• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision

Наука - понятие общее. Надо говорить конкретно о людях

По просьбе редакции OPEC.ru Фурсенко определил основные инновационные отрасли в российской экономике комментирует Борис Андрианович Стависский
20 января, 2005 г.

Борис Андрианович, совещание в Новосибирске было оценено экспертным сообществом с большим энтузиазмом. Были приняты решения о создании особых экономических зон - технопарков. До 1 марта должны быть разработаны соответствующие законы. На это направление возлагаются очень большие надежды в связи с тем, что это должно обеспечить необходимые темпы прироста ВВП. С Вашей точки зрения, насколько это перспективно и может ли это дать быстрый экономический эффект?

Прежде всего, хочу сказать, что тоже поддерживаю энтузиазм сообщества. Но вначале хочу уточнить: насколько я понимаю, есть две линии - линия с особыми экономическими зонами - одна, а линия с IT-технопарками - вторая. Их нужно пока рассматривать как два параллельных направления. И направление, связанное с IT-технопарками, и направление по технико-внедренческим зонам интересны каждое само по себе. У нас в Технопарке Курчатовском есть и IT направление, которое занимает примерно 30% от всего количества людей, работающих у нас. Мы видим, что такие образования очень эффективны. Если бы удалось с помощью законодательства уменьшить на предприятия, работающие в IT технопарке или в технико-внедренческой зоне, налоговую нагрузку, я думаю, что это существенно увеличило бы производную развития этих направлений, потому что в нашем технопарке (как и в других действующих технопарках или инновационно-технологических центрах) никаких льгот нет. Тем не менее, желающих работать у нас очень много, инфраструктура, которая у нас есть, позволяет им начинать работы немедленно после прихода к нам, и это очень хорошо сказывается на их результатах.

Но насколько велик потенциал нашей науки, потому что в том же секторе IT, если брать мировой рынок, есть очень серьезные конкуренты. Можем ли мы быстро выйти на тот уровень, чтобы конкурировать на равных?

Конкуренты есть - Индия, Китай, Ирландия, но если говорить о программном наукоемком продукте (не просто кодирование, где нам трудно конкурировать с теми же индийцами, поскольку у них зарплата ниже), то благодаря тому, что научный потенциал сегодня у России, безусловно, выше и индийского, и китайского, то в этой сфере перспектив достаточно много. Ссылаясь на опыт нашего технопарка, у нас есть несколько компаний, которые используют именно наукоемкие IT-технологии и очень успешно конкурируют со всеми.

На совещании в Новосибирске министр Фурсенко сказал, что государственная поддержка, государственные деньги - хорошо, но этого явно недостаточно, ученым надо самим научиться зарабатывать. Готова ли российская наука так перестраиваться и учиться зарабатывать или же то, к чему она привыкла, когда все финансируется государством, быстро не сломить?

Наука - понятие общее. Надо говорить конкретно о людях. Сегодня такое расслоение достаточно хорошо видно. Есть часть людей из науки, которые готовы, а есть большая часть, которые уже умеют зарабатывать и примеров этому не счесть. Хотя есть и значительная часть людей из науки, которым очень трудно перестроиться, поскольку вся их предыдущая жизнь была построена на государственном финансировании и не нужно было думать о том, как применять результаты своего труда. Если посмотреть за последние 10 лет, ситуация существенно изменилась. Многие люди из науки научились и продолжают учиться зарабатывать деньги на своем интеллектуальном продукте.

Государство сейчас может занять жесткую позицию: либо учитесь зарабатывать, либо умирайте естественной смертью. Но люди, которые привыкли к государственному финансированию, все-таки в науке что-то делают. Если перестать их финансировать, то не станет ли это слишком тяжелой потерей?

Я говорю не о фундаментальной науке, которая живет своей собственной жизнью, и ее кроме государства некому финансировать. Что же касается прикладной науки (как ее раньше называли), то она тоже расслаивается. Есть исследования, которые могут быть использованы через год-два, а есть исследования, которые могут быть использованы (потому что цикл этих исследований длиннее) через более длительный срок - через пять-семь лет. Длительные исследования государство должно продолжать финансировать, и по многим направлениям оно продолжает их финансировать. Вещи более короткие можно пытаться продвигать на рынок и без помощи государства или с его небольшой помощью. А, например, исследования в атомной энергетике, связанные с новыми типами реакторов, без государства никто не профинансирует.