• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Разные руки государства

В России федеральная власть предпочитает поддерживать компании с государственным участием и фирмы, сохраняющие занятость рабочих даже в кризис, в то время как региональные и местные власти стремятся поддержать молодые компании, ориентированные на цели модернизации

Таковы первые результаты исследования, выполненного Институтом анализа предприятий и рынков ГУ-ВШЭ (ИАПР) под руководством Андрея Яковлева

Исследование ИАПР, которое заключалось в опросе 1000 российских предприятий (ген- и исполнительных директоров компаний, а также замгендиректоров по экономике или финансам) в период между февралем и июнем 2009 года, было направлено на прояснение вопроса о том, как, и, главное, почему государство помогает одним компаниям, а другим не помогает. Теория по этому вопросу дает три ответа, напомнил директор ИАПР Андрей Яковлев.

Три ответа

Первый — государство помогает тем фирмам, которые связаны с государством политическими связями, возникающие либо в случае «захвата» бизнеса государством — и тогда, по Марксу, государство становится «исполнительным комитетом буржуазии»,  либо же — в прямо противоположном случае — в результате «захвата» государства бизнесом. «Эти модели были очень популярны среди зарубежных и российских исследователей в конце 1990-х — начале 2000-х годов», — сказал Яковлев.

Сторонники второго подхода считают, что государство помогает тем компаниям, которые выступают локомотивами «новой промышленной политики», формируемой во властных кабинетах. «Власть в условиях несовершенной институциональной среды оказывает поддержку тем фирмам, которые что-то делают полезное для развития экономики, — пояснил проректор Андрей Яковлев. — При этом государство не только помогает таким компаниям, но и возводит барьеры для входа на рынок для тех фирм, которые не помогают власти в достижении этой цели».

Третья модель говорит о том, что между бизнесом и властью существует «система обменов»: компании получают, к примеру, финансовые преференции и за это гарантируют социальную стабильность в регионе, которая может проявиться в том, что в сложных экономических условиях компания будет вести себя «правильно» и не станет увольнять рабочих. Так складывается двусторонняя связь между капиталом и политической властью, основанная на лояльности чиновников руководителям фирм, наоборот.

Цели исследования ИАПР — попытаться определить, с какой из этих моделей ассоциируются механизмы взаимодействия бизнеса и государства в современных российских условиях. Опросом были охвачены предприятия, расположенные в 48 регионах РФ, представлявших восемь подотраслей обрабатывающей промышленности: производство пищевых продуктов, текстильное и швейное производство, обработка древесины и производство изделий из дерева, химическое производство, металлургическое производство и производство изделий из металла, производство машин и оборудования, производство электрооборудования, электронного и оптического оборудования, производство транспортных средств и оборудования.

Среднее число работников обследованных предприятий составило 587 человек. В выборке присутствовало 11% фирм с участием государства и 10% — с участием иностранных акционеров.

Результаты

Первые итоги анализа опросов говорят о том, что отношения между средним и крупными предпринимателями и государством лучше описываются моделью «обменов»: «На получение поддержки предприятия-реципиенты отвечают помощью в социальном развитии региона или обеспечивают сохранение занятости», — таков основной вывод исследования.

«С учетом того, что средняя рентабельность продаж по обследованным предприятиям в 2007–2008 годах составляла около 12%, мы можем предположить, что для большей части фирм в обрабатывающей промышленности расходы на социальное развитие региона не превосходили 1% от чистой прибыли — что не является слишком большой величиной по международным меркам», — отмечается в тексте доклада.

Поддержка федеральной, региональной и местной власти различается. Так «система обменов» между предприятиями и федералами носит более «консервативный» характер, отметил Яковлев: власть на этом уровне скорее поддерживают старые предприятия, образованные до 1992 года, а также компании с госучастием. При этом только 6% компаний получали от федеральной власти «организационную поддержку» и 10% — «финансовую».

Региональная и местная власть, наоборот, стремится оказывать помощь фирмам, нацеленным на модернизирование экономики в регионе, что проявлялось в инвестиционной активности фирм и наличии иностранных инвесторов в собственниках подобных предприятий. Регионалы в три раза активнее поддерживали предприятия по сравнению с федеральными властями путем предоставления организационных преференций (19%, местные власти — 17,5%). Финансовая поддержка от региональных властей получили 14% обследованных компаний, от местных — 6%. Чтобы получить такую помощь, компаниям нужно состоять в бизнес-ассоциациях и помогать властям развивать регион в социальном плане. «Вопреки нашим ожиданиям, сохранение занятости оказывается несущественно для получения господдержки на региональном и местном уровне, — сказал директор ИАПР. — Этот фактор значим только на уровне федеральной власти».

Помимо различий между активностью и предпочитаемыми формами господдержки, есть и сходства. Власти чаще помогают компаниям, функционирующим в регионах с низким и средним инвестиционным потенциалом (по классификации агентства «Эксперт РА»). Таким образом федеральная власть старается «выравнивать» экономические условия в разных регионах, но при этом она не создает стимулов для развития, констатировал Андрей Яковлев. Компании, созданные после 1998 года, власти всех уровней поддерживают неохотно, при этом фактор размера предприятия оказывается незначимым в эконометрических моделях, которые учитывают переменные модернизации и реструктуризации компании.

Исследователи также просили респондентов оценить размеры финансовой и организационной поддержки от государства (по данным на 2007–2008 годы): треть руководителей фирм заявили о том, что поддержка от государства, по их оценкам, не превышала 0,1% выручки от реализации, 24% компаний сказали о том, что помощь была в размере 0,1–0,3% выручки, 14,5% — более 0,3%.

Однако исследователи из ИАПР затруднились на данном этапе работы определить направление причинно-следственной связи: региональные и местные власти помогают компаниям, работающих на благо страны и инвестирующих в новые технологии и открывающие новые рынки, потому что их поддерживает власть и дает им ресурсы для этого, или потому что они такие активные, их и «любят» и поддерживают?

Денег мало — страстей много

А. Яковлев и В.Гимпельсон
А. Яковлев и В.Гимпельсон

Официальный оппонент доклада, директор Центра трудовых исследований ГУ-ВШЭ (ЦеТИ) Владимир Гимпельсон отметил: «Выбор государством компаний, который получают поддержку, очень интересен и на эту тему сделано не так много работ. И чем закрытее процесс распределения помощи, тем интереснее. Денег мало — страстей много».

В анкете вопрос об организационной и финансовой поддержке со стороны государства был сформулирован нечетко и не подробно, отметил Гимпельсон, поэтому остается загадкой, что имели в виду респонденты, когда говорили о том, что им такая поддержка оказывается: «Предоставление ОМОНа для решения проблем компании — организационная или финансовая поддержка?».

В исследовании также нет ответа на вопрос о том, отражают ли ответы респондентов эффект экономического кризиса, разразившегося в России осенью 2008 года. По мнению оппонента, исследователям ИАПР также следует нарисовать более полную и развернутую картину того, кто и как получает поддержку от властей, опираясь не только на данные изучаемого опроса, а также решить эконометрические проблемы (в первую очередь, связанные с эндогенностью, которая мешает определить направление причинно-следственных связей, не случайный характер предоставления господдержки), которые неизбежно возникают в подобного рода исследованиях. Не решен вопрос о том, как следует оценивать эффективность поддержки государства, отметил директор ЦеТИ, хотя на существующих данных получить внятный результат будет очень сложно.

Дмитрий Крылов
Фото Ивана Морякова

Данные исследования ИАПР

11 февраля, 2010 г.