• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Она выжила

Как российская промышленность справилась с COVID-19

ISTOCK

Промышленность России в 2020 году прошла от паники и пессимизма до нового роста. Производство сократилось, но потери от пандемии оказались наименьшими среди развитых и развивающихся стран, за исключением Китая. Какие факторы и меры помогли в этом, и какие пертурбации пережила отечественная промышленость, рассказывает директор Центра конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ Георгий Остапкович.



Георгий Остапкович,
директор Центра конъюнктурных исследований
Института статистических исследований
и экономики знаний НИУ ВШЭ


Относительно небольшой спад и наименьшие потери российской промышленности на фоне других стран вполне объяснимы и определяются рядом основных факторов.

Первый и главный — это быстрый и относительно масштабный маневр Правительства и Центрального банка РФ по антикризисной помощи для минимизации потерь в экономике и социальных последствий для населения, особенно с низкими доходами.

Большая часть государственных бонусов пришлась на крупные промышленные предприятия, в том числе на отраслеобразующие и стратегические, напрямую (по виду собственности) или косвенно (через госзаказы) аффилированные с государством. Оно «своих не бросает».

Именно эти фигуранты и частично эффективные предприятия среднего бизнеса в основном формируют тренд промышленного производства в России. Доля малых предприятий, на которые во всем мире пришёлся основной удар коронакризиса, у нас крайне незначительна и не превышает 11–13% от общей выручки всех компаний отрасли.

Второй фактор — некоторая изоляция промышленности (кроме добывающей) от создания торгуемых товаров с одновременным участием многих стран. Пандемическая атака, «Великая самоизоляция», частичные локдауны и нарушения трансграничных перевозок вызвали серьёзные сбои в работе международных снабженческо-сбытовых производственных цепочек, обеспечивающих выпуск и реализацию таких товаров. Учитывая, что российская обрабатывающая промышленность в эти цепочки глубоко не встроена, подобные сбои её практически не затронули.

Третий «позитивный» механизм — меньшая подверженность промышленности локдаунам и усиленной самоизоляции занятых. В отличие от сферы услуг, торговли, транспорта и даже строительства, большую часть промышленности, работающей в непрерывном режиме, нельзя остановить. Причём непрерывно функционируют достаточно капиталоемкие подотрасли — практически вся добывающая промышленность, электроэнергетика, водоснабжение, распределение газа, металлургия, переработка нефти, пищевая промышленность и другие, которые создают значительные объемы производства и определяют его динамику в масштабах страны.

Кризис-2020: как это было

Пандемия резко усилила негативное давление факторов, традиционно лимитирующих производство. В первую очередь беспрецедентно обрушился инвестиционный и потребительский спрос на промышленную продукцию.

Падение потребительского спроса было вызвано практически самым мощным за последние 20 лет сокращением реальных располагаемых денежных доходов населения, которые оценочно в 2020 году снизятся на 4,1–4,3%.

Подстраиваясь под упавший спрос, предприниматели уменьшили объёмы производства. В декабре 2020-го производственные мощности были загружены заметно меньше, чем год назад: обрабатывающей промышленности в среднем на 61,8%, добывающей — на 63,9%.

За спадом спроса и производства ухудшилось финансовое состояние предприятий. Для оптимизации издержек началось сокращение численности занятых, фонда оплаты труда, а также инвестиционной и инновационной активности, наращивать которую при экономической неопределенности было рискованно.

С апреля негативное воздействие на бизнес неопределенности экономической ситуации ежемесячно отмечали более 50% руководителей предприятий «обработки» и свыше 40% руководителей добывающих производств.

Это крайне негативно, так как отечественные бизнесмены, будучи самыми предприимчивыми в мире из-за нахождения в постоянном регуляторном тренинге, научились бороться с любыми сдерживающими факторами, кроме «неопределённости». В такой ситуации они зачастую не могут оценить соотношение риска, например, от увеличения инвестиционной активности или занятости по сравнению с тем доходом, который получат в результате данного маневра.

Ухудшение финансового состояния привело к падению прибыли и рентабельности бизнеса. Появились заметные проблемы с выполнением долговых обязательств.

По данным Росстата, в январе–октябре 2020 года почти 38% предприятий добывающей промышленности и около 28% обрабатывающей были убыточными.

