• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Гертруды партера

Портреты типичных российских театралов

«Зрительный зал Большого театра в Москве», Михай Зичи. 1856 / WIKIMEDIA COMMONS

Гамлет, Офелия, Гертруда, Клавдий — так, именами персонажей из пьесы Шекспира, социологи назвали типы театральных зрителей. Они выделены по итогам опроса 7,7 тысяч посетителей 26 драматических театров в восьми городах России. Среди театралов самые заядлые — гертруды, которые не пропускают ни одной премьеры. На другом полюсе — клавдии: их силком тащат на спектакли. IQ.HSE разбирается, что сближает гамлетов и офелий и что делают в театре розенкранцы и гильденстерны.

Зритель крупным планом

Всероссийское исследование театральной аудитории, проведенное Лабораторией будущего театра ГИТИС под руководством социологов ВШЭ Никиты Большакова и Алисы Максимовой, выявило основные типы посетителей театров. Им условно присвоены имена действующих лиц «Гамлета». Но, прежде чем перейти к каждому типажу по отдельности, рассмотрим участников «сцены» в целом.

В театр ходят, в основном, женщины (80% аудитории). Средний возраст театралов — 37 лет. Большинство — с высшим образованием: у 57% — один диплом вуза, у еще 14% — даже несколько. Респонденты причисляют себя к среднему классу. 

Сцену любят с детства. Причем, чем раньше они впервые оказались в театре, тем регулярнее там бывают. Четверть из тех, кто ходил на спектакли еще дошкольником, теперь бывает на них почти каждую неделю, а 30% ходят в театр раз в месяц. 

Культпоходы респонденты чаще совершают в компании друзей (44%) или в одиночестве (27%). С супругами ходят лишь 22%, с родителями и детьми — по 15%. В классических театрах (с традиционным репертуаром и форматами) бывают с родителями и с детьми, в экспериментальных — с супругами и знакомыми. Большинство информантов — в курсе театральных новостей: благодаря интернет-СМИ, социальным сетям и специализированным сайтам. 

Опрос проводился в театрах Москвы, Санкт-Петербурга, Краснодара, Нижнего Новгорода, Екатеринбурга, Воронежа и пр. В числе классических — Малый театр, МХТ, БДТ, Ленком, РАМТ, Театр Вахтангова, Мастерская Петра Фоменко, Театр Вахтангова и ряд региональных трупп. Среди современных театров — Гоголь-центр, Практика, Театр.doc, Театр на Таганке, Школа современной пьесы. Общая выборка зрителей — 7735 человек. Их опрашивали в театрах и онлайн. 

Любовь или долг

Больших групп зрителей — три: те, кто любит театр (45%); те, кто хочет начать в нем разбираться (20%); случайная публика (35%).

Внутри каждой группы ученые выделили подгруппы — по мотивам посещения театра. Всего их семь: от «гертруд» до «гильденстернов».

Сегментация театральной аудитории

Сразу оговоримся: шекспировская классификация — конечно, условность. Королева Гертруда (мать Гамлета) и верность чему-либо — две вещи несовместные. Да и Гамлет в исследовании неканонический: не столько рефлексирует в театре, сколько развлекается. Сами социологи используют «шекспировскую» классификацию в качестве вспомогательной, а основной выбрали более понятную: от «поклонников таланта» до «сопровождающих». Мы же оставим шекспировские имена, чтобы сгустить театральные краски.

Ядро театралов — гертруды: самые преданные и активные зрители, в основном, женщины. Гертруд всего 17%, но для театров они на вес золота: любят искусство, следят за театральными событиями, целенаправленно ходят на актеров и спектакли. А главное — не скупятся: готовы заплатить за билет до 3600 рублей. Второе имя этого кластера — «интеллигенты».

Им сродни «трагики», или «профессиональные зрители» — кластер творческих работников, в основном, женщин. Для них поход в театр — производственная необходимость: работа связана со сценой (по-видимому, критики, художники, завлиты и пр.). За билет дают до 3300 рублей. Таковых 23%.

Тех, кто ходит в театр по любви или по долгу службы, суммарно 40%. Общее между гертрудами и трагиками, по словам исследователей, то, что «их сложно впечатлить». Это искушенная публика, которая предъявляет к постановкам высокие требования.

