• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision

Кадры выведут

Антикризисные меры помогли — и в мире, и в России — смягчить последствия кризиса, однако не написаны еще такие рецепты, которые позволяют влиять на глубинные кризисные процессы. А потому ожидать нового экономического удара можно буквально через год-другой, полагает председатель Совета Союза нефтегазопромышленников России Юрий Шафраник. В окончательном выходе из кризиса решительную роль сыграют кадры, уверен глава Союза

— Юрий Константинович, говорят, что «кризис» в переводе с греческого означает «суд», и собственно кризис это суд над ошибками в бизнесе и в жизни. Вы согласны с таким мнением?

— Это только субъективные причины кризиса. Есть и объективная: мир переживает собственное рождение в новом качестве. Переживает давно, периодически впадая в кризисное состояние, но потрясающе видоизменяясь буквально на наших глазах. Глобализация, стирание границ, технологический и коммуникационный бум… Все это с начала 90-х годов развивается в геометрической прогрессии. Стремительно меняется представление о судьбах народонаселения, отношение к энергетическим и водным ресурсам, к традиционным походам в экономике и социологии, к религии. Еще надо заметить, что кризисы не ведут к какому-то всеобщему проигрышу, они позволяют мощным игрокам делать успешные ставки. В данном случае (и в глобальном масштабе) речь идет о Китае, Индии, Бразилии. Хотя все, о чем сказано, — только видимые ростки неизбежной и колоссальной трансформации мироустройства.

— Когда она завершится?

— Никогда, поскольку это процесс бесконечный. А современный этап трансформации завершится, возможно, лет через 25, но, думаю, не позже чем через 100. И весь этот период будет изобиловать кризисами — маленькими и очень большими, локальными и глобальными. К новому качеству бытия нельзя пройти без мук. Впрочем, без них невозможно и осмысленное восприятие нарождающегося планетарного социума.

А основная причина последнего кризиса в том, что денежная масса не нашла себе правильного применения. Ее в мире со времени кризиса 98 года (назовем его азиатско-российским) накопилось с избытком, и финансы ринулись в наиболее ликвидные — сырьевые — отрасли (добыча золота, платины, нефти, газа). Перенасыщение деньгами этих секторов и сопровождающих его финансовых операций не могло не взорвать мировой рынок. Хотя фактически все началось с ипотечного рынка США. А для России закономерность такова: если если в Америке экономика чихнула, то у нашей непременно открывается кашель, а а если и там закашляли, то у нас без воспаления легких пока никак не обойтись.

Наша коренная ошибка — в опасном недопонимании процессов, происходящих на мировом рынке, и не менее опасном уповании на сырьевую выручку (во всех смыслах этого слова). Если бы доходы с  90-х годов шли на реформирование основ экономики, на развитие машиностроения, на конкретные фундаментальные проекты государственного масштаба, мы, уверен, отделались бы в кризис чихом, в крайнем случае — кашлем.

Мерами, принятыми руководством многих стран, в том числе и России, последствия кризиса удается смягчить. Но, как мне представляется, на сегодняшний день ни у кого нет решений, позволяющих влиять на глубинные кризисные процессы. А раз так, то через год-другой следует ждать нового экономического удара.

Какого? Ослабленного – в том случае если произойдет переориентация на прямые проекты,  прямые реконструкции, на целевое создание рабочих мест. Или очень жесткого, если все в экономике будет идти так, как идет сейчас.

Экономическое и социально-политическое благополучие государства характеризуют многие факторы, включая состояние образования, здравоохранения, правовой защиты граждан…

Но определяющих факторов всего два. Во-первых, это постоянный рост количества рабочих мест. Во вторых, — постоянный рост среднего уровня дохода на человека. И оба этих показателя у нас не благополучны. В результате истощаются трудовые резервы, не раскручиваются до конца созидательные проекты . Именно этого и надо бояться.

Зато кризисов как таковых бояться не надо. Кроме «судной поры» они представляют собой периоды испытаний (человека, общества и сообщества) на прочность, на креативность. Более того, без испытаний (если они не губительны) не может быть развития. А человек, согласно старому изречению, именно тогда проявляет себя человеком, когда превращает препятствия в возможности.

— То есть, залог успеха все же в развитии человеческого капитала? А что собственно, под этим понимается?

— Хотите сделать из меня Нобелевского лауреата? Трое ученых-экономистов уже получили премии за создание основ теории человеческого капитала. Поэтому я буду держаться практической стороны вопроса. А в данном смысле трудно подыскать более емкий тезис, чем этот: «Надо, наконец, понять, что из всех ценных капиталов, имеющихся в мире, самым ценным и самым решающим капиталом являются люди, кадры». И далее: «Кадры решают все»… Да, эти цитаты из одного источника.  И хотя их автор прекрасно понимал суть понятия «человеческий капитал», но относился к этому капиталу цинично.

