• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Новый курс» №11

Очередной регулярный бюллетень от Центра развития ВШЭ, анализирующий экономические показатели и события, произошедшие на минувшей неделе

Снижение кредитования: медленно, но верно

Опубликованная Банком России отчётность банков за февраль свидетельствует о дальнейшем снижении объёма кредитов, предоставленных реальному сектору и населению.

Портфель кредитов населению за месяц сократился на 0,4%. Основную роль здесь сыграли частные банки, которые снизили объём выданных кредитов на 0,6%. Банки, контролируемые государством, в свою очередь, сократили совокупный кредитный портфель на 0,2%. Здесь, как и месяцем ранее, отличился Сбербанк, чей портфель похудел на 4,5 млрд. руб. (0,35%), что не смогло быть компенсировано даже «рывком» ВТБ-24, чей кредитный портфель вырос на 3,5 млрд. руб. (почти 1,1%).

Кредиты негосударственному сектору экономики и населению. Динамика средств населения на счетах

Примерно та же самая картина, в несколько смягчённом варианте, наблюдается и в отношении кредитования реального сектора: объём выданных кредитов в феврале снизился более чем на 26 млрд. руб., или на 0,2%. Стоит отметить, что около 70% этого снижения обеспечили частные банки, чей совокупный портфель упал на 0,6%, в то время как ссудная задолженность госбанков снизилась на символические 0,1%. Как и в случае с кредитами физлицам, выделяется «особая позиция» одного из госбанков, на сей раз ВТБ. Ссудная задолженность предприятий нефинансового сектора перед этим банком по состоянию на 1 марта составила 1,15 трлн. руб., сократившись за месяц более чем на 3%.

Отметим, что сокращение кредитования в феврале проходило на фоне продолжающегося роста депозитов населения, составившего 2,7%.

Насколько устойчивы финансы предприятий?

Расхожая фраза «кредит есть основа экономического роста» — на первый взгляд, не работает в России. На протяжении второго и третьего квартала прошлого года российская экономика росла, при том что совокупный объем кредитов, выданных российскими банками реальному сектору, медленно, но устойчиво снижался, начиная с февраля.

В этой связи для нас представляют значительный интерес недавно появившиеся данные Росстата о динамике финансового состояния российской экономики на начало 2010 г., прежде всего ее ядра — обрабатывающей промышленности, которая производит примерно две трети добавленной стоимости промышленности.

Динамика финансового состояния, прибыльности и задолженности обрабатывающей промышленности

Анализируя эти данные, нужно отметить три момента. Первое, это то, что относительный уровень запасов по отношению к объему продаж резко снизился относительно пикового значения в начале второго квартала 2009 г. (с 96% до 66% к трехмесячному выпуску), но все еще заметно выше «нормального» январского уровня 2007 и 2008 гг., когда запасы составляли 53–55% от трехмесячного объема продаж. Это означает, что давление излишних запасов на текущие объемы производства в обрабатывающей промышленности, скорее всего, еще сохраняется, хотя его интенсивность резко упала.

Во-вторых, обеспеченность обрабатывающей промышленности денежными средствами (отношение средств на счетах к объему выпуска) в четвертом квартале заметно выросла по сравнению с третьим — с почти 10 до почти 13 дней — и находится на уровне, сопоставимом с докризисным. Здесь, похоже, и кроется главный секрет: поскольку инвестиционная активность предприятий в прошлом году резко упала, то все денежные средства использовались ими для финансирования оборотного капитала, что обеспечивало возможность роста при стагнации кредитования.

В-третьих, по-прежнему не наблюдается улучшения дел с текущей платежеспособностью обрабатывающей промышленности (отношение денежных средств на счетах к суммарной задолженности контрагентам и задолженности по кредитам и займам). Этот показатель — 4,4% в начале 2010 г. — был в полтора раза ниже, чем в докризисные времена и даже несколько ухудшился и по сравнению с началом 2009 г. Коэффициент текущей ликвидности — соотношение оборотных средств и краткосрочной задолженности всех видов (на графиках не изображен) — хотя и находится на предкризисном уровне, но на фоне отсутствия возможности взять кредит этого явно недостаточно для того, чтобы расценивать ситуацию с платежеспособностью как благополучную. Кроме того, в конце 2009 г. снова резко, на треть, вырос  относительный уровень дебиторской задолженности в обрабатывающей промышленности, который в течение первых трех кварталов уверенно снижался. В целом, это, конечно, ещё не кризис неплатежей, который терзал российскую экономику в середине 90-х, но явное свидетельство углубляющегося долгового кризиса, который неизбежно будет сдерживать экономический подъем.

