• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision

Патерналистская модель экономики выдохлась: начинается период жесткой промышленной конкуренции

По просьбе редакции OPEC.ru Россия и после вступления в ВТО будет представлять собой периферийный сырьевой рынок комментирует Валерий Миронов

Валерий Викторович, эксперты Центра рыночных исследований при МГУ считают, что только 10%-15% российских промышленных предприятий готовы к вступлению в ВТО, а остальные – нет. И главная проблема – это низкая производительность труда в экономике, она в 4-5 раз ниже, чем в США и Германии. С этим нужно что-то делать и уже срочно, поскольку вступление в ВТО не за горами, иначе мы так и останемся сырьевым придатком, и национальной обрабатывающей промышленности у нас не будет. Каковы механизмы повышения производительности труда и каковы должны быть затраты на эти цели? Можем ли мы в какие-то разумные сроки успеть повысить производительность труда и подготовить российскую промышленность к условиям ВТО?

 

Действительно, пока производительность труда у нас значительно  ниже, чем в развитых странах. В результате по размеру подушевого ВВП мы занимаем примерно 60 место в мире, может быть немного выше, производя около 11,5 тыс. долл. в год  с учетом ППС и около 7 тыс. долл.  – по номиналу. Это выше, чем в странах BIC – даже у Бразилии с учетом   ППС – не более 9 тыс. долл., но в 1,5 – 2 раза ниже, чем у восточно-европейских членов ЕС. В то же время, важна динамика,  а  она у нас весьма высока – производительность труда в  промышленности растет  в последние годы темпами примерно 6% в год, что  значительно выше, чем в развитых странах и в странах Восточной Европы, которые считаются нашими конкурентами за размещение обрабатывающей промышленности, уходящей из развитых стран. С другой стороны, оценки показывают, что возможно наметилась  тенденция к замедлению роста производительности. Изменение методологии Росстата, связанное с переходом к учету по хозяйственным отраслям, пока ограничивает горизонт анализа роста производительности труда в отраслях на основе открытых данных лишь двумя годами – 2006г. и 2005г.  И на их основе можно сказать, что  в 2006г.  производительность труда в промышленности увеличилась лишь на 5,3%. Сопоставление с опубликованными в 2006г. прямыми данными Росстата о темпах роста производительности труда в промышленности в годовом выражении за период 2003-2005гг., когда они снизились  с 8.2% до 5.6%, и позволяет говорить в тенденции к замедлению, правда в предварительном порядке, так как возможно некоторое различие используемых нами и Росстатом методик

Кроме того, нужно учитывать, что  высокие темпы роста производительности труда в значительной степени, особенно в начале двухтысячных годов,  были связаны с «легкими факторами», связанными с наличием незагруженных мощностей и избытка рабочей силы, который был на предприятиях в силу патерналистской модели корпоративного управления. Сейчас с этим будет сложнее. Между тем, производительность труда является одним из важнейших индикаторов конкурентоспособности, но опять же не сама по себе, а в увязке с динамикой эффективного валютного курса и заработной платы,  с ее относительными и абсолютными уровнями по отношению к странам конкурентам, что в определенной степени и определяет последствия вступления в ВТО для секторов промышленности.

