• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Низкая база как залог роста

Российская экономика встала на путь восстановления. Однако подъем, который показывает статистика, по своей природе носит сложный, неоднозначный характер предупреждают экономисты Всемирного банка Желько Богетич и Сергей Улатов в интервью Opec.ru

Многие факторы наблюдаемого роста, такие как сезонное увеличение занятости, рост обрабатывающих производств — носят краткосрочный характер, отмечает главный экономист Всемирного банка по России Желько Богетич.

Желько Богетич
Желько Богетич

— Согласно последнему прогнозу Всемирного банка, российский ВВП вырастет в 2010 г. на 5–5,5%. Этот прогноз гораздо выше официального прогноза Минэкономразвития. Почему так получается?

— Давайте сначала посмотрим на экономическую ситуацию в 2009 г.: ВВП упал почти на 8%, снизились реальная заработная плата, ликвидность, объемы кредитования, были зарегистрированы серьезный отток капитала и рост безработицы. Общая картина достаточно плохая. Сейчас мы наблюдаем восстановление экономики, которое распространяется не только на внешнюю торговлю, но и на внутренний спрос — потребление во всех секторах растет. Поэтому отчасти столь высокий прогнозный рост в 2010 г. объясняется арифметическим эффектом «низкого старта». Падение в прошлом году было огромным, поэтому восстановление в этом году отражает арифметическое сравнение немножко более высокого уровня валового производства в этом году и очень низкого уровня в прошлом.

— Как бы то ни было, восстановление, пусть скромное, но началось? На каких факторах оно основывается?

— Реальный рост есть, и мы его наблюдаем в последние месяцы. Факторы? Во-первых, безработицу удалось удержать на более низком уровне, чем ожидалось. Отчасти это сезонный эффект — с апреля по октябрь многие сектора повышают занятость. Во-вторых, сейчас мы ожидаем постепенное повышение доходов населения и заработной платы. Во многом это будет результатом повышения пенсий и заработных плат в бюджетной сфере. И в-третьих, российский потребитель не так закредитован, как потребители в других странах, следовательно, объем его долгов меньше. Поэтому, когда позволяют условия, российский потребитель может себе позволить взять еще кредит, чтобы поддержать уровень потребления и спроса. Все три этих фактора, вкупе с благоприятной внешней конъюнктурой, будет оказывать положительное влияние на российскую экономику.

— Насколько быстро, как вы считаете, пойдут вверх обрабатывающие производства, при том, что за прошлый год объем капитальных инвестиций упал на 18%?

— Сейчас мы видим признаки того, что инвестиционная деятельность восстанавливается — условия кредитования, внешняя конъюнктура (уровень цен на нефть, приток капитала, условия заимствования) уже выглядят значительно лучше, чем в прошлом году. Надо понимать, что когда мы пророчим восстановление обрабатывающим секторам, мы говорим только о краткосрочном периоде. Обрабатывающая промышленность в России имеет проблемы в структуре. Проблемы эти носят долгосрочный характер, для их решения надо модернизировать инфраструктуру, внедрять новые технологии, ноу-хау, привлекать иностранные инвестиции и т.д. На краткий срок мы видим восстановление, на долгий срок — все зависит от успеха общего процесса модернизации экономики, укрепления финансового сектора, улучшения инвестиционного климата, привлечения иностранных инвестиций.

— Как вы оцениваете риски притока спекулятивного капитала, и, как следствие, надувания новых пузырей?

— Я бы сказал, что этот риск значительно меньше, чем до кризиса. Причина проста — капитала на мировом уровне будет меньше, чем до кризиса. Посткризисный мир — это мир более дорогого капитала и более высокого уровня конкуренции между странами за привлечения этого капитала. Спекулятивный капитал есть всегда, но до кризиса он приходил в Россию преимущественно из развитых стран. Сейчас развитые страны сами испытывают большие экономические трудности. Ожидается, что восстановление этих стран будет более медленным, чем восстановление развивающихся стран. Капитала там будет меньше, что ограничивает их возможности оказывать сильное спекулятивное влияние на развивающиеся экономику и Россию в том числе. Приток капитала в Россию зарегистрирован уже по итогам IV квартала 2009 г. Я ожидаю, что эта тенденция сохранится, но сильного спекулятивного притока, как это было до кризиса, опасаться не стоит.


Увеличение социальных выплат тянет за собой рост внутреннего потребления, однако в долгосрочной перспективе правительству придется быть более осторожным с соцрасходами, чтобы сбалансировать бюджет, уверен экономист Всемирного Банка Сергей Улатов.

