• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Рождаемость по-российски

На репродуктивное поведение российского населения влияет не столько трансляция поведенческих установок, сколько возможности домохозяйств сглаживать колебания дохода и иных издержек в связи с рождением и воспитанием детей, отмечает замдиректора Независимого института социальной политики Оксана Синявская

Она представила свой доклад на XI Международной научной конференции ГУ-ВШЭ в рамках сессии «Что мы знаем и чего мы не знаем о современной российской семье и рождаемости».

Россия давно относится к странам с низкими показателями рождаемости, для которых труднодостижимым идеалом выступает даже обеспечение рождаемости на уровне простого воспроизводства. Идентификация факторов рождения ребенка в таких условиях — чрезвычайно трудная задача.

Интерес к этой проблеме был спровоцирован неудовлетворенностью результатами предыдущих исследований репродуктивного поведения российского населения. Они свидетельствовали о том, что и желание родить ребенка, и рождения в основном зависят от демографических характеристик — возраста, партнерского статуса, числа имеющихся детей, тогда как влияние социально-экономических параметров — образования, занятости, доходов — неоднозначно и незначительно (Kohler & Kohler 2002; Рощина, Бойков 2005; Малева, Синявская 2007; Синявская, Тындик 2009).

В рамках исследования, проведенного совместно с А.О. Тындик (проект МОНФ «Детерминанты репродуктивного поведения населения и факторы семейного неблагополучия: результаты панельных исследований») предполагалось, что при условиях, когда рождение ребенка повышает риски бедности семьи, а система социальных услуг по уходу за детьми и пожилыми не развита, многие семьи с детьми при решении вопроса о рождении ребенка опираются на внутрисемейные и межсемейные формы поддержки. Эта гипотеза была исследованием подтверждена лишь с большими оговорками.

Данные и методика исследования

Информационную базу исследования составили пространственная выборка первой волны социально-демографического обследования «Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе» (РиДМиЖ), а также панельная составляющая двух волн этого обследования. Обе выборки были ограничены мужчинами и женщинами наиболее активных репродуктивных возрастов. В анализе остались женщины, которым в 2004 году было 18–44 года; мужчины, не имеющие партнерши в домохозяйстве или вне его, в возрасте 18–44 года; а также мужчины любого возраста с партнершей 18–44 лет. В результате, размер пространственной выборки 2004 года составил 4547 респондентов, панельной — 3018.

Было  построено пять блоков, характеризующих различные аспекты социального капитала и гендерных отношений: «Родительская семья», «Установки в отношении межпоколенческой поддержки», «Финансовые трансферты», «Теснота отношений с родителями» и «Помощь в уходе за детьми», «Гендерное равенство». В качестве контрольных переменных использовались демографические (пол, год рождения, наличие партнера, возраст младшего ребенка) и социально-экономические показатели (социальная страта, региональный охват детскими дошкольными учреждениями).

Влияние социального капитала

Влияние социального капитала на репродуктивное поведение — если измерять его через желание родить ребенка в определенном временном интервале и рождение ребенка — оказалось не таким существенным, как мы ожидали. Вместе с тем, важный результат исследования состоит в том, что оно выявило существенную роль социального окружения в формировании репродуктивного поведения на этапе формирования семьи, нередко связанного по времени с этапом экономического взросления.

Влияние состава родительской семьи на показатели репродуктивного поведения, как показало исследование, опосредованное. Социальные нормы, берущие свое начало в родительской семье, воздействуют на репродуктивные планы, а те, в свою очередь, на фактическое поведение, в самом начале репродуктивного цикла.

Тесные отношения с родителями, проживающими отдельно, положительно сказываются на желании стать родителями. Напротив, если потенциальная бабушка живет очень далеко, то повышается вероятность откладывания рождения первенца. Вместе с тем, те, кто живет вместе с родителями, также склонны откладывать рождение ребенка.

Рисунок 1. Намерения родить и фактические рождения первенцев в разрезе тесноты отношений с родителями

Намерения родить и фактические рождения первенцев в разрезе тесноты отношений с родителями

Размер социальной сети положительно влияет на репродуктивное поведение независимо от числа детей в тех случаях, когда через эту сеть предоставляются ресурсы общего вида, например, денежная и материальная помощь. Напротив, в случае, когда социальная сеть используется для обмена специфическими ресурсами (например, неформальными услугами по уходу за детьми) ее влияние на дальнейшее репродуктивное поведение респондентов оказалось статистически слабо значимым.

Однако в группе тех, кто не пользуется никакими услугами по уходу за детьми, выше всего доля тех, кто вообще не хочет рожать второго ребенка. Таким образом, дефицит услуг по уходу за ребенком — государственных или частных — может рассматриваться как барьер в рождении вторых детей.

Таким образом, различные аспекты социального капитала действительно влияют на репродуктивное поведение российского населения. Однако, по крайней мере применительно к влиянию на временные (темпо-) характеристики рождаемости, это проявляется не столько через трансляцию определенных установок, сколько через повышение возможностей домохозяйства сглаживать колебания дохода в связи с рождением и воспитанием детей и отчасти снижение возможных издержек по уходу за детьми.

Гендерные установки

Наиболее устойчивым и сильным воздействием на репродуктивное поведение обладает характер распределения ролей между партнерами. Исследование показало, что желание стать родителями наиболее распространено среди партнерств, основанных на традиционном распределении обязанностей, когда практически всю работу по дому выполняет женщина, но лишь в том случае если респондент полностью удовлетворен такой моделью семьи.

Однако фактическая вероятность рождения первенца выше среди партнерств, придерживающихся эгалитарного распределения ролей.

Рисунок 2. Намерения родить и фактические рождения первенцев в разрезе распределения ролей в партнерстве

Намерения родить и фактические рождения первенцев в разрезе распределения ролей в партнерстве

Среди однодетных участие мужчин в домашних делах и уходе за детьми наравне с женщиной способствует повышению как намерения родить еще одного ребенка, так и фактической вероятности рождения (Рисунок 3). Вероятность второго рождения в период между опросами в партнерствах с эгалитарным распределением обязанностей лишь немного меньше вероятности рождения в случае образования нового партнерства — главного демографического фактора реализации репродуктивных планов. При этом эгалитарное распределение обязанностей сохраняет свое значение и в том случае, если речь идет о намерении родить второго ребенка в стабильных партнерствах. Более того, согласованность намерений и фактического поведения выше всего в эгалитарных партнерствах с одним ребенком.

Рисунок 3. Намерения родить и фактические рождения вторых детей в разрезе распределения обязанностей внутри партнерства

Намерения родить и фактические рождения вторых детей в разрезе распределения обязанностей внутри партнерства

Таким образом, снижение альтернативных издержек ухода за детьми вследствие более активного участия мужчины в выполнении домашних обязанностей и воспитании детей представляется наиболее благоприятным фактором для повышения числа рождений вторых детей в однодетных семьях.

Оксана Синявская

Доклад «Cоциальный капитал и гендерное равенство в объяснении рождаемости в России»

13 апреля, 2010 г.