• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Недосягаемые

Особенности жизни в изолированных поселениях

©ISTOCK

В России немало труднодоступных деревень и сел, сообщение с которыми ограничивается редкими и дорогостоящими полетами малой авиации или сезонным водным транспортом. Еще больше населенных пунктов, связанных с «большой землей» лишь некруглогодичными дорогами. Территориальная изолированность от внешнего мира, а также недосягаемость со стороны контролирующих органов власти формирует в таких местах совершенно особый уклад. Местные жители отличаются высокой взаимовыручкой, доверием друг к другу и сплоченностью, а также умением зарабатывать на жизнь в условиях дефицита рабочих мест, невыгодности оформления социального пособия по безработице и бесперспективности ведения собственного бизнеса.

Артемий Позаненко, аналитик Проектно-учебной лаборатории муниципального управления НИУ ВШЭ исследовал 15 изолированных поселений в пяти регионах европейской части России. На основе наблюдения и глубинных интервью с 85 местными жителями и четырьмя сотрудниками администраций сельских поселений исследователь описал демографические особенности сообществ, их стратегии по получению средств к существованию и образ жизни в условиях пространственной изоляции.

В качестве изолированных поселений рассматривались те деревни, села и поселки в Карелии, Республике Коми, Архангельской, Костромской и Мурманской областях, из которых проблематично добраться даже до районного центра. Кроме того, исключались места, куда можно круглогодично и ежедневно доехать на личном или общественном транспорте. В исследование не вошли также военные городки, вахтовые поселки при месторождениях, кордоны в заповедниках и прочие ведомственные объекты, существование которых зависит от политики организаций, в структуру которых они входят. Численность рассмотренных поселений составляла от 17 человек до 400 жителей. В этноконфессиональном отношении значимые различия между ними отсутствовали.

Моложе и роднее

Многие из поселений, вошедших в исследование, по своему половозрастному составу схожи с обычными нечерноземными сельскими сообществами. Это значит, что большинство жителей составляют пенсионеры, чуть меньше — люди в трудоспособном возрасте и совсем мало или вообще нет детей. Однако в нескольких населенных пунктах автор исследования отмечает низкий средний возраст жителей. Так, в одном из мурманских сел с населением в 400 человек примерно 70 — дети. В костромском поселке наблюдалось преобладание людей в трудоспособном возрасте. Также исследователь отметил, что по мере удаления населенного пункта от районного центра процессы депопуляции и старения замедляются.

В летний сезон количество жителей незначительно увеличивается. Это переехавшие в город родственники посещают родные места. Дачников в изолированных поселениях встретить сложно. Транспортная специфика делает такие места непривлекательными для сезонного огородничества.

Кроме того, замкнутость сообщества обусловлена тем, что большинство жителей поселения приходится друг другу родственниками. В дореволюционной России церковь следила, чтобы не было кровосмешения. В советское время контроля не было, но был приток новых людей для работы на местных предприятиях. В наши дни нет ни того, ни другого, поэтому встречаются семьи, образованные троюродными и даже двоюродными братьями и сестрами.

Безработные, но обеспеченные

В основном в изолированных поселениях официально можно трудоустроиться только продавцом, почтальоном, фельдшером или директором (и, как правило, единственным сотрудником) дома культуры. При этом есть деревни, где нет ни одного из перечисленных работников, а где-то встречается только кто-нибудь один.

Из 15 исследуемых поселений, только в двух имелись крупные внебюджетные работодатели: сельскохозяйственный и оленеводческий кооперативы в селах, расположенных в Коми и Мурманской области, соответственно.

Несмотря на то, что в большинстве сел наблюдается недостаток официальных рабочих мест, на биржу труда местные жители предпочитают не вставать. Это связано с тем, что стоимость поездки в районный центр дважды в месяц, чтобы отметиться для подтверждения поиска работы, обходится дороже, чем размер пособия по безработице.

Открывать собственное дело там тоже нерационально. Сказывается дороговизна ведения самого бизнеса, учитывая бюрократическую необходимость регулярно ездить в райцентр, а также трудности сбыта готовой продукции.

Таким образом, большинство трудоспособного населения занято в теневом секторе экономики, причем люди как сами организуют бизнес, так и устраиваются по найму. Среди самых распространенных способов заработка — сбор дикоросов и последующая их сдача или переработка, содержание магазина, пилорамы, гостевого дома для туристов-экстремалов.

В Мурманской области в нескольких сотнях километров от изолированного поселения находятся турбазы, ориентированные на иностранцев и жителей мегаполисов, малознакомых с дикой природой. Там селяни подрабатывают сторожами и снабженцами.

В основном местные жители добывают средства на существование путем комбинирования разных источников дохода. Это может быть продажа дикоросов, рыбы, банных веников, одежды, связанной из шерсти собственных овец, а также разовая подработка по найму. По словам информантов, за сезон при интенсивном сборе грибов и ягод семье даже из двух человек удается заработать пару сотен тысяч рублей. При учете отсутствия коммунальных и транспортных платежей, а также продовольственного самообеспечения, этих денег хватает на весь год. Рыболовство и охотничество здесь больше ориентированы не на продажу, а на потребности собственной семьи.

