкономического прогноза с ценой нефти в 75 долл. за баррель при сохранении уровня  бюджетного дефицита на уровне 4% ВВП позволяет  увеличить расходы федерального бюджета в 2011 году более чем на 600 млрд руб. по сравнению с бюджетными проектировками в законе о федеральном бюджете на 2010–2012 годы. Это позволит в 2011 г. довести расходы на оборону до 2,9% ВВП, а также  проиндексировать заработную плату бюджетников и денежное довольствие военнослужащих.

Однако, главная интрига обсуждения параметров федерального бюджета намного крупнее и состоит в другом — в том, нужно ли восстанавливать финансирования по федеральным целевым программам, которое было сокращено в 2009–2010 гг., и начинать финансирование новых ФЦП, разработанных в течение года по поручениям Президента и премьер-министра? Цена вопроса — примерно на 1,9 трлн руб., и если согласиться на эти расходы, то дефицит составит 7,8% ВВП, а номинальный рост бюджетных расходов превысит 20%.

В настоящий момент неясно, чем кончится «бюджетный торг», и создается впечатление, что власти только сейчас начинают сталкиваться с бюджетными ограничениями, чего не наблюдалось последние лет 8–9. По сути дела перед ними стоит альтернатива: или «плюнуть» на макроэкономические рассуждения, которые говорят, что расходы увеличивать нельзя, или же смирить свою гордыню и признать, что ресурсов для выполнения выданных обещаний больше нет. И самое печальное (для властей) состоит в том, что этот выбор нужно сделать в самый неподходящий момент, в начале всех предвыборных кампаний.

Андрей Чернявский

Полный текст бюллетеня «Новый курс» №22, 12–18 июня 2010 г.

22 июня, 2010 г.