Замечу еще, что в наше время общегосударственная кадровая проблема выглядит ничуть не менее острой, чем в трагическую и великую эпоху индустриализации страны. Напомню, что в 2008 году президент Дмитрий Медведев провел совещание по вопросам формирования резерва управленческих кадров. Там откровенно говорилось, что отсутствие профессионального и личностного роста людей пагубно сказывается на судьбе того дела, которое им поручено. Отсюда и некомпетентность, и колоссальные убытки в экономике, и, как сказал Д. Медведев, «огромные коррупционные риски».

Иначе и быть не может, если в жизненной практике страны фактически утрачено целеполагание, стремление к общественно значимой цели.  Как подготовить достойные кадры без стремления к социально значимой цели, без дела, запрограммированного на эту цель, и без готовности непременно достичь намеченного результата? Никак!

С точки зрения целеполагания, подготовки и расстановки кадров я считаю самой провальной вторую половину 90-х годов, когда деятельность случайных людей (т.е. не подготовленных профессионально, а то и не обремененных моральными принципами) вела к сокрушительным убыткам — и не только в экономике. Характерный пример — назначение 28-летнего Бориса Бревнова главой РАО «ЕЭС России» — самой крупной энергетической компании страны. И самой социальной, потому что каждый из нас буквально ежедневно нуждается в «услугах» множества киловаттов. Не берусь судить о нравственных качествах этого человека. Но разве можно было доверить исключительно ответственное и сложное дело «профессионалу», никогда не работавшему в электроэнергетике? Доверили. Почему? Потому что преследовали иные цели, чем совершенствование одной из ведущих энергетических отраслей и повышение эффективности РАО «ЕЭС России». А для достижения других целей нужны другие люди. Их тогда появилось немало. Этот период — не в обиду Борису Анатольевичу, а в силу его удивительного примера — я называю  «бревновщиной». Преодолеть этот социальный феномен можно, повторю, только благодаря четкому, прагматичному целеполаганию, основанному на интересах всего общества и государства; благодаря соответствующим делам и результатам, постоянно подконтрольным государству, акционерам и — где только возможно — общественным организациям.

То, что президент и премьер-министр довольно часто проявляют озабоченность состоянием отечественного человеческого капитала, не заметить нельзя. Это политически крайне верный посыл. Но его недостаточно, чтобы развернуть к человеческой личности семью, школу, всех чиновников, парламентариев и бизнесменов; чтобы каждая личность не только ощущала внимание общества, но и считалась с общественным мнением в оценке того, что и как она делает в собственных интересах, интересах своей семьи, своего коллектива, своего народа и своей страны. Только при этом большинство людей смогут лучше оценить и раскрыть собственные возможности, свой личностный капитал.

— Можно ли это проиллюстрировать на конкретном примере?

Масштабные созидательные проекты формируют личностей большого масштаба. Возьмите Западно-Сибирский нефтегазовый комплекс — самый колоссальный экономический проект в мире, не сравнимый ни с чем по срокам строительства, по вложениям людских и материальных ресурсов, по темпам достижения намеченной цели. На этом проекте прошли высшую школу профессионального обучения и гражданского воспитания несколько поколений специалистов. И свой труд они постоянно оценивали по мировой шкале отраслевого мастерства. Неслучайно именно в топливно-энергетическом комплексе реформирование осуществлялось наиболее продуманно и решительно. Уж насколько безысходно тяжелым казалось состояние угольной промышленности, однако было кому ее грамотно реформировать в 90-е годы. Благодаря этим людям отрасль в условия сегодняшнего кризиса и спада объемов добычи продолжает оставаться на плаву, не превращаясь в очаг социальной напряженности, каким была в дореформенный период.

Создаваемый ныне государственный резерв управленческих кадров, возможно, позволит несколько изменить ситуацию. Но нельзя повлиять на нее коренным образом с помощью одного инструмента, лишенного системной основы.

Не имея ясной цели и верных ориентиров экономического и социального развития, не формируя в общественном сознании истинные духовные и нравственные ценности, мы не воспроизводим кадры, способные решать почти все. А без них мы рискуем остаться на обочине мировой истории, стремительно меняющей облик планетарного сообщества.

Еще раз подчеркну: кадры воспитываются на конкретных делах, на экономически и социально значимых проектах, а также благодаря Учителям-Созидателям, которые сами участвовали в осуществлении проектов, необходимых обществу и государству.

Беседовал Константин Баскаев

Подразделения