Учитывая, что 7 января текущего года закончился срок действия постановления Правительства РФ о моратории на банкротства, по-видимому, в ближайшее время мы увидим интенсификацию процесса реструктуризации долгов, частичных дефолтов, вплоть до банкротств отдельных компаний.

В первую очередь, это коснется неэффективных предприятий, слабых  в финансовом отношении и с низким уровнем менеджмента. В принципе, уход части из них с рынка — не повод для беспокойства. Более того, может быть и целесообразно через «созидательное разрушение» убрать этот балласт, тянущий назад промышленность, а с ней и экономику в целом.

2021: чего ждать

2020 год отечественная промышленность завершила в зоне отрицательных темпов роста. По данным опроса Росстата, подавляющее большинство руководителей промпредприятий констатировало ухудшение состояния делового климата своих организаций. Однако мнения в декабре 2020-го и ожидания на ближайшие месяцы выглядят значительно лучше, чем прогнозы в апреле, в эпицентре первой волны коронавируса.

Исходя из этого, с учетом последних оценок Росстатом динамики промышленного производства, динамики индексов деловой активности (PMI) и предпринимательской уверенности (ИПУ), можно с осторожностью предположить, что «неблагоприятный сезон» для промышленников подходит к завершению.

Компенсационный рост, скорее всего, начнется во II квартале 2021 года. Полный выход на годовой объём промышленного производства 2019-го при благоприятной экономической и ценовой конъюнктуре займет примерно год.

Рост будет зависеть от маршрута COVID-19 и интенсификации борьбы с вирусом (всеобщая вакцинация, продолжение реабилитационных мер государства), от общемировых цен на сырьевые товары, составляющие основу российского экспорта, и от отсутствия прилётов «черных лебедей» внеэкономического характера.

К «сожалению» косвенным позитивным фактором для роста производства станет привыкание экономики и людей к существованию в условиях коронавируса, который, по-видимому, будет сопровождать нас при консервативном сценарии ещё год–полтора. Однако даже при повышенной непредсказуемости COVID-19 такой экономической паники и масштабных локдаунов, которые были весной прошлого года, вероятно, не предвидится. По крайней мере, в реальном секторе экономики и тем более на промышленных предприятиях, где рабочий процесс автоматизирован и осуществляется без обширных межличностных коммуникаций.

Позитив вопреки

Промышленный рост-2020 в оценках Центра конъюнктурных исследований ИСИЭЗ НИУ ВШЭ по результатам опроса руководителей около 4 тысяч крупных и средних промпредприятий России (Росстат, декабрь 2020).

В декабре 2020-го впервые за последние два года в зону положительных значений перешел баланс оценок изменения спроса на производимую продукцию (баланс оценок — разница долей участников опроса, отметивших увеличение и уменьшение показателя). После вертикального обвала в апреле 2020 года (-23%) показатель в обрабатывающей промышленности практически непрерывно улучшался на протяжении восьми месяцев.

Баланс предпринимательских оценок изменения выпуска продукции за апрель–декабрь вырос на 23 п.п. Положительные значения сохранялись в течение последних четырёх месяцев.

Изменение спроса и выпуска продукции в обрабатывающей промышленности / Центр конъюнктурных исследований ИСИЭЗ НИУ ВШЭ; Росстат

Баланс изменения оценок численности занятых на предприятиях «обработки» достиг минимума (-7%) в мае–июле, а в августе–декабре восстановился до значения (-1%). Оценки руководителями ожидаемого изменения показателя в ближайшей перспективе также стабильно улучшались, свидетельствуя о намерениях предпринимателей расширять занятость.

Изменение численности занятых в обрабатывающей промышленности / Центр конъюнктурных исследований ИСИЭЗ НИУ ВШЭ; Росстат

Индекс предпринимательской уверенности (ИПУ) в добывающей промышленности увеличился в декабре относительно предыдущего месяца на 2 п.п. и достиг положительного значения (+1%). В обрабатывающей вырос на 1 п.п., оставшись в отрицательной зоне (-3%).

Даже в условиях более агрессивной второй волны пандемии динамика рискоустойчивости отраслей промышленности (способности противостоять кризисным явлениям) закрепилась в максимально благоприятном диапазоне. Наиболее высокий Индекс рискоустойчивости демонстрируют предприятия по добыче металлической руды, сырой нефти и природного газа, по кондиционированию воздуха, обеспечению электроэнергией, газом и паром.

IQ

Автор текста: Салтанова Светлана Васильевна, 2 февраля