• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
vision

Учёные: творчество не мотивирует креативный класс к труду. Главное — деньги и социальные гарантии

На первое место творцы ставят удовлетворение материальных потребностей, а не свободу самовыражения

ISTOCK

Сначала коротко

Ситуация: Культура, искусство и другие креативные сферы — в первую очередь пространство создания духовных ценностей, а не материального производства. Следовательно, творческий труд особенный. Он по-своему организован и мотивация к нему тоже специфична.

На деле: Художники — такие же участники сектора занятости, а их труд, который сегодня все больше ориентируется на коммерцию, организуется в рамках экономических задач. Поэтому организация и понимание профессиональной деятельности творцов, а также её мотивация отнюдь не специфичны. Они двойственны — на пересечении «эстетического» и «рыночного».

Теперь подробнее

Социологи из НИУ ВШЭ и Online Market Intelligence (OMI) Евгения Балабанова и Кристина Попкова изучили, как «эстетическое» и «рыночное» взаимодействуют в мотивации к занятию креативными профессиями. Противоречат они друг другу или дополняют? Что побуждает творить, а что заставляет эмоционально выгорать? Зависит ли и то и другое от свободы, неотделимой от творчества, или главное всё-таки материальные стимулы? Результаты исследования с ответами на эти вопросы опубликованы в журнале «Мониторинг общественного мнения: Экономические и социальные перемены».

О чём речь?

Творческую деятельность исследователи обозначают как «вид трудовой деятельности, направленный на создание уникального продукта творческого труда» — понятие, опирающееся на трактовку американского социолога Эверетта Хьюза.

Под творческим работником понимают «любое лицо, которое создает или интерпретирует произведения искусства, участвуя тем самым в их воссоздании». Эта формулировка из рекомендации ЮНЕСКО 1980 года и ряда международных и российских правовых актов. 

Уточнения важные, поскольку единых подходов к определению творческих отраслей нет, как и всеобщего признания их уникальности. «Она подвергается сомнению в научной литературе, — объясняют авторы. — С одной стороны, признано наличие профессиональной идентичности представителей креативного труда. С другой, всё чаще оспаривается их монополия на творчество в профессии, указывается, что оно сегодня востребовано в широком спектре отраслей».

 
 
 

Как итог, одни считают творческий труд принципиально отличным, настолько, что управлять им и выстраивать его нужно по-особому. Другие, наоборот, убеждены, что культура «перестаёт быть ценностным мерилом», становится индустрией и производственным процессом с общими для всех законами.

Евгения Балабанова и Кристина Попкова обращаются к третьему подходу — концепции институциональных логик. Именно он, считают исследователи, разрешает противоречия первых двух: учитывает сторонние факторы и внутренние нюансы творческих профессий и позволяет через все это узнать реальную мотивацию «творцов» к работе.

Как изучали?

Использовались данные 2019–2020 годов, полученные на двух этапах исследования — качественном (глубинные интервью) и количественном (массовый анкетный онлайн-опрос). Всего было проинтервьюировано 23 работника театральной и архитектурно-дизайнерской отраслей Москвы и Новосибирска: актёры, режиссёры, художественные руководители, архитекторы и дизайнеры. На вопросы анкеты ответили 302 человека — творческие сотрудники из сфер театра, архитектуры, дизайна, кино, ТВ, издательской, музыкальной и арт-индустрии. Большинство из них (59%) — жители региональных центров, значительная часть (41%) — из Москвы и Санкт-Петербурга.

Интервью позволили увидеть особенности системы труда и менеджмента в творческом коллективе, сформировать список проблем, с которыми сталкиваются сотрудники, и рабочие условия, которые они считают необходимыми. По результатам массового опроса, исследователи выстроили все эти факторы по значимости и влиянию на мотивацию.

Что получили?

Главным условием для творчества как профессии названа свобода в формировании целей работы. Обязательной для себя её посчитали 76% опрошенных. «Даже при том, что выборка состояла из занятых по найму в организациях, значимость “содержательной” автономии значительно опережает автономию “инструментальную”, то есть свободу в определении способов или графика работы», — комментируют учёные.

На втором месте — единомышленники. Трудиться в их окружении хотят 63%. Это значительно важнее, чем выбирать рабочий режим или не чувствовать контролирующего ока вышестоящих.

Автономию в вопросах трудового графика как непременное условие рассматривает только каждый четвертый (23%). Отсутствие жесткого контроля со стороны руководства волнует ещё меньше — лишь каждого пятого (19%).

«Какие условия для осуществления творческой деятельности на рабочем месте являются обязательными лично для Вас? Возможен выбор нескольких вариантов ответа», %

Что касается основных проблем, то каждому пятому (19%) не хватает ресурсов для воплощения идей. Примерно столько же (17%) испытали высокую конкуренцию при трудоустройстве или поиске заказчика.

На третьем месте — необходимость учитывать запросы потребителей в ущерб собственному замыслу. Впрочем, об ограничениях свободы творчества клиентами — их пожеланиями, критикой или неадекватным финансированием, говорят не так часто.

«Это ​свидетельствует о том, что большинство воспринимает ориентацию на рынок как естественные рамки, не чувствуя жесткого давления и конфликта “эстетического” и “экономического”», — поясняют исследователи.

