• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Краш-тест для управления наукой

Уроки пандемии и будущее научно-технологической политики

ИЛЛЮСТРАЦИИ, ГРАФИКИ И ИНФОГРАФИКА ДАРЬИ ДЕЛОНЕ

Наука сыграла важнейшую роль в борьбе с COVID-19, но как выжила сама, и чем ей помогло государство? Пик испытаний позади — пора оценить сделанное и стратегически переосмыслить управление научной сферой. Ситуацию изучили в Институте статистических исследований и экономики знаний (ИСИЭЗ) НИУ ВШЭ. Доклад «Научно-технологическая политика России в условиях постпандемии: поиск новых решений» представлен на XXII Апрельской международной научной конференции, организованной совместно НИУ ВШЭ и Сбером.

Ставка на быстрые результаты

В большинстве стран сектор исследований и разработок (ИР) не был отнесён к максимально пострадавшим от пандемии и нуждающимся в незамедлительной господдержке. С другой стороны, именно с наукой и её результатами связаны первоочередные надежды на успех в противостоянии COVID-19.

В связи с этим фокус усилий государств сместился в сторону поддержки исследований, позволяющих быстро снижать текущий ущерб. Во многих странах сняли либо ослабили административные барьеры, более гибкими стали сроки выполнения работ, ускорились и подешевели патентные процедуры.

Для продвижения критически важных технологий и инноваций изменились инструменты финансирования ИР, были расширены возможности получения грантов, льготных кредитов, займов, субсидий.

Что сделано? Примеры стран

Канада

Центр Меркатус при Университете Джорджа Мейсона разработал специальную линейку «быстрых грантов» для представителей академических учреждений, выполняющих шестимесячные проекты по противодействию пандемии COVID-19. Размер гранта — 10–500 тыс. канадских долларов (0,6–29 млн руб.). Решения о поддержке проекта принимались в течение 48 часов.

Ирландия

Правительством поддержаны конкурсы проектов сроком не более 14 месяцев, направленных на получение широкого спектра результатов, включая разработку устойчивого к коронавирусу пластика, а также способов минимизировать повреждения кожи при ношении средств индивидуальной защиты. Размер гранта — 35–300 тыс. евро (3,2–27 млн руб.).

Венгрия

Пострадавшие от эпидемии негосударственные организации, имеющие в штате исследователей, получили право на субсидию для оплаты труда этой категории сотрудников. Объём субсидии определялся исходя из максимальной суммы месячных выплат на одного исследователя в размере 318 920 форинтов (порядка 80 тыс. руб.).

Польша

Национальное агентство по академическим обменам запустило программу NAWA Chair с целью привлечения в страну ведущих специалистов в области гуманитарных и общественных наук. В программе могут принять участие вузы и исследовательские организации. Максимальный размер гранта — 3 млн злотых (около 60 млн руб.), из которых оплачиваются зарплаты приглашённого учёного и участников исследовательской группы.

Австрия

Продолжились конкурсы по пилотной программе «1000 идей» Австрийского научного фонда для стимулирования нестандартного мышления и поддержки высокорисковых исследований на ранних этапах. Организации могут подавать заявки на гранты до 150 тыс. евро (около 13,5 млн руб.) сроком до двух лет от лица своих действующих или потенциальных сотрудников, предлагающих прорывные проекты.

А что в России?

Российская политика в сфере науки и технологий в 2020 году в целом реализовывалась по ранее разработанным стратегическим документам и планам. Так, несмотря на пандемию, в рамках национального проекта «Наука» были созданы:

 10 научно-образовательных центров мирового уровня (пять — в 2019 году и ещё пять — в декабре 2020);

 17 научных центров мирового уровня, включая четыре международных математических, три — геномных и 10 центров по приоритетам научно-технологического развития, в том числе — впервые в отечественной науке — центр в области социальных и гуманитарных наук (на базе консорциума НИУ ВШЭ, РАНХиГС, МГИМО и Института этнографии и антропологии РАН).

Хотя науку официально не включили в Общенациональный план действий по антикризисной поддержке населения и экономики, из резервного фонда было выделено 15,8 млрд руб. на субсидии федеральным учреждениям, осуществляющим образовательную, научную и медицинскую деятельность.

Ряд научно-технологических инициатив вошёл в перечень крупных проектов с государственным участием. В частности, запланировано строительство многофункционального технологического кластера «Образцово» и установки класса «мегасайенс» Центра коллективного пользования «Сибирский кольцевой источник фотонов» (ЦКП «СКИФ»).

