• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision

Есть закономерность: когда процентная ставка меньше роста ВВП, никаких кризисов не бывает, уж поверьте мне

По просьбе редакции OPEC.ru М.Касьяов требует брать взаймы. В Минфине позицию премьера не разделяют? Аргументы "за" и "против" комментирует Олег Вячеславович Вьюгин

Олег Вячеславович, необходимо снижать сумму, выделяемую из бюджета, на обслуживание госдолга – это мнение Касьянова. Он также отметил, что сейчас долг составляет 50% ВВП, что уже находится в пределах безопасности, но эту пропорцию надо постоянно снижать. Для этого нужно формировать ликвидный рынок внутреннего долга, которого пока нет. Вчера Касьянов призвал Минфин увеличивать объем заимствования на внутреннем рынке. Не опасно ли это? В 1998-ом году мы уже однажды обожглись на внутренних долгах.

На самом деле, я так понимаю, что Касьянов имел в виду необходимость активно использовать внутренний рынок госдолга как хороший инструмент для денежно-кредитной политики, чтобы Центральный банк мог работать на открытом рынке, регулируя денежное предложение. Для того чтобы процентная ставка появилась в экономике, пока она известно как формируется. Что такое процентная ставка и цена денег в экономике? Это отражение риска на правительстве, ведь правительство печатает деньги, оно является источником денег, бюджетный дефицит или его профицит определяет, по существу, стоимость денег, то есть насколько рискованную политику проводит правительство. Если большой бюджетный дефицит и правительство нуждается в больших объемах заимствований, то цена денег высокая и обратно. Просто имелось в виду, что нужно превращать рынок внутреннего госдолга в нормальный рынок, который позволит определить процентную ставку в экономике и позволит Центральному банку эффективно регулировать денежное предложение. Для этого рынок должен быть ликвидным, то есть, на нем должны быть представлены обязательства, которые охотно покупаются и продаются. Стоимость, цена, процентная ставка должна соответствовать рынку, не надо пытаться пользоваться излишней ликвидностью, зажимать этот рынок и наоборот.
Известно такое легко проверяемое правило, если реальная процентная ставка по государственным обязательствам меньше, чем темпы роста ВВП, читай - темпы роста доходов, если считать, что доходы это постоянная доля ВВП, то тогда никакого долгового кризиса в принципе возникнуть не может. При такой ситуации стоимость обслуживания долга все время снижается.
Есть возможность перелива между внутренними и внешними обязательствами, потому что общая сумма долга в процентах ВВП – 50%. Вопрос в наполнении этих 50%. Можно увеличивать внутренние заимствования, сокращать внешние, и наоборот.
Такая политика возможна, она будет нейтральна с точки зрения общего объема долга. Важно соблюдать одно правило – избегать того, чтобы доля затрат в бюджетных доходах или в ВВП на обслуживание долга росла слишком сильно. Это общеизвестный критерий, нужно следить, чтобы реальная процентная ставка по государственным обязательствам была меньше, чем рост самой экономики. Сегодня реальная процентная ставка по государственным облигациям у нас даже отрицательна, близка к нулю, а темп роста положительный. Поэтому ситуация остается безопасной, желательно ее сохранять и дальше, тогда можно и рынок поддерживать приличный.
Если сравнивать с докризисным периодом 1998-ого года, то хорошо видно, что ставка всегда была очень высокая, реальная ставка была гораздо выше, чем рост, потому что роста не было вообще. Конечно, та политика была губительна в перспективе. Было одно понятно, что если такую политику продолжать, то когда-нибудь кризис будет. Он случился в 1998-ом, потому что цены на нефть упали до $9 долларов за баррель. Если бы они были $20 долларов за баррель, то кризис в 1998-ом не случился бы. Уж вы мне поверьте! Он был бы гораздо позже.
Все относительно, но главный критерий, который не соблюдался, а его надо соблюдать – это отслеживать, чтобы в среднем за год, даже за несколько лет, реальная процентная ставка была не больше, чем рост экономики и темпы роста реальных доходов бюджета.

А для увеличения ликвидности рынка внутренних займов нужно увеличивать объемы заимствований?