К этим двум кластерам примыкают еще 5% более «узкопрофильных» театралов — «королевская свита», они же «поклонники таланта»: фанаты определенных звезд. Здесь небольшой перевес мужчин. Как и гертруды, они готовы раскошелиться на билеты, но не ради спектакля, а ради своих кумиров. Цена вопроса — до 3900 рублей.

Со всеми тремя кластерами у театров проблем нет: эта преданная публика всегда будет в зале. А вот за гамлетов и офелий придется побороться.

Быть или не быть в тренде

Принцы датские и офелии — хороший резерв для расширения театральной аудитории. Они не относятся к знатокам, но, по крайней мере, хотят начать разбираться в театре. Гамлеты ждут от театра расширения кругозора, отдыха от рутины, «прорыва в незнаемое». Театр для них — развлечение. Они хотят быть в курсе событий, следят за происходящим, часто идут на спектакль по совету друзей. Второе имя кластера — «охотники за трендом» (14%). Это чаще мужчины, средний возраст — 35 лет. Много за билет не дадут: максимум 2600 рублей.

В паре с гамлетами — офелии, или «охотники за впечатлениями» (6%), юные романтичные театралки (в кластере много студентов). Они ждут от представления ярких эмоций и возможности сопереживания. Офелии щедрее, чем гамлеты: готовы потратить на билет до 3200 рублей.

Помимо двух кластеров «охотников», театры могут побороться за «случайную публику». Это те, кто пришел на спектакль «по оказии» (27%) или «сопровождает супругу» (8%).

Розенкранц и Гильденстерн живы

Эпизодических персонажей среди зрителей больше трети (35%). Это клавдии (те самые 8%), которые идут смотреть постановку под давлением жены, а также 27% розенкранцев с гильденстернами, что попали в театр, потому что у кого-то «пропадали билеты». 

Оба кластера — мужские. Но клавдии, вопреки Шекспиру, моложе розенкранцев; университетов они не заканчивали, особого интереса к искусству нет. Кто перспективнее для театров? Наверное, розенкранцы: они, пусть и абстрактно, но все же почитают сценическое искусство. Респонденты говорили, что «каждый уважающий себя человек время от времени должен бывать в театре».

Обе категории не особо щедры, но и не так прижимисты, как гамлеты. Клавдии дают за билет до 2800 рублей, а псевдодрузья принца датского — до 2900 рублей.

Как вам спектакль?

Мотивов похода в театр может быть несколько. 55% опрошенных идут смотреть работу определенного актера или режиссера. Чуть поменьше — 51% — жаждет ярких эмоций. По 48% респондентов хотят поразмышлять или узнать что-то новое.

В пятерку менее популярных мотивов вошли желание развлечься (36%), отдохнуть от быта (27%). Есть и мотив, вообще не особенно сфокусированный на сцене: 21% опрошенных просто хотели как-то провести время с любимым человеком или друзьями.

При выборе спектаклей для респондентов значимы сюжет и характер постановки (37% опрошенных), а также режиссеры и актеры (35%).

Отличную оценку спектаклям респонденты ставили благодаря:

Мастерству исполнителей: «Актеры были на высоте. Хотелось наблюдать и не отрываться, как под гипнозом», «играли на разрыв сердца», своей игрой «включали воображение». Также подчеркивались « музыкальные и танцевальные умения артистов, интерактивность спектакля, искренность».

Режиссуре: « Феерическое, почти фантастически талантливо сделанное зрелище», «оригинальный выразительный язык».

Сценографии — декорациям, световым и визуальным эффектам: мультимедийным проекциям в постановках и пр.

Сюжету спектакля: «Сценарий супер», «Хороший материал — Сорокин. Для этого времени, должно на большинство подействовать шокирующе. Надеюсь, кого-то по-хорошему ужаснет».

Общей атмосфере, стилю постановки: «Текст, музыка, свет. Сплетение и соединение деталей, цитат, ощущений. Аутентичность чувств. <...> Правдивость».

Соответствию литературной основе — на фоне нетривиального режиссерского взгляда: «При необычности прочтения верность Чехову».

Впечатление от спектакля складывается из мелочей, в том числе, бытовых. «Великолепная игра актеров, хорошо кондиционированный зал, вежливые, даже учтивые капельдинеры. Да здравствует классика. Именно такого «Горя от ума» и хотелось», — заявляет респондент.

