• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Не женского ума дело?

Как гендерные стереотипы мешают девушкам стать программистами и инженерами

ISTOCK

Девочкам постоянно твердят: «Математика не для тебя!», «В инженерии нужен мужской склад ума!». Архаичные предрассудки об отсутствии у женщин способностей к точным наукам и технике процветают в вузах и на рабочем месте. В итоге девушкам сложно строить карьеру в сфере STEM (Science, Technology, Engineering and Mathematics), а рынок труда лишается притока молодых инженеров и программистов. Как и почему гендерные стереотипы лишают студенток веры в свои силы, приводят к проблемам в учёбе и отчислению из университета, показали сотрудники Центра социологии высшего образования НИУ ВШЭ Наталья Малошонок и Ирина Щеглова.

Спойлер: согласно исследованию, девушек, уверовавших в математическое превосходство парней, больше трети — 35%.

Неестественный самоотбор

«Однокурсники-юноши не воспринимали нас, девушек, всерьез, — вспоминает физик Наталья К., закончившая МФТИ. — Получишь пять за сложную задачу — снисходительно усмехнутся: "Повезло". Успешно сдашь экзамен — пошутят про "особые" отношения с преподавателем. А спросишь, откуда такое недоверие к женским способностям, ответят что-то типа: "Ну это же известно…"». У Натальи, по её словам, часто возникало ощущение, что «девушек-технарей просто отбраковывают».

Но Наталья К. училась в вузе больше десяти лет назад. А что сейчас? Почувствовали ли себя женщины увереннее в сфере STEM? Или естественные науки, технологии, инженерия и математика — по-прежнему «мужское» царство?

Девушек в STEM всё еще мало, говорят студентки, победившие во всероссийской инженерной Олимпиаде НТИ для студентов вузов. Участница турнира из Казахстана и студентка Университета Гронингена (Нидерланды) Галия Ешмагамбетова отмечает, что с детства слышала: «Ты будешь что-то гуманитарное делать. Программирование, математика — это не для тебя». 

По её словам, на то, что в точных науках дефицит женщин, сильно влияет общество. «У меня так было по крайней мере. Я не знаю как в России, в Казахстане так. Но я заметила тенденцию, что девочек правда мало. Есть такой образ, что мальчики — программисты, они играют в игры, они с компьютером хорошо разбираются, а девочки нет».

«Это и правда расхожий стереотип общественного сознания, причем его часто использует ближний круг: родители, друзья, преподаватели, знакомые», — уточняет инженер Анна С., выпускница МГТУ им. Н.Э. Баумана. Под таким давлением легко сдаться, разувериться в том, что это реально «твоя» сфера, говорит она. Многие ее однокурсницы в итоге «взяли самоотвод», ушли из технических наук. «Пару раз и я серьезно задумывалась, а не бросить ли все. Ведь при таких предубеждениях женщинам очень сложно делать научную карьеру. Надо постоянно доказывать, что ты не уступаешь мужчинам».

ДеSTEMатизация женщин

Ситуация гендерной сегрегации (или гендерного дисбаланса) — преобладания мужчин в сфере STEM и студентов-юношей на естественнонаучных и инженерных направлениях в вузах — характерна для многих стран. В России и США диспропорция почти одинакова: мужчин на этих специальностях втрое-вчетверо больше, отмечают социологи, авторы книги «Женщины и STEM в цифровую эпоху: политика занятости в мегаполисе» Ольга Савинская, Елизавета Захарова и Тамара Мхитарян.

Складывается любопытная ситуация. Сфера STEM приоритетна для многих стран: необходимость увеличения числа специалистов в этой области и улучшения качества их подготовки уже стали аксиомами. Так, в конце апреля 2020 года, глава Роструда Михаил Иванков подчеркнул особую востребованность инженеров у работодателей.

