• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Новый курс» №19

Пьеса абсурда по мотивам встречи Д.Медведева с бизнесменами Силиконовой долины (настоящей), и мировая экономика в ловушке антикризисных мер — две темы из еженедельного обзора Центра развития ГУ-ВШЭ

«Смотрины (силиконовые) стало быть у них, на сто рублей гостей одних...»

Небольшая пьеса абсурда (по мотивам встречи Президента Медведева с руководителями американских венчурных фондов 25 мая 2010 г.)

Действующие лица: ДМ — Дмитрий Медведев, президент РФ; ДГ — Дрю Гафф, партнер и основатель «Сигюлер Гафф»; ДК — Дэвид Кронфельд, партнер и основатель «Джей Кей энд Би Капитал»; ЭБ — Эрик Буатуа, генеральный партнер «Софиннова Венчерз»; ДВ — Дон Вуд, управляющий партнер «Дрэпер, Фишер энд Юрветсон»; российские чиновники, которые делают вид, что поддерживают идею своего Президента; американские «инвесторы», которые попутно ищут в России денег для вложения их в зарубежные инновационные проекты.

Место действия: Горки, дача ДМ.

ДМ: Добрый день, уважаемые коллеги! Неделю назад я подписал закон, по которому высококвалифицированные специалисты, приезжающие из-за границы, должны приниматься в упрощенном порядке. (Далее, давая понять, что, несмотря на ожидаемый наплыв высококвалифицированных специалистов, некоторые проблемы все-таки остаются.) Но венчурного капитала, рискового капитала в нашей стране не хватает!

ДГ: Мы предоставим 250 млн долл., создадим цифровые инфраструктуры центра обработки данных.

ДМ: Это неплохо, но крайне важно развивать совместные проекты и в других сферах (перечисляет «пять приоритетных направлений»)

ДК: Когда-нибудь Россия станет центром притяжения, центром развития высоких технологий. Но сейчас? Существуют тысячи способов украсть ваши деньги в России, и россияне, как правило, не будут сомневаться, если такая возможность им предоставится. Отсутствует общепринятый аудит компаний, сильна коррупция, правоохранительная деятельность подвержена коррупционным влияниям. Создайте, наконец, специальный институт для разрешения споров инвесторов!

ДМ (делая вид, что все критические высказывания ДК относятся к далекому прошлому): Если Вы считаете, что как минимум ситуация изменилась, то Ваши слова, Ваш опыт, Ваши призывы, Ваше общение с коллегами — это, собственно, лучшее, что может быть.

(Далее, снижая эмоциональный накал) Как человек с юридическим мышлением, могу сказать, что законодательство у нас вполне приличное. Другой вопрос, что оно зачастую не вполне корректно соблюдается участниками экономических отношений, не вполне точно интерпретируется в ходе судебной защиты, а судебные решения не исполняются. Эти проблемы реально существуют! (С нажимом, давая понять, что в нашей стране признание проблемы «первыми лицами» практически равнозначно ее решению). Про аудит: мировая система аудита подорвана, есть тотальное разочарование. У нас, если что-то и создавать… (раздумчиво, намекая, что для России это «если» все-таки существует), то на основе новых практик, а не копируя то, что было в 90-е годы, и то, что, к сожалению, отвергнуто мировым сообществом. В Канаде, когда будет встреча G-8 и G-20, тема аудита будет обсуждаться. (После такого внушения ДК и всем присутствующим должно стать ясно, что поднимать такие вопросы сейчас — просто не комильфо). По поводу агентства по иностранным инвестициям. Эта идея не нова, у нас периодически такие агентства создавались, потом ликвидировались. Здесь вопрос в реальной компетенции такого агентства. Для защиты прав инвесторов могут потребоваться судебная защита, меры прокурорского воздействия, правоохранительные меры, меры по линии следствия. (Здесь иностранцы должны быстро сообразить: во-первых, что в России следователи, прокуроры и суды сами по себе — просто по заявлению агентства и без подсказки «сверху» — не смогут правильно решить спор хозяйствующих субъектов; во-вторых, что наделять агентство по иностранным инвестициям полномочиями следствия, прокуратуры и судов одновременно в России не будут — даже для того, чтобы угодить иностранным инвесторам).