Если учесть более низкую, чем в докризисный период рентабельность выпуска (около 8% на начало 2010 г. против 12–13% в соответствующий период 2008 г.), то в целом можно сказать, что значимых признаков улучшения финансового состояния промышленности не наблюдается. Похоже, что российские предприятия так и не решились пойти на радикальное сокращение издержек, а предпочитают потихоньку поднимать цены и мириться с неплатежами потребителей. Вряд ли это скроется от внимания российских банкиров, и, значит, ожидать очень быстрого возобновления кредитования финансово слабых предприятий, даже при снижении инфляции и процентных ставок Банком России, ожидать не следует. Риски для банкиров не просто слишком высоки, они продолжают расти.

Валерий Миронов

Силиконовый имплант-2 или Нью-Сколково

Инновационный PR-проект Кремля начинает жить полной жизнью. За последние дни принято несколько принципиальных решений: о том, что «территориально-обособленный комплекс» будет строиться рядом с подмосковным Сколково; о том, что российскую часть координирующей структуры (на данный момент еще не созданной) возглавит г-н Вексельберг; о том, что в случае надобности в российское законодательство будут внесены изменения.

Некоторые любопытные детали в большом интервью телекомпании «Россия 24» сообщил со-куратор проекта, замглавы кремлевской администрации В. Сурков. Например, о том, что в Сколково предполагается приглашать крупных иностранных ученых (в том числе, несколько нобелевских лауреатов); что там должны быть штаб-квартиры, лабораторные комплексы и исследовательские подразделения крупнейших высокотехнологичных компаний; что там будет университетский центр. Г-н Сурков уже провидит, как туда со всего мира будут обращаться за последними российскими достижениями в разных областях, например, в области медицины (большой прогресс во взглядах: всего месяц назад г-н Сурков даже не вспоминал о потенциальном мировом спросе на российскую инновационную продукцию).

Можно сказать, конкретики добавляется. Кремль определенно хочет чего-нибудь «эдакого», — «модного и престижного». Но реализма в высказанных пожеланиях пока не больше, чем в известных шахматных прожектах Остапа Бендера. Ну, например, скажите, как может поместиться всё то, что обозначил г-н Сурков, в городе с населением 10–20 тысяч человек (эту цифру он назвал в том же интервью)? Один только современный университетский центр потянет тысяч на 20–25. А если задуматься о перспективах дальнейшего развития?

Возможно, конечно, что высказывания г-на Суркова — просто поток импровизаций. Может, власти пока просто не определились, что именно они хотят получить. Тогда есть время подумать: на строительство, о начале которого решение уже принято, уйдет, по оценкам того же г-на Суркова, 3–7 лет. Можно будет даже придумать, кто этим будет заниматься (пока, г-н Сурков говорит о некоей структуре, для которой «ведется поиск учредителей»).

Календарь сколковского инноватора

О методике такого «рекрутинга» рассказал Президент Медведев: «в реализации этого проекта должны быть (выделено нами — С.С.) заинтересованы не только государственные структуры, но прежде всего российский бизнес, я считаю, что этим российский бизнес и мог бы заняться». И тут же сообщил о назначении г-на Вексельберга «начальником проекта». Получается так: поскольку мог бы, значит заинтересован, а потому — должен.

Чем же г-н Вексельберг заинтересовал кремлевскую администрацию, и чем заинтересовали его? Ведь ещё совсем недавно его публично критиковали за невыполнение инвестиционных обязательств по приобретенным энергетическим активам, чуть позже грозили отобрать лицензию на Ковыкту, как вдруг — доверили самое дорогое. Сам г-н Вексельберг относительно участия крупных предпринимателей в финансировании проекта отвечает осторожно: «Это будет зависеть от бизнес-модели, которую еще только предстоит разработать». Но его-то самого смогли заинтересовать? Практически одновременно с информацией о назначении г-на Вексельберга главой координирующей структуры по сколковскому проекту сам г-н Вексельберг объявил о том, что, согласно достигнутой договоренности, акции РУСИА-Петролеум (обладателя лицензии на Ковыктинское месторождение), принадлежащие ТНК-ВР, будут выкуплены госкомпанией Роснефтегаз. Наверное,  это «не более чем случайное совпадение». Возможно, на сходных условиях и другие представители крупного российского бизнеса согласятся войти в этот проект

В общем, как заметил г-н Сурков, «проект сомасштабен стране»...

Сергей Смирнов

Полный текст бюллетеня «Новый курс» №11 (20–26 марта 2010 г.)