Контрольные цифры приема в вузы — госзаказ на подготовку молодых специалистов — тоже ясно свидетельствуют о приоритете STEM. В прошлом учебном году 47% очных бюджетных мест в бакалавриате и специалитете были выделены для инженерных направлений подготовки, и еще 10% — для естественных наук. «Более половины государственных средств, выделяемых на высшее образование, идут на подготовку студентов данных направлений подготовки», — подчеркивают Ирина Щеглова и Наталья Малошонок.

Многие исследования показывают, что совместная работа мужчин и женщин над научными и инженерными проектами гораздо продуктивнее. Смешанные команды предлагают более инновационные идеи, а гендерно сбалансированные компании оказываются значительно успешнее.

Доказывай или уходи

Тем не менее, необходимость присутствия девушек в STEM всё еще почему-то остается теоремой, которая требует доказательств. Главным образом — от самих девушек. Или же просто декларируется, без воплощения в жизнь. «Если бы я решила поменять сферу деятельности, меня бы, думаю, удерживали меньше, чем коллег-мужчин, — рассуждает физик Наталья К. — А списали бы всё на то, что с детьми наука совмещается непросто. Женщина больше погружена в семью, и на “нормальную” науку у нее якобы мало времени».

«Девушек-выпускниц часто пугают трудностями работы в технических науках», — полагает Анна С. И вот результат: многие выпускницы STEM-программ в итоге не трудоустраиваются по специальности. Причем если девушки-биологи и химики ещё остаются в профильной сфере (а химия и биология и в целом более гендерно сбалансированы), то девушки-математики, физики и инженеры нередко перепрофилируются.

«Они часто просто не видят себя в этой профессии, не считают, что могут конкурировать с мужчинами», — комментирует ситуацию Ирина Щеглова. И такой драматический финал истории — окончательный «самоотвод», по мнению исследовательницы, во многом связан именно с гендерными предрассудками.

Женская «доля»

Гендерный дисбаланс формируется в средней школе, укрепляется в старших классах, нарастает в вузе — на естественнонаучные и инженерные специальности идет очень немного девушек. А заканчивается отрицательный отбор уже на рабочем месте.

Не случайно гендерное неравенство в STEM социологи называют «сквозным». Оно сопровождает женщин в течение всего образовательного пути, а затем и на рынке труда.

В России среди учащихся на STEM-программах бакалавриата и специалитета доля девушек составляет от четверти до трети, в зависимости от направления подготовки. В 2018 году, по данным Минобрнауки РФ, среди поступивших на направление «Инженерное дело, технологии и технические науки» (бакалавриат и специалитет) было всего 26% девушек. На «Компьютерных и информационных науках» — их 27%. Чуть лучше ситуация на направлении «Математика и механика»: «женская доля» в общем приеме — почти треть (31%). А на «Физике и астрономии» — 32%. Эти данные согласуются с подсчетами Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) по России: среди выпускников естественнонаучных и инженерных бакалавриатов женщин — лишь 35%.

Лекция Дженны Карпентер «Инженерия: где же девушки, и почему их нет?»

Наталья Малошонок и Ирина Щеглова предположили, что такой дисбаланс во многом объясняется действием гендерных стереотипов. Свою гипотезу исследовательницы проверили, проанализировав данные, собранные Институтом образования НИУ ВШЭ и Стэнфордским университетом в ходе международного сравнительного исследования образовательных достижений студентов инженерных направлений вузов «Student Undergraduate Performance» (SUPER-test).

Как проводилось исследование

В опросе осенью 2015 года приняли участие более 2600 студентов первого курса. Информация о отчислении с программ по тем же учащимся собиралась весной 2017 года.

Исследователи изучили данные по студентам 17 направлений подготовки в области инженерных и компьютерных наук: фундаментальной информатики, прикладной информатики, математики, информационных систем, программной инженерии, радиотехники, электроники, лазерных технологий, фотоники и пр.

В работе использовалась многоступенчатая выборка. На первом этапе случайным образом отобрали 34 российских вуза. Затем в каждом из них до трёх направлений подготовки, а в финале — до трёх учебных групп по каждому направлению.