ДМ (подытоживая тему об аудите): Поэтому здесь есть доводы «за» и доводы «против».

ЭБ (робко): В России необходимо укрепить защиту интеллектуальной деятельности, ее результатов, а также патентов.

ДМ (авторитетно): Мы изменили законодательство об интеллектуальной собственности. У нас сейчас оно современное. В связи с вступлением России в ВТО обсуждается, делать там что-то дополнительно или не делать. Мы понимаем, что без создания полноценного режима соблюдения правил об интеллектуальной собственности невозможно достичь успеха практически ни в одном виде рискового бизнеса.

(Инвесторы согласно кивают головами: они уже поняли, что по туземным понятиям признание проблемы вождем племени равносильно ее решению. Поэтому: зачем зря спорить? Но нашелся один «непонятливый». Имя ему — Дон Вуд.)

ДВ (начиная вкрадчиво, издалека): Сегодня утром от Виктора Вексельберга мы много слышали об иннограде. Вексельберг обратился к нам за советом и ушел со встречи с пятью страницами советов. Он попросил нас передать свои советы вам (ДВ говорит это в простоте; ему невдомек, что в России всегда больше доверяют иностранцам, и г-н Вексельберг просто не захотел «подставляться»).

(Далее — вдохновенно) Предпринимательство, инновации — это состояние духа, а не место или здание. Вы должны создать виртуальный инноград по всей стране (не замечая, что покушается на самое прорывное и святое!). Вы в России должны начать уважать предпринимательство, всячески поддерживать и поощрять его. Молодые предприниматели должна быть вашими героями! У нас в Кремниевой долине именно предприниматели — настоящие герои! Это в Вашингтоне герои — политики. Хотя мы понимаем, что 19 из 20 предпринимателей терпят крах, но мы прощаем им их неудачи. Мы даем им попробовать снова и снова! Мы все время даем им новый шанс!

ДМ (отрезвляюще): А в нашей стране 90% людей хотят быть политиками, потому что считают, что это самый короткий путь к жизненному успеху. Да и как сделать бизнесменов героями? Это вопрос не только государственной политики, но ответственного поведения самих бизнесменов. Они должны давать лучшие образцы поведения, а далеко не всегда это так.

(ДВ изумленно моргает глазами: у них в Кремниевой долине предприниматели много работают, а политики в Вашингтоне как раз нередко дают «не лучшие образцы поведения». Но откуда ему знать о строгом аскетизме российских депутатов, министров, губернаторов, которым пропитана каждая строчка их деклараций о доходах и имуществе? А ведь именно в силу своих высоких моральных и деловых качеств эти люди достигают жизненного успеха! Чего же удивляться, что российские граждане хотят подражать именно им!)

ДВ (продолжает, уже не так восторженно): Одна из важных вещей — каждый сотрудник компании должен получить пакет ее акций. Это может потребовать некоторых изменений в законодательстве в части опционов, но именно владение акциями создало Кремниевую долину. (Постепенно увлекаясь) Также важно строить инновационные центры вокруг хороших университетов. Долина возникла вокруг Стэнфордского университета и университета Беркли. Строительство вокруг университета — это ключевая вещь. (Лишь бы спорить: хоть бы справки навел, предусмотрен в Сколково университет или нет?).

ДМ: Мы понимаем, что риски на нашем рынке оцениваются как достаточно высокие. Но их можно снивелировать теми преференциями, которые мы готовы в этой ситуации использовать.

ДВ (не понимая намеков, обращенных к «избранным»): Наш совет: не так важно создавать льготы и стимулы, намного важнее — снимать барьеры для инноваций. Лучшее, что может сделать правительство — убраться с дороги! (На лицах российских чиновников отчетливо читается мысль: «Кто ж привел в Кремль этого оголтелого либерала? Езжай в Вашингтон и проповедуй там, в своем Белом доме!») Вы должны создать хорошую законодательную систему, защиту интеллектуальной собственности и частной собственности, но вы должны уйти с дороги и дать предпринимателям возможность заниматься инновациями. Не ставьте рамок. Почему «Роснано» занимается только нанотехнологиями? Предсказать, где именно предприниматели начнут создавать инновации, крайне сложно. Если вы принуждаете их к инновациям в какой-то определенной сфере, это лишь ограничивает их возможности.