Для развития и расширения завершившегося Проекта 5-100 Минобрнауки инициировало разработку программы по поддержке вузов «Приоритет-2030» со сроком реализации 10 лет и объёмом финансирования не менее 52 млрд рублей в 2021-2024 годах .

Для достижения долгосрочной цели вхождения России в число десяти ведущих стран по объему ИР, в том числе за счёт создания эффективной системы высшего образования, разработан нацпроект «Наука и университеты».

Наука вернулась в политическую повестку на самом высоком уровне: указом президента закреплено решение о создании при Правительстве РФ постоянно действующей комиссии по научно-технологическому развитию. Этим же указом на Правительство возложены функции по формированию и утверждению важнейших инновационных проектов и научно-технических программ.

Успехи и противоречия

Несмотря на проблемы, затронувшие все страны, негативные эффекты пандемии для сферы науки, по сравнению с другими секторами, оказались минимальными.

Однако оптимизм справедлив только для текущей ситуации. В долгосрочной перспективе прогресс отрасли требует более устойчивых к внешнему и внутреннему воздействию решений с учётом национальных особенностей и специфики научной сферы.

Состояние российской науки противоречиво. С одной стороны, страна входит в группу ведущих держав по масштабам научно-технологического потенциала. С другой, лидерство проявляется преимущественно в отношении имеющихся ресурсов, а по результативности для экономики и общества научные успехи не столь заметны.

Вдвое за 10 лет выросла цитируемость российских публикаций, но она остается ниже общемирового уровня: доля высокоцитируемых работ в общем числе публикаций авторов из России не превышает 0,36%.

Не удается существенно улучшить ситуацию с патентованием. По числу патентных заявок, поданных резидентами страны, Россия занимает 12-е место в глобальном рейтинге: 29,3 тыс., снижение на две позиции с 2010 года.


В отечественной науке сейчас занято втрое меньше работников, чем в 1990-х годах. Численность занятых неуклонно сокращается — в среднем на 1,5% ежегодно.

Развитию кадрового потенциала мешают многолетние хронические барьеры. Один из ключевых — недостаточный размер зарплаты учёных, которую так и не удалось довести до глобально конкурентоспособного уровня.

Академическая карьера не слишком привлекательна для молодежи. В 2019 году своё будущее с наукой связали лишь 1,2% выпускников вузов. Аспирантура практически утратила роль института подготовки высококвалифицированных кадров для науки.

Расходы на науку растут, но недостаточными темпами для преодоления многолетнего недофинансирования. В 2019 году объём внутренних затрат на исследования и разработки (ВЗИР) оценивался в 1134,8 млрд рублей — почти в 15 раз больше, чем в 2000-м, но всё равно составил лишь 61,2% от уровня 1990 года.

Влияние науки на экономическое развитие сдерживается низкой инновационной активностью бизнеса. Его интерес к взаимодействию с исследовательскими организациями небольшой.

Уровень общественного признания науки, наоборот, высок: около 70% граждан в возрасте 18–65 лет отмечают преимущественно положительные эффекты её развития. При этом личный интерес россиян к научным достижениям незначителен: 54% уверены, что достаточно иметь общее представление об актуальной научной повестке, а владение полной информацией — удел специалистов.

Постпандемические риски

Накопленные проблемы, усиленные коронакризисом, увеличивают риски для науки в постпандемический период. Риск номер один — вероятное сокращение и без того недостаточных финансовых ресурсов. Объёмы расходов на гражданскую науку из федеральной казны в 2022-23 годах снизятся на 7,2 и 4,1% соответственно.

Отсутствие стимулирующих мер способно привести, примерно, к 20%-му сокращению объема ВЗИР. Это обернётся необратимыми последствиями, достичь поставленной цели по обеспечению присутствия России в десятке ведущих научных держав вряд ли удастся.

Ещё одна группа угроз — в расхождениях между научной и технологической специализацией России и ведущих стран. С учётом состояния отечественной науки, вероятно, возрастут риски сохранения малоперспективных научных направлений и запаздывания в выявлении прорывных областей.

Эти и другие причины могут привести к снижению конкурентоспособности российской науки. Опасность утраты научной идентичности, превращения России в научно-технологическую периферию, кадрового «донора» для мировой науки, вполне реальна.