И здесь у нас еще есть возможности, которые правда все время уменьшаются, увеличивать темпы роста выпуска даже при такой достаточно низкой производительности труда, в силу того, что абсолютный уровень заработной платы достаточно низкий,  они в регионах России ниже, чем у развитых стран раз в 10 в, чем у стран Восточной Европы – раза в 2-3, ниже зарплата  в 2005г.  было только на Филиппинах, в Индии, Китае и в Болгарии, насколько я помню. То есть,  в этом плане у нас еще сохраняется абсолютное конкурентное преимущество.  Тем не менее, с учетом конкурентных слабостей  российской промышленности – вопрос повышения производительности труда выходит на передний план. Говоря о слабостях,  я имею в виду высокую энергоемкость, выросшие после девальвации в три раза цены на электроэнергию, длинное «транспортное плечо» при промышленных грузоперевозках, которое, по данным Росстата,  выше, чем  в странах ЕС в среднем в 4.5-6 раз, составляя при перевозке 1 т груза 1100-1300 км. При этом   есть разные методы повышения производительности труда, в том числе, за счет реструктуризации производственной системы. Когда начнет затухать процесс передела собственности и произойдет стабилизации в этом плане ситуации в промышленности, у собственников и менеджеров возникнет больше стимулов к перестройке производственного процесса, к созданию кооперационных связей, которые особенно важны для таких отраслей  как машиностроение и химическая промышленность, где очень высока производственная кооперация, и конкурентоспособность за счет улучшения ситуации на одном промышленном предприятии обеспечить невозможно. Тысячи поставщиков должны производить высококачественную продукцию и этим создавать конкурентоспособность конечной продукции, собираемой из многих компонентов. И здесь никакая госполитика, направленная на отдельные предприятия и на отдельные технологии, на крупный бизнес, без учета фактора мелкого и среднего бизнеса не сработает. Потому что даже в американской экономике, которая инновационно очень развита, а инновации – это важный элемент повышения производительности труда, наряду с гигантскими корпорациями, которые всем известны, существуют тысячи мелких предприятий. И исследования не подтверждают старый тезис о том,  что крупные предприятия в современных условиях более эффективны. Последняя американская статистика показывает, что доля инновационной продукции у малых предприятий не меньше по отношению к объемам выпуска. И очень-очень многие инновации  инициируются и создаются в мелком бизнесе. Когда производитель является и собственником своего продукта – это одна из высших мотиваций к росту производительности труда, особенно в инновационной экономике.

 

Реструктуризация производств – это процесс, который в конечном итоге приводит к сокращению рабочих мест. В случае, если производительность труда будет повышаться таким путем, мы столкнемся с проблемой безработицы. На рынке в Москве и Петербурге, наверное, эта проблема не так остро стоит, потому что предприятий много, люди могут всегда устроиться, пусть и не по специальности, но без работы не останутся. Но вот в регионах найти работу большая проблема. Как быть с этим?

 

Действительно, это большая проблема. Проблема безработицы актуальна, например, для   градообразующих предприятий в металлургическом комплексе, где выработка на одного  рабочего в 3-4 раза ниже, чем у конкурентов на мировом рынке. Глобальная конкуренция усиливается, и неизбежно сокращение численности.   И здесь очень важно обеспечить мобильность рабочей силы. Недавно на заседании госсовета было принято решение о создании специальной системы ипотечного кредитования для инженерно-технических работников и рабочих высокой квалификации. Правда, не все решения выполняются, но рынок труда должен обеспечивать большую мобильность рабочей силы, это важнейшее ограничение экономического роста, одно из двух важнейших ограничений, которые обострились за последние два года – одно связано с оборудованием, оно решается, другое связано с дефицитом кадров.

 

Но когда мы говорим, что мобильность рабочей силы мы будем повышать с помощью ипотеки, то в нынешних условиях, при нынешних ценах на недвижимость это звучит смешно. Никакая ипотека не позволит никакому инженеру приобрести квартиру, даже если ему поможет государство.

 

Вы правы, это вопрос макроэкономической политики, вопрос в ценах, в процентных ставках, вопрос в инфляции.  Снизили инфляция до 9% и успокоились, потому что для получения даже высшего кредитного рейтинга S&P нужно иметь инфляция 0-10%, а она уже ниже. Но нужно иметь в виду, что при необходимости компенсации снижения торгового сальдо и сальдо счета текущих операций за счет привлечения иностранных инвестиций важность снижения инфляции высока, в Китае, она, например, заметно ниже.

Очень важно обеспечить, чтобы нынешняя тенденция к лимитированию размеров резервного фонда,  который играл роль стерилизационного механизма,  на уровне  10% ВВП, не позволило бы превратить  фонд будущих поколений в «черную дыру» и  в механизм, способствующий инфляции, а такая угроза существует. И очень важно обеспечить такие пути инвестирования этого фонда, чтобы это не позволило ускориться  инфляции, и обеспечить таким образом доступность кредитных механизмов - ипотечных кредитов для населения и вообще внутренних кредитов для обрабатывающих секторов промышленности, где даже уровень рентабельности оборота в 8% при инфляции 9% и банковской марже в  3%, повышает  кредитную ставку до запретительного уровня - как минимум до 12%, не способствуя развитию российской банковской системы и диверсификации экономики.  

 

 

8 мая, 2007 г.