Доля девушек в выборке первого курса варьировалась от 7% (оптотехника) до 42% (математика и компьютерные науки). Процент отчисленных в 2017 году студенток менялся в диапазоне от 6% (электроника и наноэлектроника) до 40% (математика и компьютерные науки). 

Зависимой переменной в исследовании было отчисление студента из вуза по результатам первых трёх сессий. Контроль осуществлялся по гендеру, направлению подготовки, степени приоритетности направления подготовки для учащегося, типу класса (с физико-математическим уклоном или без), социально-экономическому положению семьи, степени селективности вуза (предпочтения абитуриентов с самыми высокими баллами ЕГЭ).

Гендерные стереотипы измеряли посредством ответов студентов на три вопроса: кого, по их мнению, — девушек или юношей — считают более способными к математике они сами, их преподаватели и сокурсники. 

Парадокс с отчислением

Выяснилась интересная вещь. Согласно некоторым зарубежным работам у девушек выше вероятность не завершить инженерно-техническую программу. А вот мужской гендер предопределяет намерение пройти полный курс по компьютерным наукам. Однако исследование социологов НИУ ВШЭ, напротив, выявило, что юноши чаще девушек отчисляются с инженерно-технических направлений. Для инженерных наук перевес отсева юношей составил 7% (19% против 12% у девушек), а для компьютерных — 5% (22% против 17%)!

Этот факт отличает российские вузы от зарубежных. Одно из возможных объяснений такого парадокса — система оплаты за обучение. В России подавляющее число студентов обучаются за счет государства, а основная причина отчисления — неуспеваемость. А, например, в США многие студенты платят за обучение сами, и значительную долю выбывших составляют те, кто по своему желанию решил покинуть вуз. 

«Таким образом, государственное финансирование может стать весомым аргументом для девушек в пользу завершения обучения даже при условии неудовлетворенности получаемым образованием и студенческим опытом», — комментируют исследовательницы.

Другое объяснение отличий в отсеве студентов разного пола может быть связано со склонностью к риску. У юношей, обычно, эта черта выражена сильнее. А студенты, предрасположенные рисковать, имеют больше шансов быть отчисленными.

Из этого следует, что девушки в среднем успешнее парней справляются с учебной программой по STEM-направлениям и чаще «доживают» до конца учёбы. Но может отчислившихся девушек может быть ещё меньше? Что всё-таки влияет на их выбор уйти — неспособность справиться с нагрузкой или иные переменные?

Увы, но оказалось, что ключевая роль здесь — гендерные стереотипы Они влияют не только на формирование интереса девушек к точным наукам, выбор этой профессии, но самое главное — на уверенность в своих силах и способность конкурировать с мужчинами.

Пройти сквозь фильтр

Студентки нередко слышали в свой адрес, что их талант к математике скромнее по сравнению с сокурсниками-мужчинами. Это плохо влияло на их мотивацию к учебе и в итоге мешало дойти до диплома. «Для некоторых девушек это может привести к отчислению с программы, к нежеланию работать по выбранной профессии», пишут социологи.

«Риски быть отчисленными увеличиваются для девушек, которые считают, что у юношей лучшие способности к математике. А таких в нашей выборке — 35%», комментирует Ирина Щеглова. «Студентки из указанной группы имеют шанс быть отчисленными на 57% процентов чаще, чем юноши», подчеркивает Наталья Малошонок. 

И вновь — исследования демонстрируют, что у девушек достижения по инженерным направлениям выше. «Но это обычно игнорируют, — говорит инженер Анна С. — Даже если ты хорошо учишься, к последнему курсу вуза тебя могут убедить в том, что «мужская» сфера тебе не по силам. Девушки начинают невольно думать: тут стеклянный потолок [барьер, ограничивающий карьеру женщин], тут нечего ловить, надо искать себе другое применение».