Интервью показали, что в творческом мире сильна зависимость от субъективного мнения руководителя, которое «рулит» при отборе сотрудников, оценке их способностей и результата труда. На этапе опроса выявилась и «зарплатная» зависимость: у трети его участников (32%) размер оплаты регулируется личными отношениями с начальством.

Большинство (66–67%) считают, что их заработок привязан к объёмам и итогам работы. Приблизительно столько же находят его справедливым (65%) и адекватным (63%) этому. Однако отметивших несправедливость и неадекватность тоже достаточно — почти каждый пятый.

Удовлетворённость размером собственной зарплаты 15% оценили на «тройку» по пятибалльной шкале, 34% — на «единицу» и «двойку». Немало, но не в сравнении с общероссийскими показателями.

В рейтингах неудовлетворённости россиян работой уровень вознаграждения лидирует, в то время как у творческих людей на первое место вышло социальное обеспечение: соцпакетом по месту работы недовольны 44%.

32% не удовлетворены перспективами карьерного роста, 27% — коммерческой окупаемостью проектов, столько же — стабильностью и надёжностью рабочего места. Каждому четвёртому (25%) не хватает возможности влиять на окружающих.

Меньше всего проблем вызывают контакты с коллегами и начальниками: недовольных здесь 4%, для 85% трудностей не существует. При этом сам коллектив, точнее, коллективный труд — фактор, повышающий удовлетворенность профессиональной деятельностью.

Казалось бы, творческий человек — натура индивидуальная, но анализ данных подтвердил: удовлетворённость выше «в условиях оплаты по результатам групповой работы» и ниже, если оплата привязана к личным достижениям или отношениям с руководством.

 

Зависимость зарплаты от личных отношений с руководителем может толкать к ненормированной занятости — в выходные, сверх дневной нормы или прямых обязанностей. Это одна из форм так называемого надролевого поведения, через которое тоже проявляется мотивация к работе, причём весьма заметно: повышенную нагрузку готовы нести до 72% творческих сотрудников.

Ещё одна форма — «голос работника», то есть участие в выявлении проблем в компании и действия по изменению сложившихся правил. В условиях зависимости от начальства и его субъективности открыто критиковать рискованно, нужны серьёзные причины, «наличие ресурсов и уверенность в себе». Судя по опросу, это есть меньше чем у половины: высказывали замечания руководству 42%, спорили и отстаивали своё мнение 50%.

 

Творческая деятельность часто приводит к перегрузкам, справляться с которыми непросто. К концу трудового дня 23% работников чувствуют физическое и моральное истощение. Почти 30% планируют сменить место работы или стать самозанятыми. Ещё какая-то часть, возможно, на пороге такого решения: 32% ответили на «тройку» по шкале от 1 до 5, то есть не сказали ни «да», ни «нет».

«Когда я просыпаюсь утром, мне хочется идти на работу» — 52% с этим согласны, но 25% — нет. То есть для каждого четвертого актуально эмоциональное выгорание.

Однако для планов покинуть компанию или проект выгорание не главное. Ведущая роль опять у «зарплатных» факторов — несоответствия оплаты результатам труда и «“растворения” индивидуального вклада» в общих показателях организации. В том же ряду — недобросовестность заказчиков, а вот критика от них имеет обратный эффект.

Она не повышает, а снижает уровень эмоционального выгорания и желания оставить работу, говорят учёные, объясняя это тем, что «критика — естественный,​ неотъемлемый элемент творческого процесса».

Вовлеченность в профессиональную деятельность тоже «предсказывается» материальным. Она стимулируется воспринимаемой справедливостью размера заработков, а снижается из-за конфликтов с коллегами и — неожиданно — наличия в компаниях практик повышения квалификации.

«“Формальные” обучающие мероприятия плохо воспринимаются творческими работниками, приводя к лишней нагрузке и не обеспечивая развития действительно ценных навыков и качеств», — предположили авторы исследования.

Таким образом, основной итог: нормативные представления о творческой занятости и её реальное воплощение не сходятся, а побуждает к ней в первую очередь не то, с чем мы привычно ассоциируем профессионалов от творчества. «Ведущую роль для удовлетворённости трудом, вовлечённости, эмоционального выгорания, намерений сменить работу играют аспекты, связанные с удовлетворением материальных потребностей и воспринимаемой справедливостью в оплате труда. Факторы самореализации и автономии, приоритетные в интервью, в массовом опросе в основном остались незначимыми», — резюмируют учёные.

Для чего это нужно?

На российском материале тема представлена фактически впервые. «Теоретического анализа с эмпирическим обоснованием» в отечественной научной литературе нет; методы в основном используются качественные, и анализируются, как правило, не творческие работники, а потребители их продукции.

Исследователи НИУ ВШЭ и OMI поступили наоборот: объединили разные методики, посмотрели непосредственно на природу творческого труда и в результате — скорректировали его понимание. Важным оказалось то, что в рассуждениях об уникальной творческой работе обычно отходит на второй план: мотивирует к ней главным образом то же, что к любой другой — комфортные условия, социальные гарантии, справедливость вознаграждения и его соответствие усилиям и результатам.
IQ
 

Авторы исследования:
Евгения Балабанова, профессор факультета социальных наук, заместитель директора Центра исследований социальной организации труда и деловой сферы НИУ ВШЭ
Кристина Попкова, руководитель проектов компании Online Market Intelligence (OMI)
Автор текста: Салтанова Светлана Васильевна, 5 августа