• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Банки: Статистика & Экономика» №3, май 2010 г.

Очередной ежемесячный банковский обзор от Центра развития ГУ-ВШЭ рассматривает, в частности, практику распоряжения банком ВТБ субординированным кредитом правительства, а также предсказывает восстановление потребительского спроса темпами, опережающими рост доходов населения, если произойдет оживление кредитования

Финансовые неоязычники 2

Вопрос о снижении ставки по субординированному кредиту ВТБ вышел на самый высокий уровень — 29 апреля глава банка А.Костин пожаловался на высокую цену средств лично В.Путину.

Прямая речь

А.Л.Костин: «У нас 200 млрд рублей — это субординированный кредит, который был выдан на срок до 11 лет. Сейчас, соответственно, осталось 10 лет. Эти деньги, естественно, пошли в прошлом году на выполнение программы кредитования реального сектора. Вы знаете, мы наращивали портфель в этих условиях. Конечно, когда ставка рефинансирования снижена до 8% — ну, это немножко другая ситуация, и эти деньги становятся достаточно «дорогими». Тем не менее возможности сегодня вернуть их в полной мере у нас нет. Поэтому мы, конечно, хотели бы, чтобы ставка была несколько снижена, может быть, на 1,5%. Мы считаем это адекватным, но если это будет невозможно, мы будем возвращать по мере того, как сможем замещать эти деньги с рынка. На это потребуется, возможно, период от одного до двух лет» (цитата по http://premier.gov.ru).

Как понимать

Наиболее вероятными представляются два варианта:

  1. Президент ВТБ не ощущает разницы между обычным и субординированным кредитом.
  2. Президент ВТБ нашёл в лице Председателя Правительства России благодарного слушателя.

Здесь мы будем придерживаться первой гипотезы, тем более что, как показывает практика, незнание или непонимание топ-менеджерами банков основных принципов ведения банковского бизнеса есть явление более чем рядовое.

Теоретическая практика

В предыдущем выпуске обозрения мы показывали, что капитал является самым дорогим пассивом для банка, и это может подтвердить каждый профессиональный банкир. Прелесть же субординированного кредита состоит в том, что он входит в расчёт собственных средств (капитала) банка, а, следовательно, через механизм рычага (левереджа) позволяет кратно наращивать обязательства и, соответственно, активы. Действующий норматив достаточности капитала позволяет, грубо говоря, на каждую дополнительную единицу капитала привлекать до десяти единиц обязательств. Именно таким образом банки получают возможность увеличивать объёмы своего бизнеса, а значит и прибыли. Ну, а уж как каждый конкретный банк воспользуется этой возможностью, зависит от профессионализма его руководства.

Понятно, что за возможность надо платить, поэтому напрямую сравнивать ставки по обычному и субординированному кредитам будет совершенно некорректно. И если глава банка говорит о том, что на рынке есть заёмные деньги дешевле, чем те, которые пошли на увеличение капитала, то он должен отдавать себе отчёт в том, что возможность в значительных объёмах одалживать эти дешёвые деньги банк имеет именно за счёт наличия «дорогого» капитала.

Для более наглядной иллюстрации этого тезиса приводим Таблицу 1, в которой просчитаны два варианта использования финансового рычага банком.

Таблица 1. Минимальный уровень стоимости заёмных средств, делающий субординированный кредит ВТБ нерентабельным для банка

Показатель Вариант 1Вариант 2
Стоимость субординированного кредита88
Левередж65
Маржа банка11
Минимальный уровень стоимости привлечения средств на рынке1,252,5

Сразу оговоримся, что данные расчёты не претендуют на абсолютную точность, а лишь призваны продемонстрировать на цифрах механизм действия финансового рычага (левереджа).

Предположим, что банк работает с маржой в 1%, то есть вкладывается в активы по ставке на 1% превышающей ту, что он платит по обязательствам. Практика ведения банковского бизнеса говорит, что в обычной ситуации задействовать рычаг полностью — не самая правильная тактика. Не стоит доходить до края, надо всегда стремиться оставлять пространство для манёвра. Поэтому предположим, что ВТБ распорядился предоставленным ему дополнительным капиталом, как рачительный хозяин, и использовал его для привлечения средств в соотношении 1:6. Тогда получается, что субординированный кредит, плата по которому, как известно, составляет 8% годовых, становится невыгоден только в том случае, когда цена денег на рынке опускается до уровня 1,25% годовых. Если же банк хозяйствует не столь рационально, не в состоянии «переварить» дополнительный капитал и использует его с рычагом равным всего лишь пяти, то и тогда этот кредит становится нерентабельным лишь при достижении ставки по привлекаемым с рынка деньгам 2,5% годовых (напомним, что речь в данном случае идёт о триллионе рублей). И это при всего лишь 1%-ной марже! Вы видите такие средства по такой цене на рынке? Мы — нет.