ДМ (дружелюбно поясняя, почему надо четко очертить, куда направлять бюджетные средства): Мы настолько богаты природными ресурсами, что у нас практически все хотят заниматься именно этим бизнесом, вкладывать деньги в нефть и газ.

ДВ (видимо, не поняв, что речь идет о деньгах налогоплательщиков): А я считаю, что важно не ставить секторальных ограничений. Не говорите: «Занимайтесь инновациями тут!». Откройтесь! Возможно, это и в правду будут нанотехнологии, но на самом деле есть еще множество важных секторов.

Важная вещь — привлечение иностранного капитала. Привлекайте в фонды западных партнеров, привлекайте в компании инвестиции из западных фондов, и дайте инвесторам регистрироваться там, где они захотят. Я бы предложил вам в России не ставить дополнительных, связанных с «пропиской» ограничений для инвесторов. Не надо принуждать их регистрироваться именно на территории России. Пусть регистрируются, где захотят — не ставьте правил и ограничений. Вообще не стоит привязываться к границам — границы в современном мире с его телекоммуникациями совершенно не важны. Не запирайте людей в одном городе (да что же ему наше Сколково так поперек горла?) или одной стране — обучите их в хорошем университете и дайте внедрять инновации.

ДМ: Мы сейчас занимаемся созданием международного финансового центра. Надеюсь, что кризис нам в этом поможет. А также та жёсткая политика, которую проводят правительства ряда государств в отношении собственных финансистов. Поэтому мы всех, кто страдает у себя дома, приглашаем в Российскую Федерацию.

Немая сцена из «Ревизора»: инвесторы пытаются сообразить, не спутали ли их с представителями наркомафии? Или это просто неточности перевода?

ДГ (тихонько, в сторону): Льготы были обещаны, но не предоставлены!

*     *     *

Все это было бы смешно, если бы не было грустно. Американские инвесторы говорят о законах, защите собственности, предпринимательстве как общественном приоритете, а российские власти воспринимают это не как их внутренние убеждения, а просто как начальную переговорную позицию, на которую отвечают «по понятиям»: обещанием льгот и преференций. И ожидают, видимо, встречной уступки со стороны инвесторов. Думаете, дождутся?

Сергей Смирнов

Мировая экономика в ловушке, или новая точка зрения на «Exit Strategy»

Вышедший на днях под эгидой ООН обзор и прогноз развития мировой экономики (World Economic Situation and Prospects 2010 Global Outlook) в череде прогнозов международных организаций последних месяцев заслуживает особого внимания. Во-первых, экономисты ООН в начале 2008 г. в большей степени «угадали» кризис, чем их коллеги из профильных международных организаций, а во-вторых, в этом, уже третьем за последние полгода документе крупной международной структуры, посвященном стратегии выхода мировой экономики из антикризисных мер, тема Exit Strategy трактуется очень своеобразно, что лишний раз подчеркивает неустойчивость достигнутого равновесия в мировой экономике.

Напомним, 6–7 ноября 2009 г. на встрече министров финансов и управляющих центральных банков стран G-20 подход к стратегии выхода из антикризисных мер был обозначен крайне общо — как переход к сильному, устойчивому и сбалансированному росту. Первое предполагало рост, превосходящий в долгосрочной перспективе докризисный потенциал, второе — рост, основанный на ценовой и финансовой стабильности и рыночной конкуренции, третье — рост во всех 20 странах, не порождающий глобальных дисбалансов. Целью экономической политики предполагалось сделать снижение государственного долга до разумного уровня в течение четко определенного промежутка времени. Основной тактический посыл состоял в том, что все страны должны разработать реалистичные стратегии выхода, подходящие каждой отдельной стране. В то же время, вскользь упоминалось о том, что экономическая политика должна быть скоординирована в международном плане.

