• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта


Работа на миллион

Что такое массовые профессии и есть ли у них будущее
17 октября


Acculturation preferences, ethnic and religious identification and the socio-economic adaptation of Russian-speaking immigrants in Belgium

This study tests a model of the socio-economic adaptation of Russian-speaking immigrants in Belgium. It examines the roles of language skills and length of stay in Belgium, and of ethnic and religious identification in their acculturation preferences in their adaptation. The study showed that language skills were positively related to preferences for integration and assimilation, while length of stay was negatively related to separation. In turn, integration and assimilation predicted higher socio-economic adaptation, and separation predicted lower adaptation. Ethnic and religious identification also played a role. In sum, more orientation toward the host society (integration and assimilation) promoted better adaptation.

Journal of Intercultural Communication Research. 2017. Vol. 46. No. 6. P. 537-557.

A Comparison of Russian Practices in Industrial Statistics with UN Recommendations: Similarities and Differences in Classifications, Data Items and Indicators

Основной целью данной работы является сопоставление российской государственной информационной системы промышленности с международными рекомендациями статистического отдела UNIDO. Гармонизация национальной информационной системы с успешными мировыми статистическими практиками необходима для измерения уровня и динамики развития основных промышленных индикаторов относительно информационных аналогов как трансграничных, так и стратегически значимых государств, что позволяет оценить эффективность и конкурентоспособность российской промышленности и принимать оптимальные решения на всех уровнях управления в стране. Проведенное исследование показало, что значительное число ежегодных, ежеквартальных, ежемесячных и недельных форм отчетности Росстата при отсутствии единой формы-вопросника для получения от предприятия исчерпывающей информации и единых методологических рекомендаций не снимает проблемы недостающих сведений по сравнению с рекомендациями ООН. Нерешенной проблемой остается выбор минимальной статистической единицы. Уровень детализации доступной информации недостаточен для анализа качества и эффективности промышленной политики, в том числе в сопоставлении с общемировым уровнем и тенденциями реиндустриализации. Очевидна необходимость модернизации государственной статистической системы не только в направлении снижения нагрузки на отчитывающиеся предприятия, но и с целью повышения открытости и сопоставимости информации на детализированном уровне, позволяющей проводить оценку качества и эффективности промышленной политики в стране в целом и региональном разрезе. … 
Science, Technology and Innovation. WP BRP. Высшая школа экономики, 2017. No. 72.
7 марта 2017

Agenda-Setting in Russian Media

The purpose of this study is to test the agenda-setting theory, according to which the media has a significant impact on what people consider to be important events. We compare the results of the Levada Center surveys on the most memorable events of the month with the number of publications on these issues in the press. We focused on the period from January 2014 to December 2016. A total of 884 events were analyzed in the article. The results of the study confirm the impact of discussions in the media on people's attention to the problem. The results also show that the discussions in the media one week before the date of polling are more important than the issues covered over the entire month. People better remember those events which took place shortly before the polling, as well as the events the discussion of which intensified during this period. It is also important to note the role of regional publications in the sensitization of the public to various issues. The issues covered by the national newspapers and news agencies, but ignored by the regional press, are much worse remembered by the population. The results of the study are controlled for background of the discussion: the presence of important events in each relevant month, which monopolized the public attention, is taken into account. … 
Political Science. PS. Высшая школа экономики, 2017. No. WP BRP 49/PS/2017.