Я думаю, что речь идет о выпуске новых обязательств, более «дружелюбных» для инвесторов на сегодняшний день. Правда, инвесторы у нас сейчас кривые. Это, в основном, банки, а они краткосрочные кредиторы. Хорошо было бы, если бы были институциональные инвесторы. Но они же будут: пенсионные фонды, страховые компании когда-нибудь серьезным делом займутся, в принципе, с такими инвесторами легко будет этот рынок поднять. А сейчас есть еще некоторые проблемы.
Нужно стараться поднять ликвидность этого рынка. Со стороны ЦБ, мне кажется, требуется желание тоже работать у нас в экономике. Раньше, может быть, нам это не очень нужно было, потому что была большая ликвидность, а у ЦБ пакет рыночных обязательств правительства не очень велик.
По идее, когда у ЦБ была излишняя ликвидность, надо было не на депозиты деньги затягивать, а продавать ценные бумаги из своего портфеля и оттягивать ликвидность. Но их было мало, поэтому он увлекся с депозитами. Сегодня все лишние деньги связаны на депозитах, сегодня там довольно высокие ставки – 14%, денег там 60 млрд., не меньше, и они на рынке государственных бумаг не работают. ЦБ надо менять политику.

Он к этому готов?

Технически он к этому готов. Если сейчас будет с денежным предложением ситуация пожестче, с начала этого года дивидендные деньги упали на 90 млрд. рублей, быстрого роста не предвидится. Да роста вообще не предвидится, потому что ЦБ крайне мало покупает валюту, а это был единственный источник. В этой ситуации ЦБ уже, возможно, потребуется даже не продавать бумаги из портфеля, а покупать, чтобы поддержать ликвидность в определенной ситуации. Парамонова уже сказала: мы не исключаем, что банк будет брать залог, правда, не только государственные ценные бумаги, но и некоторые другие обязательства. Получается, что если два этих института, ЦБ и Минфин, возьмутся за дело, то они этот рынок разогреют, и будет вполне нормальная процентная ставка без необходимости существенного наращивания выпуска новых обязательств.

Но к идеям Касьянова в Минфине отнеслись со скепсисом…

Потому что их поняли односторонне, просто как увеличение заимствований. Если подходить однобоко, то тогда возникает вопрос – зачем еще заимствовать в бюджет деньги, если у него есть запас?
Многим не понятна природа запаса, который существует на сегодняшний день. Это запас, вызванный чрезвычайным налогообложением, были высокие цены на нефть, были дополнительные доходы, связанные с этим. Сейчас цены на нефть упали - не будет дополнительных доходов.
Это как стабилизационный фонд. В Норвегии стабилизационный фонд вообще не расходуется, его спрятали заранее, потому что это специальный инструмент, он должен быть отделен от бюджета. Если бы этот фонд был проеден, то сейчас нужно было бы сокращать расходы бюджета или усиленно заимствовать. Это две несвязанные вещи. Стабилизационный фонд возникает, растет, когда очень высокие цены на нефть, сокращается, когда цены на нефть слишком маленькие. Сама же бюджетная политика: сбор налогов, выпуск обязательств – она остается в нормальном русле.

Рассчитывать на этот запас бюджета для выплат долгов – нельзя?

Можно рассчитывать, если настолько низки цены на нефть, что начинаются проблемы. Если бюджет не может выполнять своих обязательств, тогда он вынужден использовать этот резерв. В заявлении некоего человека из Минфина это означало следующее: поскольку у нас есть запас, его надо срочно истратить, чтобы досрочно выкупить долг. Оплатить ГКО и ОФЗ досрочно.
Ну, сделаем мы это, а что дальше? Цена на нефть низкая, денег начинает не хватать, будем заимствовать. Хорошо это для рынка? Нет, плохо. Потому что если предоплатить ОФЗ и ГКО, которых и так не много на рынке, то все оттуда уйдут, сказав, что там не на чем работать, ничего не осталась. А когда придет время заимствовать, то придется отстраивать все заново. Поэтому лучше все делать более плавно с точки зрения денежной политики. Рынок нужен. Между прочим, Нацбанк Казахстана уже объявил, что начинает операции репо по гособлигациям. Это предоставление кредитных ресурсов банкам в обмен на залог бумаг. Если уже и Казахстанский Нацбанк начал это делать, то и нам пора. Я не хочу сказать, что Казахстан такой отстающий, а Россия такая сильная. Просто в Казахстане это делают не стесняясь. А у них, кстати, очень большой резервный фонд, $1 млрд. не меньше. Для Казахстана это более чем прилично.

21 февраля 2002

21 февраля, 2002 г.