Как отмечает автор исследования, уровень заработков и самообеспеченность жителей продуктами питания, дровами и стройматериалами позволяет им поддерживать вполне небедный образ жизни. А возможность при этом самостоятельно распоряжаться своим временем демотивирует устраиваться на постоянную официальную работу. «Никто нигде не работает, и у каждого по две машины стоят во дворе», — говорит один из информантов исследования.

Образ жизни

Обеспечение себя продуктами питания за счет огородничества, собирательства, рыбалки и охоты сказывается на рационе местных жителей. Они потребляют больше мяса и рыбы, меньше фруктов и овощей. На их столе можно встретить экзотические для городского жителя яйца диких птиц (чаек, гак), дичи (лосятины, кабанятины, оленины) и рыбы (пинагоров). Покупных продуктов на столе меньше, чем в неизолированных деревнях.

Завоз в магазины осуществляется нечасто: раз в 1-3 недели. Если село отрезано водой, то в период ледохода и ледостава магазины и вовсе могут не пополняться по месяцу и более. Выбор на прилавке обычно скудный, при этом за счет небольшого объема и дороговизны доставки (особенно если товары доставляются вертолетом) цены на товары сильно выше, чем в городе. В результате селяне по возможности стараются самостоятельно завозить необходимое из города.

В большинстве домов есть оружие, хотя официально оно, как правило, не оформлено. Участковые не обращают на это внимание, так как понимают, что наедине с природой без ружья не выжить.

В изолированных поселениях на Севере практическая каждая семья на берегу реки имеет специальную избушку, используемую в качестве базы во время рыбалки, охоты и собирательства. Избушка предназначена для ночлега. В ней обычно есть какой-то запас провианта, дрова, спички — все необходимое. Закрывать на замок эти домики не принято. Считается, они должны быть доступны для любого путника. Местные жители исходят из того, что чужих людей здесь быть не может, а свои не украдут.

Практически в каждой семье, живущей в изолированном поселении, есть подсобное хозяйство. Скотину содержат разную в зависимости от того, необходим ли ей для пропитания специальный корм и возможно ли его где-то поблизости купить.

Общественного транспорта в поселениях нет, но практически каждое домохозяйство имеет машины высокой проходимости — УАЗ или «Ниву». Случается, что добраться до нужного места людям помогают почтовые авто или прилетающий на турбазу вертолет.

Мобильной связи во многих поселениях нет. Также редко встречаются стационарные телефоны в домах. Почти в каждом поселке установлен таксофон, однако он не всегда работает, и трудно купить для него карточку. Несмотря на это, в каждом доме есть телевизор и весьма распространен интернет — он работает через спутниковую тарелку. Так что об информационной изоляции говорить не приходится.

Сплоченные и самодостаточные

В пространственно изолированных поселениях принято доверять и помогать друг другу. Денежные отношения практически исключены. Люди не закрывают дома на замки и не огораживают свою территорию забором, если только символическим.

Особо люмпенизированных алкоголиков среди селян не наблюдается. Если и встречаются, то это редкие единицы, живущие на пенсию своих родителей. Тем не менее нельзя сказать, что они становятся изгоями сообщества. К ним относятся снисходительно и даже стараются предлагать какую-то подработку.

Одиноких пожилых людей здесь также не принято оставлять на произвол судьбы. Обычно им оказывается безвозмездная помощь.

Высокая самоорганизация свойственна изолированным сообществам. Так, они самостоятельно без надежды на органы власти поддерживают дороги, решают вопросы уборки территории, укрепления берегов реки, ремонта колодцев, расчистки просек под ЛЭП и т.д.

Сплоченность населения наблюдается и по отношению к внешним угрозам. В основном представители контролирующих органов власти до изолированных деревень не добираются. Однако, учитывая формально нелегальный, браконьерский, способ добычи пропитания, в случае рейда рыбнадзора или другого ведомства в селе принято друг друга предупреждать об опасности.

Автор исследования считает, что пространственная изоляция положительно сказывается на самоорганизации селян и их сплоченности. Местные жители привыкли самостоятельно справляться со всеми проблемами и, в том числе, обходиться без официальной медицины. Максимум на что они могут рассчитывать, это фельдшерско-акушерский пункт.

Единственное, что действительно может служить угрозой их самодостаточности, это закрытие местной школы. Организовать домашнее обучение детей здесь не получается, а отправлять ребенка в интернат в ближайшем райцентре или к родственникам в город не все решаются.

По словам информантов, недосягаемость поселений для сторонних людей здесь воспринимается как благо. Это позволяет вести устраивающий их образ жизни и ощущать полную свободу. Кроме того, местные жители очень дорожат общинными отношениями, которые гарантируют взаимопомощь и доверие. Желающих переехать в город немного. В основном они встречаются среди женщин. Мужчины же не представляют своей жизни без леса и реки. Целыми семьями из поселка уезжают редко. Среди детей есть такие, которые после получения образования, вернулись обратно.

IQ
Автор исследования:
Артемий Позаненко, аналитик Проектно-учебной лаборатории муниципального управления НИУ ВШЭ
Автор текста: Тарасова Алёна Юрьевна, 29 октября