На пути к новой политике

Для достижения «больших целей» нужны современные инструменты научно-технологической политики. Её переформатирование планируется в рамках разрабатываемой Правительством РФ долгосрочной Стратегии социально-экономического развития до 2030 года. В основе документа — проектный подход к управлению. Проекты предусматривают «быстрые победы» (в течение текущего года), решение больших межведомственных (до 2023 года) и долгосрочных (до 2030 года) стратегических задач с приоритетом по прорывным инициативам.

Сейчас в рамках проекта Стратегии обсуждается ряд предложений — от совершенствования финансирования и поддержки занятости до формирования доказательной базы для разработки и оценки эффективности мер научно-технологической политики. Среди них следующие:

Актуализация системы приоритетов научно-технологического развития

В чём проблема? В России нет механизмов своевременного выявления приоритетов ИР и реальных центров компетенций по передовым областям знаний, что не позволяет фокусировать финансовые ресурсы на наиболее перспективных исследованиях.

Что делать? Оперативно разработать и внедрить современные механизмы приоритезации направлений научно-технологического развития, включая непрерывный цикл прогнозных работ. Ядром системы должна стать разработка Прогноза научно-технологического развития РФ до 2050 года и дорожных карт по перспективным направлениям такого развития.

Рефокусировка механизмов финансовой поддержки науки на долгосрочные форматы

В чём проблема? Действующие правила финансирования ИР, определенные циклами бюджетного планирования, снижают конкурентоспособность российской науки в мире, сдерживают возможности получения прорывных научных результатов.

Что делать? Обеспечить устойчивость финансирования ИР. Один из эффективных способов — запуск программ исследований в рамках госзаданий вузов и научных организаций с непрерывным финансированием на срок не менее шести лет. Целесообразно расширить линейку долгосрочных грантов РНФ (от четырёх лет).

Налоговый манёвр в науке

В чём проблема? Наука недостаточно инвестиционно привлекательна, масштабы её поддержки из внебюджетных источников небольшие.

Что делать? Радикально изменить структуру финансирования исследований и разработок в пользу средств предпринимательского сектора. Для этого внедрить налоговые стимулы для организаций, выполняющих ИР. Например, освободить от НДС все типы НИОКР, снизить тарифы страховых взносов для научных сотрудников и т.д.

Повышение привлекательности научной карьеры

В чём проблема? Несмотря на реализуемые меры (по улучшению действующей системы аспирантуры, выделению исследовательских грантов, внедрению новых механизмов поддержки учёных), их эффекты пока малозаметны.

Что делать? Один из вариантов — целевое бюджетное софинансирование фонда оплаты труда ведущих учёных и перспективной молодёжи: для исследователей, конкурентоспособных на мировом рынке труда — до 50% для Москвы и Санкт-Петербурга и 70% для регионов; для российских и зарубежных постдоков — до 65% для Москвы и Санкт-Петербурга и 85% для регионов.

Для проведения радикальной реформы в области системы подготовки научных кадров высшей квалификации предлагается новый трек (схожий формат практиковался ещё в СССР) — исследовательская магистратура и аспирантура. А для продвижения результатов исследований и ведущих российских научных журналов в международном пространстве — создание национальной платформы с открытым доступом к изданиям и удобной системой поиска. Ну и, наконец, для научно-технологической политики в целом — многоступенчатая система её оценки. Во многих странах такая оценка давно стала стандартной процедурой, расходы на нее бюджетируются на стадии разработки конкретных мер или программ.

В РФ ничего подобного пока нет. В рамках проекта «Делаем науку в России» прорабатывается запуск Национального индекса делового климата в сфере науки и технологий (Doing Science). Предполагается, что он станет инструментом обратной связи для оценки эффективности действий государства. Пилотное исследование в контексте создания индекса было реализовано ИСИЭЗ НИУ ВШЭ по заказу Минобрнауки в 2018 году.
IQ
 

Материал подготовлен по докладу ИСИЭЗ НИУ ВШЭ «Научно-технологическая политика России в условиях постпандемии: поиск новых решений». Научный редактор доклада — Л. Гохберг, авторский коллектив: С. Бредихин, В. Власова, М. Гершман, Л. Гохберг, С. Заиченко, Г. Китова, М. Коцемир, Т. Кузнецова, В. Полякова, Е. Стрельцова, В. Рудь.

Автор текста: Салтанова Светлана Васильевна, 21 апреля