Но на чем основан стереотип, что женщинам STEM «не по силам»? Ведь разницы между качеством исследований, проводимых учеными-мужчинами и учеными-женщинами, нет. «Тем не менее, почему-то считается, что у дам не «математический мозг», — говорит наша собеседница-физик Наталья. — Помню слова одного моего сокурсника, который считал, что женщинам не свойственно рациональное мышление, у них, мол, нет математической ясности ума». Отменно демотивирующее суждение. Наталья признается, что после этого заявления засомневалась в своих способностях. 

Социологи называют подобные гендерные стереотипы «жестким фильтром», пройти через который удается далеко не многим. Но стоит ли говорить, что в стереотипе о слабых математических способностях у женщин мало правды? 

Школьное разочарование

С точки зрения нейробиологи, у мальчиков и девочек одинаковые врожденные способности к математике. Математическое мышление у детей обоего пола развивается сходным образом. И правильно говорить не о гендерных различиях, а скорее о сходстве в постижении детьми математики. Более того, в России в 5-м классе девочки имеют более высокие отметки по математике, чем мальчики. А в 8-м и 11-м успеваемость вновь не имеет гендерных различий. 

Однако на деле к старшим классам многое меняется. Во-первых, интерес девушек к математике ослабевает, у них не хватает мотивации заниматься ею. В 8-м классе мальчики и девочки еще примерно одинаково любят математику, но уже в девятом классе девочки мало смотрят в «математическую» сторону. 

Причин разочарования в точных науках может быть много: новые увлечения, сложность программы, плохое преподавание предмета, усталость от школы, репутация математики как «скучной» дисциплины. Но демотивация девочек может объясняться и тем, что математика в массовом сознании не считается социально значимой сферой. А для девочек нужность людям — весомый аргумент при выборе профессии.

«Программируйте свой собственный путь» / Code like a girl

Но самое главное, к старшим классам девочки почему-то начинают ниже ценить свои способности к математике. В исследовании Ольги Савинской из НИУ ВШЭ есть такие данные: в оценках своих способностей только 10% старшеклассниц считают себя высококомпетентными в математике. А среди мальчиков так себя охарактеризовали 38%. Причем по мере взросления девочки ценят свои способности всё ниже и ниже, а мальчики, наоборот, всё выше. Однако ещё в 5-м классе среди девочек высококомпетентными себя считают 17%, а среди мальчиков — 20%. То есть цифры примерно равны!

И такова ситуация не только в России. Вот еще одно исследование, свидетельствующее о странной неуверенности девочек в собственных математических возможностях. В рамках международной программы PISA (Programme for International Student Assessment) был реализован проект «Азбука гендерного равенства в области образования»

Детям предлагали проективные ситуации, раскрывающие их оценку своих способностей к математике. В решении прикладных задач контраст оказался особенно велик. 67% мальчиков заявили, что чувствуют себя уверенно в расчете бензина, расходуемого автомобилем. Среди девочек таких респондентов меньше половины — 44%. И еще пример: только 75% девочек не сомневаются в расчетах стоимости телевизора после скидки. Среди мальчиков эта доля 84%. 

Кривая линза гендера

Такую прогрессирующую с годами неуверенность женщин в своих математических способностях можно объяснить только по аналогии с проникающей радиацией — проникающей гендеризацией. 

Важнейшие институты общества — семья, школа, работа и профессия — крайне гендеризованы. «Именно в этих сферах доминантные определения усиливаются и репродуцируются, — пишет американский социолог Майл Киммел. — В этих сферах применяются дисциплинарные санкции к “отклоняющимся от нормы”». Всё, что не вписывается в стереотипы женственности, отсекается. В том числе — склонность женщин к математике.

В этом смысле не только в школе, но уже даже в детском саду есть «скрытый учебный план»: воспитатели транслируют малышам определенные гендерные «нормы»: мальчиков учит активности, девочек — послушанию. Педагоги поощряют мальчиков к самовыражению, а девочек — к прилежанию. Занятия девочек — «женственные» — музыка, языки и танцы, но никак не математика.

Социокультурные стереотипы о фемининности и маскулинности, или, в терминах американского психолога Сандры Бем, «линзы гендера», — одни из самых мощных. Они приписывают женщинам и мужчинам разное поведение и разные способности.