Именно благодаря возможности активного использования механизма левереджа кредитными организациями и возникло столь трепетное, прямо-таки религиозное отношение к размеру капитала банка. В материале предыдущего номера мы сравнивали столь слепое поклонение капиталу с идолопоклонством. Но вот, как видно, есть на свете герои, которые низвергают идол с пьедестала, низводя привлечённый капитал до уровня банально «поднятых» денег с рынка.

Дмитрий Мирошниченко

Кредитное плечо для товарооборота

Доля потребительских расходов в российском ВВП в последние годы колеблется вокруг круглой цифры 50%. Основную же часть расходов занимает розничный товарооборот. Каким образом его динамика связана с динамикой розничных кредитов и депозитов банковской системы?

В ходе острой фазы кризиса товарооборот в России сократился сильнее, чем доходы населения (см. Справку). Тот факт, что потребительские расходы населения не стали, как в ряде развитых стран, стабилизатором общей экономической динамики, объясняется состоянием «перегрева», в котором потребительский рынок встретил кризис и который не в последнюю очередь был связан с быстрым ростом кредитования населения в тот период.

Коррекция кредитования в результате кризиса оказалась достаточно сильной. Общий объем кредитов населению сокращался в номинальном выражении в течение 16 месяцев — с ноября 2008 года по февраль 2010 года, что позволило говорить о временном отказе от сложившейся к середине 2008 года «кредитной модели» финансирования потребительских расходов. Отсутствие кредитов привело к тому, что восстановление товарооборота во втором полугодии 2009 г. происходило практически теми же темпами, что и восстановление доходов населения, а не опережало их, как до кризиса (см. График 1).

График 1. Доходы населения и оборот розничной торговли в реальном выражении со снятой сезонностью, январь 2008 г. — 100

Доходы населения и оборот розничной торговли в реальном выражении со снятой сезонностью, январь 2008 г.

Источник: Росстат, Банк России, Центр развития

Характерно, что, за исключением самых первых месяцев, склонность к сбережению в виде банковских депозитов в течение кризиса в среднем оставалась близкой к докризисным уровням (5-6%), хотя и более волатильной (см. График 2). В результате, общий объем банковских депозитов к апрелю 2010 года достиг 29,9% среднегодовых доходов против 26,8% в августе 2008 г., в то время как отношение задолженности по кредитам к среднегодовым доходам сократилось до 13,6% против 17,5% соответственно.

График 2. Склонность к сбережению и прирост кредитов

Склонность к сбережению и прирост кредитов

Источник: Росстат, Банк России, Центр развития

Стабилизация объема кредитов населению по итогам марта нынешнего года позволяет надеяться на скорый возврат к их положительной динамике. Если предположить, что с апреля по декабрь кредиты населению будут расти в пределах 3% в месяц (средний темп роста кредитов с января по октябрь 2008 г.), то с учетом их падения в первые два месяца прирост по итогам 2010 года мог бы составить около 30%. Однако на первом этапе восстановления мы считаем вероятными более умеренные темпы (1–1,5% в месяц), что будет соответствовать 8–13% прироста общей задолженности по итогам текущего года. В этом случае уровень кредитной поддержки роста потребительских расходов населения будет составлять 1–1,7% располагаемых доходов населения против 5–6% в 2006–2007 гг. Тем не менее, при сохранении эластичностей, сложившихся в последние годы, даже такой небольшой прирост кредитов обеспечит ускорение роста товарооборота на 1,4–2,3 п.п. по сравнению с ситуацией, когда кредитование заморожено.

Другим источником ускорения роста товарооборота относительно динамики доходов населения в текущем году может стать использование ранее накопленных сбережений для финансирования отложенного спроса. Это предположение подтверждается тем, что в марте рост банковских депозитов несколько замедлился. Однако, в отличие от прироста кредитов, использование сбережений может быть только временным источником средств для финансирования отложенного спроса — в дальнейшем же склонность к сбережению во вкладах вернется к своему естественному уровню. По нашей оценке, под действием этих двух факторов — умеренного восстановления кредитования и временного снижения склонности к сбережению — товарооборот в 2010 г. вырастет примерно на 6%, в то время как доходы населения — на 3–4%. Но если восстановление кредитов так и не начнется (нулевой прирост по итогам года), прирост товарооборота, так же, как и доходов, ограничится 3–4%.

В среднесрочной перспективе неизбежным является восстановление «кредитной модели» финансирования потребительских расходов и опережающих темпов роста потребления по сравнению с доходами. Удастся ли при этом избежать нового «перегрева»?

Наталья Акиндинова

Полный текст обзора «Банки: статистика и экономика» №3, май 2010 г

17 мая, 2010 г.