• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Незрячие боятся выходить в город

Самостоятельно ориентироваться в нём мешают неадекватность прохожих и так и не ставшая доступной среда

ISTOCK

Сначала коротко

Ситуация: В 2021 году исполнилось 10 лет как в России начала действовать федеральная программа «Доступная среда». За это время градостроительная политика стала внимательнее в том числе к людям с ограничениями по зрению — здания, сооружения и публичные пространства проектируются и улучшаются с учётом их нужд.

На самом деле: Ориентироваться в городе самостоятельно незрячим по-прежнему сложно. Он для них непредсказуем, его объекты трудно обнаруживаемые, а поведение прохожих опасно. Это провоцирует страхи, останавливающие человека с инвалидностью от перемещения по улицам.

Теперь подробнее

В официальных отчетах инклюзивность российских городов растёт, но по мнению экспертов и самих инвалидов, значимых изменений нет. Откуда такое расхождение в оценках, выяснили урбанисты НИУ ВШЭ Виктор Синицын и Оксана Запорожец. Программа «Доступная среда», считают они, «сконцентрирована преимущественно на изменении городской материальности» и не учитывает того, что позволяет незрячим передвигаться без посторонней поддержки — их физические возможности, ориентиры для распознавания окружающего, установки в отношении города и коммуникации с горожанами. Итоги анализа ситуации и предложения по её улучшению представлены в «Журнале исследований социальной политики».

О чём речь?

В 2006 году ООН приняла Конвенцию о правах инвалидов. Подписавшие её государства обязуются в частности сделать городские пространства с жилыми домами, офисами, социальными учреждениями, транспортом, дорогами и прочей инфраструктурой, комфортной для людей с проблемным здоровьем. В 2008-м к Конвенции присоединилась Россия, в 2011-м в стране появилась федеральная программа «Доступная среда».

Между тем современный город остается территорией, где передвижение инвалидов сродни бегу с препятствиями, заставляющими их реже выходить из дома, особенно в густонаселённых и сложно устроенных городах-миллионниках.

 
 

Одна из трудностей — отсутствие необходимых ориентиров или преобладание среди них зрительных. «Увеличение масштабов города, подчинение планировки геометрической перспективе, конкуренция за туристические потоки, инвестиции и лояльность жителей привели к тому, что визуальные знаки стали доминирующим способом разметки современного мегаполиса», — отмечают авторы работы.

 

Результат — город сравнительно неблагоприятен для незрячих. Сами они благодаря различным навыкам (от тактильных до интуитивных) способны его осваивать, а вот меры по адаптации среды под их запросы оставляют желать лучшего.

Как изучали?

Исследование, проведенное в 2020–2021 годах, включало 10 интервью с людьми в возрасте 22–64 лет, чья острота зрения не превышает 6% (вторая группа инвалидности). Изучалась практика и барьеры их передвижения по Москве. Анализ строился с позиций феноменологии и этнометодологии, то есть в центре внимания был именно повседневный опыт.

Отправной точкой «стало тело незрячего человека, перемещающегося в городской среде». Тело — это не плоть, а вещь, в которой мы живём, через неё устанавливается связь с миром и образуется феноменальное поле, то есть совокупность всего, что каждый из нас переживает в определенный момент.

 

Материальные объекты, люди, звуки, запахи, появляющиеся в феноменальном поле при движении по городу, дают сигналы о правильности действий и в этом смысле являются «ориентированными объектами», поясняют исследователи. Если таких объектов недостаточно или их невозможно соотнести с практикой, возникают острые ситуации, которые и делают города труднодоступными.

Что получили?

Незрячие различают объекты, касаясь их частями тела или специальной тростью. Это тактильный способ передвижения. Ещё один — вестибулярная чувствительность, когда следуют за собственными ощущениями, «вызванными сменой направления, наклоном поверхности или резкими перепадами высот».

Для человека с остаточным зрением, различающего свет и контуры предметов, важна световая чувствительность — он видит предупредительные знаки: разметки на ступеньках, сигнальные наклейки-круги на дверях. Вести в нужном направлении могут также запахи или звуки (шум дороги, музыка в торговых центрах, разница акустики в закрытых помещениях и на улицах или специальные аудиосигналы, например, светофоров).

 

И отдельный «проводник» — интуиция, которая срабатывает необъяснимо, но безошибочно. По словам одного из участников интервью, « слепые иногда препятствия чувствуют непонятно как, создается впечатление, что что-то перед тобой стоит, и ты вот трогаешь это палкой, действительно что-то стоит ».

Всё это дает шанс ходить по городу самостоятельно и сравнительно спокойно, если бы не внешние трудности. Исследователи выделили основные три:

 невозможность корректно интерпретировать окружающие объекты;

 ошибочная интерпретация объектов;

 вмешательство посторонних людей.

Объекты могут быть расположены или сконструированы так, что их нельзя обнаружить (обозначенные только визуально названия остановок и номера общественного транспорта). В автобусах незрячему сложно найти валидаторы для оплаты проезда, в подземных переходах — выходы. На платформах метро не всегда есть специальная тактильная линия или же она изношена, а тактильная плитка на улицах — некачественно уложена (в ней застревает трость) или ведёт в тупик.

Коллективные жалобы жителей «убирают» звуковые светофоры, инвалидов могут ограбить или наоборот проявить чрезмерную заботу: «Люди иногда перебарщивают и ведут, не спрашивая куда… Конечно, это меня всегда немножко впечатляет, но, если тебя уже несут, ты не очень протестуешь, потому что боишься, что тебя уронят» (из интервью исследования).

 

Проблемы решаются, однако, меры пока не всегда на пользу тем, ради кого. Наличие визуальных знаков даже в инфраструктуре для слепых (в автобусах места для пассажиров с собаками-поводырями отмечены лишь стикерами) говорит о том, что не принимается к сведению специфика восприятия города незрячими. Плохое качество тактильных поверхностей показывает, как заявленное расходится с реальным.

Износ поверхностей не учитывается и они теряют функциональность. А неучёт отношения к специальным объектам горожан (положительный настрой есть не у всех и его нужно формировать) порождает конфликты наподобие нежелания ходить по тактильной плитке с багажом и колясками или слушать вблизи своих домов аудиосветофоры.

Для чего это нужно?

Изучение особенностей самостоятельного передвижения незрячих в городской среде и оценка действий по развитию её доступности значимы практически: чтобы проблемы решать, их надо как минимум чётко артикулировать. А если решать, полагают учёные, то сообща — с привлечением к разработке и тестированию преобразований самих инвалидов, с информированием их о принимаемых мерах и с помощью в преодолении страхов перед городом.
IQ
 

Авторы исследования:
Виктор Синицын, стажёр-исследователь Научно-учебной лаборатории социальных исследований города НИУ ВШЭ
Оксана Запорожец, доцент Высшей школы урбанистики имени А.А. Высоковского, заведующая Научно-учебной лабораторией социальных исследований города НИУ ВШЭ
Автор текста: Салтанова Светлана Васильевна, 17 февраля