Age-specific net migration patterns in the municipal formations of Russia

This paper analyses the spatial patterns of internal migration in Russia using data on net migration gain/loss in 2200 municipal formations (MFs) in Russia for the 2012–2013 period. These MFs are grouped into age categories that correspond with different life-course stages. We define 16 classes of MFs with similar migration balance patterns for multiple age groups and characterize the most typical classes. The results of our analysis show that age-specific migration patterns are determined by the spatial characteristics of MFs—in particular, a municipality’s localization in the centreperiphery system and the advantages of the geographic location (e.g., resort area, natural resources). We find that a city’s population size and administrative status are also important migration factors. In addition, we reveal differences in inter-regional and intra-regional migration and define their structural characteristics. An analysis of age-specific net migration contributes to our understanding of internal migration factors and allows us to assess the impact of migration on a municipality’s age structure. In large cities and regional centres, migration results in younger populations, while in peripheral areas, it speeds up population ageing. In most of the MFs that we analysed, the migration of youth and adults ‘moves’ in opposite directions. This factor accelerates the impact of migration on the population age structure in areas of destination and origin and significantly influences a municipality’s current and prospective demographic parameters as well as the population’s patterns of settlement and spatial concentration or de-concentration both nationally and regionally.

GeoJournal. 2017.

A History for the Centenary of the Russian Revolution (Review of Russia in Revolution: An Empire in Crisis, 1890 to 1928 by S. A. Smith)

This review essay focuses on the new monograph by S. A. Smith Russia in Revolution: An Empire in Crisis, 1890 to 1928 (Oxford, Oxford University Press, 2017). As a leading expert in the social history of the Russian Revolution of 1917, Smith provides a comprehensive political, social, and cultural narrative of one of the central events in the global history of the twentieth century. Directed at a general readership, the book offers an excellent overview of existing Russian and Western scholarship, outlines the main course of events, introduces most important actors, and contains thought-provoking conclusions about the revolution. As seen from the title, Smith takes a longish view on the political rupture and includes a comprehensive analysis of social and political life of the Russian Empire, a brief overview of the First Russian Revolution (1905–1907) and the economic and political crisis of the First World War (1914–1918) before discussing the Russian Revolution of 1917, the Russian Civil War, and the period of the New Economic Policy (NEP). The book’s conclusion is a comprehensive essay attempting to comprehend the revolution and its consequences as a whole. As a nuanced social, political, and cultural history, Russia in Revolution: An Empire in Crisis, 1890 to 1928 outlines the Revolution of 1917 as a tectonic shift which cannot be reduced to a simple change of the elites in the Russian imperial formation. Smith’s brilliant work will be invaluable for the students of history, both in Russia and abroad, and all those who are interested in global history in general and the Russian Revolution in particular.

Sablin I.
Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 2. История. 2017. Vol. 62. No. 3. P. 638-644.

An Analysis of the Economic Determinants of Food Security in North Africa

Данная статья исследует проблемы продовольственной безопасности как основы устойчивого экономического развития на примере Северной Африки. Был проведен статистический анализ экономических и финансовых детерминант продовольственной безопасности с использованием моделей коинтеграции и данныхофициальной международной статистики Продовольственной и сельскохозяйственной организации (ФАО) и Всемирного банка на период 1991-2014 гг. Согласно результатам, рост численности населения и интенсификация сельскохозяйственного производства, развитие внешней торговли и прямые иностранные инвестиции играют решающую роль в обеспечении продовольственной безопасности. Исследование выявило взаимосвязь между продовольственной безопасностью и развитием банковских и финансовых систем в регионе и их степенью глобализации. Была оправдана стратегия долгосрочной инвестиционной политики Всемирного банка и ФАО по борьбе с голодом и нищетой. Предложенная методология может использоваться для мониторинга и оценки эффективности политики по обеспечению продовольственной безопасности в регионах Африки. … 
Basic research program. WP BRP. National research university Higher School of economics, 2017. No. 166/EC/2017.


Полина Колозариди "Как гаджеты превращают город в большую деревню"

10 апреля



Социология науки

Что представляет собой научное знание? Существуют ли социальные и культурные факторы, которые способствуют развитию науки? Какие институты содействуют или препятствуют этому развитию? Кто такие ученые? Почему возникают споры в науке? Рассматривая взаимосвязи между наукой и обществом, социологи науки ставят под сомнение сложившиеся представления об устройстве научного знания. Вопреки иногда завораживающему, иногда зловещему образу ученого, который в одиночку совершает открытия в своей лаборатории, сегодняшняя наука, как убедительно показывают социологи, является коллективным и зачастую международным предприятием. 
Книга адресована социологам, культурологам, философам и историкам науки.