Среди причин недовольства спектаклем информанты называли:

затянутость и банальность ( «Монотонно, малопонятно, утомительно», «хотелось больше драйва»);

невнятность и странность режиссерского замысла («Трудно установить последовательность действий и логику», «Ужасное, безответственное издевательство над Чеховым, нагромождение пошлости», «Насилие над текстом»);

проблемы со звуком («чрезмерно громкая музыка», «сильные и неожиданные перепады звуков») , с речью актеров («Дикция Чацкого была нечеткой»), реквизитом («Костюмы и декорации очень пыльные»);

мат со сцены («Излишнее количество нецензурных выражений», «Много ненужных грубых слов — неужели Шекспир?»).

На плохие впечатления от спектакля также повлиять духота или холод в зале, его плохая планировка («к роме первых рядов, не видно никому» ), неудобные кресла, хамство сотрудников театра и плохая работа буфета: «высокие цены», очереди, «не принимают карты». 

Поиск формы и содержания

Примечательно, что зрители часто позитивно оценивали экспериментальный характер постановки. С точки зрения формы выделяли интерактивность («формат, коммуникация с новыми незнакомыми людьми»), «необычные мизансцены и западающие в душу символы», «подачу самой истории»: видеопроекции, «полное погружение [в действие]», «непринужденную атмосферу». А в содержательном отношении для них были значимы «дух времени», «серьезная актуальная тема», «спектакли со смыслом», которые «заставляют о многом задуматься».

Зрителям нравятся спектакли с сильным эмоциональным зарядом. Речь и об «эксцентричных непринужденных» постановках «с драйвом» («Спектакль живой, хулиганский, но при этом есть, о чем подумать»), и о спектаклях, вызывающих ностальгию и сопереживание. Респонденты говорили, что спектакль их «захватил», заставил «вспомнить прошлое», «испытать боль» за персонажей: «Эмоции до слез от грусти, от тоски, от смеха, от сострадания, от беспомощности».

«Поменьше цирка и адюльтера»

На будущее театра респонденты смотрят по-разному. 

Есть консерваторы — сторонники сохранения традиций, противники экспериментов. Они подчеркивают: «Меньше перформансов, больше Станиславского», «Классика, классика и еще раз классика», «Люблю старый русский театр без наворотов», «поменьше цирка и адюльтера».

Сторонники авангардного искусства считают, что театр «должен быть смелым и независимым», использовать новые технические и художественные средства. Респонденты выступают за «сближение театра с реальностью», за «театр как центр коммуникаций общества», «отход от жесткой литературоцентричности».

Аудитория поляризуется, отмечают исследователи: «В ответах зрители говорят об одних и тех же моментах, но в противоположных терминах: то, что для одних «шоу» и «кабаре», для других — желаемая яркость и зрелищность. «Актуальность» может превратиться в «политизированность», «классика» — в «занудство», а смелые эксперименты — в «разврат» или «сумасшедшие выдумки режиссера».

Театр для всех

Впрочем, есть и представители умеренной позиции, которые выступают за «гармонию между традицией и новаторством»: «И авангард хочется видеть, и чтобы про классику не забывали». А вот еще более конкретное суждение: театр должен быть «разноплановым, чтобы каждый зритель — будь то сторонник строгого академизма или любитель авангарда — мог выбрать то, что ему ближе по духу».

Но для многих насущный вопрос — банальная доступность театра: физическая (чтобы театры и спектакли приходили в регионы), финансовая (речь о ценах на билеты) и смысловая. Нужны спектакли, доступные не только элите, ценителям и знатокам, но и широкой аудитории.
IQ


Авторы исследования:
 

Лаборатория будущего театра ГИТИС*
Никита Большаков, старший преподаватель кафедры методов сбора и анализа социологической информации факультета социальных наук НИУ ВШЭ
Надежда Астахова, социолог
Алиса Максимова, младший научный сотрудник ИГИТИ имени А. В. Полетаева НИУ ВШЭ, старший преподаватель Высшей школы урбанистики имени А. А. Высоковского НИУ ВШЭ

* Полный список авторов исследования размещен здесь.

Автор текста: Соболевская Ольга Вадимовна, 18 ноября