• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Тезисы:
эмоциональная культура

Что это такое, и как она формируется в обществе

Современность можно назвать «чувствительным веком». С одной стороны, люди живо интересуются опытом переживаний и хотят подлинных чувств, с другой — рационализируют их ради успешного общения. Все это проявления эмоциональной культуры — системы социальных ожиданий по поводу переживания и выражения чувств. Доклад Ольги Симоновой об этом феномене состоится на ХХ Апрельской Международной научной конференции в ВШЭ. Рассказываем об основных тезисах.


Ценности самовыражения крайне важны для современного человека.

Отсюда внимание к чувствам как к проявлениям индивидуальности. Они нередко рассматриваются как «комментарии интересов и стремлений» человека, часть его идентичности.

Такая психологизация затронула общество в целом. Социальный опыт во многом интерпретируется через чувства. Личные переживания помогают ощущать общность с другими людьми. В этом смысле эмоциональные практики – инструмент социализации.


Эмоции в целом — высокорефлексивный феномен, и внимание к ним — проявление общей социальной рефлексивности по поводу сложного и быстро меняющегося мира.

Под эмоциональной культурой подразумеваются:

конфигурация представлений об эмоциях,
набор эмоциональных практик (они как воспроизводят, так и меняют определенные представления),
 возможные сценарии эмоциональных реакций на разные вызовы,
 социальные ожидания относительно переживаний и их выражения.


Последний пункт особенно показателен. Это эмоциональный режим — система норм для манифестации и управления чувствами, или feeling rules. В этой системе одни эмоции поощряются, другие — напротив, вытесняются как неприемлемые. Эти нормы транслируются в ходе социализации — обучения и воспитания.


Эмоциональная культура во многом регулирует жизнь современного общества. Вчерашний экономический и социальный детерминизм «был преодолен новым и не менее жестким детерминизмом — эмоциональным детерминизмом». Значение социальных и культурных условий в общественном сознании снижалось в пользу обсуждения личных эмоций. Причем в этой сфере есть свой специфический дискурс: эмотивы — разделяемые в обществе высказывания о переживаниях.


Одной из первых типы эмоциональной культуры выделила американский антрополог Рут Бенедикт. Так, она писала о «культуре стыда», коллективистской и культивирующей внешний контроль, и о «культуре вины», индивидуалистической и поощряющей внутренний контроль. Многие исследователи впоследствии использовали противопоставление эмоций стыда и вины как принцип общей типологии культур. Стыд и вина, таким образом, выступают не только как эмоциональные переживания, связанные с разными моральными санкциями, но мыслятся как детерминанты культурного облика.


Если смотреть в динамике, то переход от традиционных коллективистских обществ к современным индивидуалистическим сопровождается распространением чувства вины как типичного переживания в ситуациях, связанных с моралью. Но это не означает, что чувство стыда совсем не входит в процесс социализации. Оно просто несколько затушевывается — как негативная эмоция.


Помимо комплекса вины, современное общество также нередко характеризуется специфической культурой страха, мобилизующей и позволяющей людям ориентироваться в сложном мире. Впрочем, по поводу определения детерминант эмоциональной культуры между исследователями нет согласия. Кто-то определяет ее как «культуру эмоциональной холодности», кто-то — как «культуру непризнанного стыда», «культуру симпатии», «культуру грусти/депрессии». При этом разные детерминанты могут сосуществовать. Наряду с усилением тревоги и страха, может сохраняться режим симпатии. Видимая бесчувственность может оборачиваться переживанием непризнанного стыда и пр.


Но, как ни назови современную эмоциональную культуру, она в любом случае характеризуется экспансией чувств в публичную сферу. Из приватной жизни переживания транслируются в общее публичное пространство. Это наглядно видно в социальных медиа, где демонстрируются и обсуждаются, казалось бы, глубоко личные чувства.


Другой явный процесс в сфере эмоциональной культуры — рационализация переживаний. С одной стороны, она позволяет больше узнать о человеческих переживаниях — с тем, чтобы управлять ими. Без такого контроля сложно жить в современном обществе. С другой стороны, чрезмерная рефлексивность в отношении чувств вызывает ностальгию по непосредственным эмоциям, их свободному выражению.


В науке «эмоциональный поворот» случился довольно давно, хотя и оставался подспудным. Уже классики социологии описывали жизнь общества через ее эмоциональный фон, доказывали, что эмоции тесно связаны с социальной структурой. Так, немецкий философ и социолог Георг Зиммель стремился показать, что контроль над чувствами стал ценностью и необходимостью в условиях большого города. Его американский коллега Толкотт Парсонс описывает идеологию светского «инструментального активизма», в соответствии с которой эмоциональные состояния подчинены рациональности и служат ее подкреплением.


Каждой социальной группе свойственно разделять те или иные эмоции. Это позволяет говорить об эмоциональном климате объединения, который оказывается фактором групповой динамики. Исследователи даже говорят об эмоциональных сообществах, объединенных групповыми felling rules. Автор такой концепции, американский историк-медиевист Барбара Розенвейн отмечает, что это «те же самые сообщества, что и социальные: семьи, кварталы, парламенты, цехи, монастыри, церковные приходы». Но, изучая их, исследователь ищет прежде всего системы чувств. Важно, что эти общины определяют как значимое для себя, как они оценивают переживания других и каковы модусы выражения эмоций.

Автор текста: Соболевская Ольга Вадимовна, 20 марта