Население России 2013: двадцать первый ежегодный демографический доклад

Двадцать первый выпуск серии ежегодных аналитических докладов Института демографии НИУ ВШЭ, которые регулярно публикуются с 1993 г.
Как и в предыдущих докладах, представлен углубленный анализ текущей демографической ситуации в России на фоне ее долговременной эволюции, исследуются новейшие тенденции и социально-экономические последствия основных демографических процессов — брачности, рождаемости, смертности, миграции, изменения численности и возрастной структуры населения страны. Анализ базируется на официальных данных Федеральной службы государственной статистики Российской Федерации (Росстата), международных организаций и национальных статистических служб зарубежных стран, собственных расчетных показателях, полученных с использованием этих данных, результатах специальных выборочных исследований, материалах научных публикаций.

Для исследователей, работающих в области демографии и смежных дисциплин, лиц, принимающих решения, сотрудников государственных органов всех уровней, преподавателей и учащихся высших и средних профессиональных учебных заведений.

В данной научной работе использованы результаты проекта «Анализ долговременных тенденций воспроизводства населения России и их социально-экономических последствий», выполненного в рамках программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2014 г.


Грамматика порядка: Историческая социология понятий, которые меняют нашу реальность. 2-е изд.

Книга социолога Александра Бикбова — это результат многолетнего изучения автором российского и советского общества, а также фундаментальное введение в историческую социологию понятий. Анализ масштабных социальных изменений соединяется здесь с детальным исследованием связей между понятиями из публичного словаря разных периодов. Автор проясняет устройство российского общества последних 20 лет, социальные взаимодействия и борьбу, которые разворачиваются вокруг понятий «средний класс», «демократия», «российская наука», «русская нация». Читатель также получает возможность ознакомиться с революционным научным подходом к изучению советского периода, воссоздающим неочевидные обстоятельства социальной и политической истории понятий «научно-технический прогресс», «всесторонне развитая личность», «социалистический гуманизм», «социальная проблема». Редкое в российских исследованиях внимание уделено роли академической экспертизы в придании смысла политическому режиму.

Исследование охватывает время от эпохи общественного подъема последней трети XIX в. до митингов протеста, начавшихся в 2011 г. Раскрытие сходств и различий в российской и европейской (прежде всего французской) социальной истории придает исследованию особую иллюстративность и глубину.

Книгу отличают теоретическая новизна, нетривиальные исследовательские приемы, ясность изложения и блестящая систематизация автором обширного фактического материала. Она встретит несомненный интерес у социологов и историков России и СССР, социальных лингвистов, философов, студентов и аспирантов, изучающих российское общество, а также у широкого круга образованных и критически мыслящих читателей.

Лауреат премии в области общественно-научной литературы и политической журналистики  «Общественная мысль» за 2013-2014 гг. в книжной номинации.

Презентация книги

• Журнал "Cahiers du Monde Russe" 56/4 2015
• Русская планета 25.05.2014
• Рабкор.ру  04.10.2014
• Эксперт 24.09.2014 … 

Власть в XXI столетии: беседы с Джоном А. Холлом

Майкл Манн принадлежит к числу наиболее влиятельных социологов нашего времени. Его четырехтомник «Источники социальной власти», последний том которого был завершен лишь недавно, изменил наши представления о власти и переписал историю человеческих обществ. Всякий, кто интересуется пониманием того, как сформировался современный мир, как мы пришли к тому, что имеем сегодня, и куда мы, скорее всего, двинемся дальше, не может позволить себе игнорировать эту современную классику. Эта небольшая и доступная книга, представляющая собой запись бесед с британским политическим социологом Джоном Холлом, служит идеальным введением в работы и идеи одного из наиболее оригинальных социологов XXI в.