В традиционном обзоре МВФ World Economic Outlook, выпущенном в апреле 2010 г. стратегия выхода из антикризисных мер претерпела серьезные изменения. Ухудшение перспектив восстановления экономик развитых стран заставило предложить продлить период применения антикризисных мер, прежде всего за счет гибкого подхода к применению денежно-кредитного стимула в разных странах. При этом для предотвращения — на фоне резко выросших бюджетных дефицитов — инфляционного давления, МВФ жестко рекомендовала развитым странам разработать стратегии бюджетной консолидации, предполагающие четкие временные рамки снижения госдолга к ВВП и безотлагательное проведение реформы программ социальных расходов, нацеленных на снижение стоимости медицинских услуг и повышение установленного законом пенсионного возраста. Развивающимся странам МВФ рекомендовал повысить гибкость валютных курсов, чтобы адаптироваться к возможному усилению притока капитала, подумать о введении ограничений на капитальные потоки, а также стимулировать внутренний спрос для компенсации его снижения в развитых странах.

Что же нового содержится в докладе ООН?

Во-первых, впервые говорится не просто о том, что наблюдающееся восстановление мировой экономики крайне неустойчиво, а напрямую о том, что мировая экономика, отступив в 2009 г. от пропасти, когда она упала на 2,2%, оказалась в ловушке:

  1. если резко нормализовать денежную политику и прекратить фискальное антикризисное стимулирование, которое стоило мировой экономике в период 2008-2010 гг. 2,6 тлрн долл., или 4,3% ВВП, то почти неизбежна новая волна спада мирового ВВП уже в 2011 г. (W-рецессия).
  2. если допустить инерционное развитие событий, то восстановление мировой экономики (под влиянием событий в Европе) после роста на 2,4% в 2010 г. в последующие годы резко замедлится (до 1-2% роста), а временно сжавшиеся в 2009 г. глобальные дисбалансы (в первую очередь, между сбережениями в Китае и потреблением в США) углубятся, что приведет к забытой сейчас опасности — жесткой посадке доллара США. Мир не вернется к ситуации 2002 — первой половины 2008 г.г., когда доллар медленно обесценивался, а может попасть в совершенно новую ситуацию тотальной валютной нестабильности.

Для выхода из этой ловушки, экономисты ООН, в отличие от МВФ, фактически предлагают закрыть глаза на проблему долговой нагрузки правительства и выросших бюджетных дефицитов, так как на фоне большей угрозы дефляции, чем инфляции, отмена антикризисных стимулов больно ударит уже сейчас, что будет, фактически, самоубийством, а долговая проблема может невыносимо обостриться лишь через несколько лет. Кроме того, cохранив значительную поддержку экономик в 2010 г. и, если потребуется, и в 2011 г., и обеспечив сбалансированное восстановление, только затем предлагается предпринять скоординированные усилия в трех направлениях для ребалансировки мировой экономики:

  • во-первых, постепенно переключиться в стимулировании потребления и инвестиций с госспроса на частный спрос;
  • во-вторых, продолжить усилия по ликвидации глобальных дисбалансов и по стимулированию внутреннего спроса в развивающихся странах при его уменьшении в развитых странах;
  • в-третьих, стремиться к увеличению доли инвестиций в совокупном спросе для перехода от грязного к экологически чистому производству в энергетике и на транспорте для борьбы с изменением климата.

В докладе также предлагается бороться с системными рисками путем усиления регулирования финансовой системы, реформирования системы резервных валют (чтобы сделать ее менее зависимой от доллара), ростом значимости «мирового правительства».(Кто бы сомневался в последнем! Ведь доклад пишут эксперты ООН, для которых охлажденная и слабая мировая экономика может стать лакомым объектом для регулирования.)

Что из всего этого применимо к России? Во-первых, в очередной раз становится очевидным, что наша страна стоит на обочине глобальной дискуссии, погрязнув в болоте модернизации и инноваций. Во-вторых, следует обратить внимание, что мало кто из развитых или развивающихся стран (за исключением попавших в структурный кризис южноевропейских стран) готов с такой решительностью (как российский Минфин) сокращать бюджетные расходы. В-третьих, понятно, что независимо от того, чья точка зрения победит, усилия международных организаций и правительств стран во всем мире направлены на скорейшее восстановление устойчивого роста, а значит стабильности спроса на сырье и, главным образом, на нефть ничего не угрожает. А значит, российская экономика получит еще какое-то время на осмысление собственной посткризисной стратегии.

Валерий Миронов

Полный текст бюллетеня «Новый курс» №19, 22–29 мая 2010 г.