В такой ситуации не удивительно, что девушки, поступающие на STEM-дисциплины, сталкиваются с недооценкой собственных возможностей. А дальше срабатывает психологическая ловушка под названием «угроза подтверждения стереотипа» (stereotype threats). Она, по мнению Щегловой и Малошонок, во многом и объясняет отсев девушек на направлениях STEM.

В ловушке стереотипа

Дискриминация тех или иных социальных групп (женщин, представителей этнических меньшинств, людей низших сословий и пр.) часто сопряжена с негативными стереотипами об их характере, когнитивных способностях, склонности к тем или иным видам деятельности и пр. Постоянно слыша в свой адрес уничижительные суждения, представители этих групп начинают испытывать сложный комплекс чувств. С одной стороны, они уязвлены. С другой — опасаются подтвердить стереотипные представления своим собственным примером. 

Страх и напряжение в результате приводят к тому, что человек начинает приписывать себе мнимые негативные особенности его социальной группы. Затем ловушка захлопывается: измотанный и напуганный человек и вправду показывает не лучший результат, терпит фиаско. Этот эффект «угрозы подтверждения стереотипа» исследователи также называют «самосбывающимся пророчеством».

«Угроза подтверждения стереотипа» влияет на решение как интеллектуальных задач (выполнение математических тестов), так и физических (занятия физкультурой). По словам Ирины Щегловой, девушки, неоднократно слышавшие стереотип о женской неспособности к математике и физике, боялись подтвердить его, начинали сомневаться в правильности ответов на экзамене и в решении задач.

Опасения оправдать шаблон «сдерживали активное поведение девушек в классе». Они начинали опасаться выходить к доске для решения задач. Студентки старались избежать сложных заданий, априори считая, что они им не под силу. «Такие негативные эмоции снижают потенциал в освоении учебного курса и, как следствие, приводят к более низким оценкам», — подчеркивает Наталья Малошонок.

Как итог, девушки, специализирующиеся на STEM, под давлением мифа о мужском превосходстве в математике, слабее справлялись с текущими заданиями, хуже учились, а в итоге оказывались отчисленными, объясняют социологи.

В атмосфере тепла

Помимо теоретической разработки темы, исследовательницы предложили и меры, которые помогли бы девушкам закрепиться в математике, естественных науках и инженерии, а также бороться с гендерными стереотипами. «В неопубликованном исследовании мы показали, что важным является наличие у девушек, обучающихся на таких программах, примеров успешных женщин, уже работающих в этой сфере, — говорит Ирина Щеглова. — Низкая доля женщин-преподавателей на программе, напротив, будет приводить к повышению шансов студенток быть отчисленными».

Как в технологиях стали доминировать мужчины?

Нужны специальные интервенции для вовлечения девушек в STEM и формирования в них уверенности в своих силах, считают авторы. Например, стоит организовывать семинары и другие научные мероприятия с участием женщин, преуспевших в точных науках. Такие сотрудницы «могут выступать ролевой моделью, демонстрируя свои достижения в STEM».

Возможно, имеет смысл практиковать обучение в маленьких группах, поскольку размер и гендерный состав класса значимы в борьбе со стереотипами. «В маленьких группах девушки склонны проявлять большую вовлеченность, — поясняет Наталья Малошонок. — Есть исследования, которые показывают, что девушки демонстрируют более высокие результаты в классах, состоящих исключительно из девушек, по сравнению со смешанными группами».

Кроме того, необходимо, опираясь на результаты исследований, развенчивать стереотипы о разных способностях девушек и юношей в области точных наук, подчеркивают исследовательницы. Это расширит присутствие женщин в STEM и поможет развитию этой сферы.
IQ

 

Авторы исследования:
Наталья Малошонок, директор Центра социологии высшего образования Института образования НИУ ВШЭ
Ирина Щеглова, младший научный сотрудник Центра социологии высшего образования Института образования НИУ ВШЭ
Автор текста: Соболевская Ольга Вадимовна, 15 июня