• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

«Посты» на стене храма

О чём говорят древние надписи на фасадах Спасского собора в Переславле-Залесском

А. Гиппиус, С. Михеев / Graphosphaera

Автограф в виде монограммы, даты, молитвы, в том числе коллективные, — средневековые граффити на внешних стенах Спасо-Преображенского собора Переславля-Залесского весьма разнообразны. Их расшифровка даёт ключ к любопытным явлениям того времени: от нюансов женской религиозности до статуса княжеского слуги. Рассказываем о настенных «постах» по исследованию лингвиста Алексея Гиппиуса и историка Саввы Михеева из НИУ ВШЭ.

Проект РНФ, финансируемый через НИУ ВШЭ, № 19-18-00352 «Некнижная письменность Древней Руси XI–XV вв. (берестяные грамоты и эпиграфика): новые источники и методы исследования».

Каменные воззвания

Не так давно Спасо-Преображенский собор Переславля-Залесского открылся исследователям с новой стороны. На его белокаменных фасадах были найдены граффити самого разного содержания: от списка убийц владимиро-суздальского князя Андрея Боголюбского до записи о кончине некой благочестивой Варвары. Средневековые послания — эпиграфика — «проявились» на блоках белого камня после того, как в 2015 году в ходе реставрации с внешних стен собора были удалены покраски разного времени.

Храм, заложенный Юрием Долгоруким в 1152 году и достроенный его сыном Андреем Боголюбским в 1157 году, считается одним из самых ранних белокаменных архитектурных памятников Северо-Восточной Руси. Теперь археологи, реставраторы, лингвисты «читают» его, как книгу.

Схожие надписи, в том числе, на глаголице (предшественнице кириллицы), есть в разных соборах и церквях: от новгородских и киевских до Святой Софии в Константинополе. Но Спасо-Преображенский собор Переславля-Залесского — особая коллекция загадок. Алексей Гиппиус и Савва Михеев уже готовят полное издание древнерусских надписей на фасадах храма, которое, с одной стороны, позволит оценить уникальность переславской эпиграфики, а с другой — впишет её в широкий контекст.

(Пере)сборка собора

Некоторые учёные предполагали, что надписи и рисунки появились на фасадах храма ещё в процессе его строительства. Так, часть из них, расположенная на высоте, могла быть сделана со строительных лесов. Однако есть граффити и на блоках внизу. И даже перевернутые послания — вверх ногами.

Это любопытный комментарий к архитектурной истории собора. По-видимому, положение белокаменных блоков менялось. Во всяком случае, их неподвижность не была абсолютной. Они могли впоследствии переставляться, например, когда чинили фасад храма.

Похожим образом в 1471 году зодчий Василий Ермолин перелицевал другой домонгольский белокаменный собор — Георгиевский в Юрьеве-Польском, известный своей искусной резьбой. К XV веку здание частично обрушилось, и зодчий пытался его спасти. Он собрал все белокаменные блоки и украшавшие их рельефы. Но, не имея точного плана храма, Ермолин скомбинировал камни на своё усмотрение. В результате этой пересборки сюжеты рельефов перепутались, получился «ребус». Так что особенности расстановки каменных блоков — источник сюрпризов.

Но этим казусом дело не заканчивается — Спасский собор может преподнести кое-что ещё, скрытое пока от посторонних глаз. Здание отчасти вросло в землю, и в самой нижней его части тоже могут обнаружиться граффити, которые со временем выйдут на свет божий.

Дело в том, что стены собора имеют цокольную часть из трёх рядов кладки, общей высотой около метра, напоминают Алексей Гиппиус и Савва Михеев. Сейчас из-под земли выступают лишь два ряда. «Основная часть надписей выявлена на высоте, удобной для письма, — на блоках второго и третьего рядов кладки выше цоколя, в 50–118 см над ним, однако надписи встречаются и на блоках нижнего ряда цоколя <....>», — уточняют учёные. Они не исключают, что дальнейшие раскопки позволят обнаружить новые блоки с граффити в скрытой под землей части собора.

Заветный вензель — фита да пси

В своей статье учёные из НИУ ВШЭ проанализировали 7¾ обнаруженных надписей. В одном из посланий почти четверть его ускользает от прочтения, оставляя пространство для фантазии.

Первая из рассмотренных надписей — монограмма на основе букв ѳ и ѱ, с отдельно приписанной буквой л (справа). Дешифруем её. Буква «пси» часто использовалась для записи слова «писал». Так, в эпиграфике Софийского собора Константинополя есть строка: «Грѣчинъ ψ(а)лъ» («Грек писал»). Так что со сказуемым всё понятно. А что с подлежащим — кто субъект действия? По-видимому, некий Ѳеодоръ. В общем, в строчку — «Феодор писал».