Сергей Улатов
Сергей Улатов

— В «Докладе об экономике России №21» Всемирного банка предсказывается рост спроса. При этом в 2009 г. падение уровня зарплат составило 2,8%, доходы выросли на 1,2% и то только за счет роста социальных надбавок. Безработица не снижается, как отмечается в том же докладе. Откуда же возьмется рост внутреннего спроса?

— Во-первых, уже в первом квартале нынешнего года рост реальных доходов ускорился до 8%. Это, безусловно, связано с индексацией пенсий. В этом году рост спроса домохозяйств будет в основном стимулироваться этим увеличением социального пакета. Во-вторых, произойдет восстановление в неторгуемых отраслях (торговля, транспорт, связь, финансовые услуги). В этих секторах занято большое количество людей. Несмотря на то, что занятость может и не увеличится, рост заработной платы все равно произойдет. В-третьих, снова появится тенденция к увеличению потребления. В 2009 г. кризис действительно оказался более глубоким, чем люди ожидали, что изменило характер потребления — увеличилась доля сбережений, люди стали меньше тратить. Сейчас, когда ожидания стали более позитивными, люди начнут тратить небольшой накопленный резерв — склонность к сбережениям уменьшится. Вот несколько факторов, способных стимулировать рост потребления в этом году.

— Как отразилось на предприятиях «сдерживание» безработицы, о котором говорится в докладе?

— В самом начале кризиса был политический и социальный посыл, что предприятиям (особенно государственным) нужно сдерживать безработицу. Однако многие частные предприятия также придерживались этой практики, за исключением некоторых, которые просто были бы банкротами, не высвободи они рабочую силу. Желание во что бы то ни стало удержать рабочую силу объясняется ожиданиями менеджеров. До кризиса рынок рабочей силы был настолько жестким, что найти квалифицированных работников было крайне сложно, при этом зарплата была завышена. В результате у менеджера были ожидания, что в будущем ему будет все сложнее искать рабочую силу. А потом приходит кризис — менеджер еще помнит, что ему трудно было найти людей и он понимает, что этот кризис — временный. Поэтому естественная стратегия — придержать рабочую силу, потому что кризис пройдет, а ее придется искать заново. Но кризис оказался более затяжным, поэтому сейчас стратегия многих компаний может меняться.

— Восстановление экономики началось, но вы не ожидаете роста занятости. Почему?

— Недостаточный рост занятости будет наблюдаться из-за выбора предприятиями более разумной стратегии. Кризис показал, что надо увеличивать производительность, делать акцент на конкурентоспособность. Поэтому предприятия, скорее всего сами постараются ограничить рост занятости. Несмотря на то, что спрос может увеличиваться, компании будут очень осторожно нанимать новых работников.

— Какие факторы будут способствовать снижению дефицита федерального бюджета, прогнозируемому ВБ?

— Во-первых, будет расти доходная часть. Тут свое влияние окажут более высокие средние цен на нефть. Кроме того, налоговые поступления будут постепенно увеличиваться. Что касается расходов, то правительство, сейчас оно об этом не говорит,  но, безусловно, имеет четкий план по увеличению эффективности расходов. По сути, мы ожидаем достаточно жесткую бюджетную консолидацию, будут пересмотрены планы расходов, часть расходов будет сокращена.

— Но социальных расходов это не коснется?

— В краткосрочной перспективе урезать социальные расходы никто не будет, наоборот их придется увеличивать, чтобы выполнить данные обещания. Чтобы профинансировать это увеличение поднимается, в частности, ставка социального налога. Это должно покрыть дефицит Пенсионного фонда. Но в долгосрочной перспективе и в среднесрочном плане предусматривается сокращение определенных социальных расходных статей, в связи с тем, что нужно сделать бюджет более сбалансированным и устойчивым, вернуться к профициту.

— Увеличение социальных взносов, которое Вы упомянули, не повредит бизнесу?

— Сейчас еще трудно сказать. Понятно, что рост ставок будет достаточно серьезной нагрузкой для бизнеса, который сейчас только встает на ноги. Но, с другой стороны, без увеличения этого налога очень трудно будет привести бюджет к устойчивому положению, Кроме того, все говорят, что бюджетная нагрузка на бизнес у нас очень большая. Но в сравнении с другими странами это не так. Опыт показывает, что когда предприятие сталкивается с жесткими бюджетными ограничениями, оно становятся более эффективными. Безусловно, вначале в экономике будут банкротства, но это позволит отобрать наиболее эффективные производства.

Беседовала Анастасия Астахова

31 марта, 2010 г.