Монограммы, подобные этой, встречаются в граффити на стенах новгородского Софийского собора. Возможно, надпись выполнялась со строительных лесов. Но граффити могло появиться и до установки блока на это место.

Георгиев день — перетасованные слова

Вторая надпись (в две строки) гласит: «Георгия въ 15 память маия». Причём слово «память» под титлом — надстрочной линией, маркирующей сокращение слова. Это не что иное, как указание даты кончины Юрия (Георгия) Долгорукого, который, судя по летописям, умер в Киеве 15 мая 1157 года. Он был ктитором собора — инициатором и спонсором его строительства. Граффити — дань его памяти.

Палеография текста (нюансы написания букв — «петли», «мачты», «язычки», «засечки», позволяющие датировать граффити по методу лингвиста, историка языка Андрея Зализняка) в данном случае мало говорит о времени его создания. Но здесь любопытно другое. А именно — синтаксис сообщения.

«Георгия въ 15 память маия» демонстрирует некнижный порядок слов. Правильная очередность членов предложения нарушена в угоду принципам разговорной речи «в начале главная часть сообщения, затем уточнения». Кроме того, есть эллипсис — намеренный пропуск вполне очевидных слов: из фразы выпали «месяц» и «день». При последовательном построении и без эллипсиса строка выглядела бы так: «Память Георгия — мѣсяца маия въ 15-ыи дьнь».

«Перетасованные» предложения в переславской эпиграфике встречаются не раз. И всё же сообщение о кончине Юрия Долгорукого выбивается из древнерусских формул поминальных записей: «Мѣсяца A въ B дьнь прѣставися рабъ божии N». В начале может добавляться годовая дата («въ лѣто C»), а дневная дата может заменяться указанием на церковный праздник, выпавший на этот день. Далее могут следовать подробности об усопшем. Запись о Юрии не соответствует этим правилам.

Впрочем, шаблон мог нарушаться и в граффити других соборов. Так, от него отходит запись из Софии Киевской о смерти её строителя Ярослава Владимировича: «Въ 6562 мѣсяца февраря 20 усъпение цѣсаря нашего въ въскрьсение въ недѣлю мученика Ѳеодора» (цитируем по труду академика Бориса Рыбакова). Информация о ктиторе — неполная в обеих надписях: в киевской нет его имени, а в переславской — титула. Но, в отличие от более официального киевского граффити, переславское являет собой краткую фиксацию месячной даты, нужной для церковного поминания.

Оформление обеих надписей в виде номинативных предложений (только подлежащее, без сказуемого) сближает их с месяцесловными указаниями с эллипсисом типа: «Оусъпение с<вѧ>тыѧ Аны м<а>т<е>ре Богородичины» (Остромирово евангелие).

Просьба Фёдора — с помарками

Третий текст (две строки) — молитва: «Господи, помози рабуо своѥму[о] Ѳедъруо Рад-(-)--вичу[о]». Какое отчество было у Фёдора — Радилович или, например, Радославич, ясности нет.

В орфографии записи — три нюанса. В имени заметна бытовая замена буквы о на ъ (должно было быть Ѳед о ру), а буква о после у вписана после исполнения следующей буквы. В местоимении «своѥму» буква ѥ исправлена из ю.

Примечательное в этой надписи — особое, «кентавричное» начертание буквы у («ук») в имени–отчестве автора обращения. Она разделена надвое — имеет горизонтальную пересечку, от правого края которой вниз идёт хвост. Он не продолжает ни один из элементов верхней части буквы.

«Диграф оу, в который входит эта буква, написан зеркально — уо, — уточняет Алексей Гиппиус. — Такое его написание встречается в берестяных грамотах, например, у Якима, самого плодовитого из писателей на бересте, от которого до нас дошло 38 грамот». По методу Зализняка надпись датируется 1180–1200 годами.

Женское двоеверие

Четвёртая надпись, более обстоятельная (неполных шесть строк), дешифруется так: «12 мая преставилась Варвара, милостыней приучившая к [посещению] церкви много вдов». В этом поминальном граффити выделены особые заслуги усопшей. Варвара, по всей вероятности, боярская вдова, оставила по себе память щедрым попечением о вдовах. Что же, такая благотворительность вполне привычна. Это одна из главных форм церковного милосердия.

Но показателен эффект от деятельности Варвары. «Приучить» к церкви можно лишь того, кто от неё отошел. «В этих словах граффити нельзя не увидеть отражение реального состояния женской религиозности в, казалось бы, давно уже крещеном обществе Северо-Восточной Руси, — пишут исследователи. — О религиозной отсталости древнерусской женщины, бывшей, в силу своего положения, хранительницей древних языческих обрядов и верований, писал в не утратившей своего значения основополагающей статье историк церкви Сергей Смирнов (1909)».

Граффито, по мнению учёных, говорит об этой отсталости и тех усилиях, которые предпринимались для её преодоления. Надпись датируется 1160–1220 годами.

Петиция от лица слуг

В пятом граффити (неполных семь строк) упомянут некий слуга Глебовича и ещё два человека, чьи имена могут быть прочитаны как Яков и Нифонт. Что за Глебович? Так как речь идёт о князе, то подходящие кандидаты — Игорь и Владимир Глебовичи, рязанские князья, которые с 1180 года были союзниками великого князя владимирского Всеволода Большое Гнездо (сына Юрия Долгорукого). Остатки букв в повреждённых пятой и шестой строках свидетельствуют, скорее, в пользу Владимира Глебовича, полагают исследователи.

Полный текст мог звучать так: «Господи, помози рабома своима Якову, Нифонту <...>, и съ нима N, князя Володимира Глѣбовичя слузѣ». Перевод: «Господи, помоги двум своим рабам, Якову и Нифонту <здесь мог быть указан их статус>, и N, слуге князя Владимира Глебовича».

В этом тексте древнерусский социальный термин «слуга» впервые встречается в качестве самоидентификации автора. Под «слугами» подразумевались люди на княжеской службе — по статусу ниже бояр (дворяне).

В летописных текстах термин «слуга» не раз встречается уже в XI–XII веках, обозначая людей из княжеской дружины. В других контекстах они могут фигурировать как «отроки». Так или иначе, в отличие от слова «отрокъ», неоднократно найденного в эпиграфике домонгольской Руси, «слуга» в качестве самохарактеристики автора попадается впервые.

«Достань-ка календарь, читай не так, как пономарь»

Шестая надпись была выполнена до перестановки камня на это место, так как находится в самом нижнем блоке кладки и читается вверх ногами. Это граффити представляет собой календарь. «Неделя» — так раньше называлось воскресенье. В записи перечислены сокращенные названия дней от одного воскресенья до другого, или «от недели до недели» (такая формула встречается в агиографии — например, в Житии Алексея, человека Божия, а также в славянском фольклоре).

Аналог этой надписи — календарное граффити «не по у се чь пѧ су» XIII века в церкви Спаса на Нередице под Новгородом и криптограмме XIV века в Софии Новгородской. Переславская запись с её кольцевой композицией «от воскресенья до воскресенья» выражает идею недели наиболее наглядно.

Дай погадаю

Текст седьмой надписи интригует своей туманностью: «дезси нъ не всѣмъ ладьно | Игънатъ ѱлъ». Что некий «Игнат писал» — понятно. «Не всѣмъ ладьно» означает — «Не всем одинаково», то есть кому что выпадет.

Но что за загадочная последовательность «дезси»? Она находит параллели в эпиграфике Новгорода, Киева, Смоленска, Старой Рязани и пр. Исследователи считают, что надпись имеет «гадательный характер» (ср. похожую грамоту из Пскова с текстом «…дезоиозед…»). Анализу этого комплекса будет посвящена отдельная публикация.

Ищущие да обрящут

И, наконец, текст в ¾ смысла. Это надпись, оборванная временем и/или разрушениями. Её конец поврежден. Тут — снова молитва: «Господи, помози рабома сво[има] Ондрѣѧ|ну Смен <...>». То есть авторы обращения — Андреян (Андриан) и Семён (соответственно, во фразе использовано двойственное число).

Кто эти Андриан и Семён — определить сложно. Единственное, что тут можно сказать: «Ищущие да обрящут» (с надеждой, что их пожелания исполнились — если, конечно, помыслы просивших были чисты).

Впрочем, установка про ищущих вполне применима и к исследователям. Вероятно, они найдут и дешифруют новые «заметки на полях» храма!
IQ
 

Литература по теме:

Гиппиус А.А., Михеев С.М. «Убийцы великого князя Андрея»: надпись об убийстве Андрея Боголюбского из Переславля-Залесского

Гиппиус А.А., Михеев С.М. Из надписей-граффити в лестничной башне Георгиевского собора Юрьева монастыря

Гиппиус А.А., Михеев С.М. Древнерусские глаголические надписи-граффити XI–XII веков из Новгорода: № 30–55

Гиппиус А.А. Как тиун Яким белок считал (к интерпретации берестяной грамоты № 1021)

Авторы исследования:
Алексей Гиппиус, академик РАН, главный научный сотрудник Лаборатории лингвосемиотических исследований Школы филологических наук факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ
Савва Михеев, старший научный сотрудник Лаборатории лингвосемиотических исследований Школы филологических наук факультета гуманитарных наук НИУ ВШЭ
Автор текста: Соболевская Ольга Вадимовна, 25 января