Студенты и ученые сочтут эту книгу бесценной, а простые читатели увидят в ней ясный, проницательный и мастерский обзор ключевых вызовов, с которыми мы столкнемся в ближайшие годы и десятилетия.

Дополнительные материалы

Система социологических понятий в кратком изложении. Для учащихся старших классов и студентов младших курсов

Александр Александрович Сусоколов, Кирилл Валентинович Сорвин Москва: Русская панорама, 2002, cерия "Scientia vinces", 224 с. В книге представлены ключевые понятия современной социологии в системном изложении с учетом особенностей преподавания в школах и изложения предмета на начальных курсах высших учебных заведений. Ряд социологических категорий раскрыт на материале социально-экономических реалий российского общества в его исторической динамике. Курс апробирован в системе довузовской подготовки ГУ ВШЭ в 1998-2002 гг. Содержание книги соответствует разделам "Человек", "Общество", "Культура", "Социальные отношения", "Познание" школьного курса "Обществознание". Введение Еще несколько лет тому назад слова «социолог» и «социология» воспринимались без понимания, а, порой, даже настороженно. Сегодня социология прочно вошла в нашу жизнь. Мнения социологов-экспертов можно услышать с экрана телевизора, прочитать в газете, наконец, можно и самому оказаться участником опроса. И, все-таки, даже в наши дни найдется немного людей, чьи представления о работе социологов выходят за пределы образа занимающегося опросом интервьюера. (На самом деле, отождествлять социолога с интервьюером все равно, что не делать различия между экономистом и кассиром, пересчитывающим деньги).  Многие ли, например, знают, что социологи-профессионалы нужны не только в предвыборных баталиях, но без них просто не может функционировать современная рыночная экономика? Причем, работа социологов необходима не только на уровне определения государственной политики, но и на уровне даже небольших коммерческих фирм и банков. Каким образом, например, заранее предсказать спрос на какой-либо товар? Как провести рекламную кампанию нового продукта, что предпочесть – телевидение, газеты, или рекламные щиты, в каких районах данного города проводить кампанию наиболее активно, а на какие вообще не тратить ограниченные рекламные средства? Или, например, в какую сферу инвестировать банку имеющиеся него у него денежные средства? Если, скажем, в строительство жилья, то жилье какого типа будет пользоваться наибольшим спросом через два года, когда будет готов дом – дорогое элитное, или же недорогое, ориентированное на среднего потребителя? Эти, равно как и многие другие аспекты маркетинговых исследований рынка, могут быть выполнены лишь с использованием методов социологии.  Похожие примеры можно было бы привести практически из всех сфер жизни общества. Отсюда становится понятным, почему, согласно многим отечественным и зарубежным прогнозам, спрос на социологов-профессионалов в ближайшие годы будет неуклонно расти. Однако социология не только высокодоходная и престижная профессия, она – одна из самых интересных сфер человеческой деятельности. Рассказывают, что знаменитый Дейл Карнеги не уставал повторять своим ученикам: «Помните, самый интересный предмет для человека – это он сам». Социология дает возможность превратить реализацию этого интереса в свою профессию, ибо эта наука исследует человеческое поведение практически на всех уровнях его социальной организации. Разве не интересно, например, понять и объяснить причины, по которым рубеж двадцатого века, в течение которого люди полетели в космос, расщепили атом, создали компьютеры и открыли клонирование, оказался ознаменован вспышками религиозных и этнических воин – явлениями, которые всегда раньше ассоциировались с невежественными и мракобесными эпохами? И почему, например, в последние годы во многих регионах мира фиксируется возрастание роли религии? А что будет происходить в ближайшие годы с семьей, к чему приведет глобализация мира, будут ли и далее укрепляться позиции науки, или, напротив, она уже скоро будет вытеснена другими формами познания? Объясняя все это, социолог оказывается на стыке самых разных наук и дисциплин – от философии и даже метафизики, до социальной психологии, политологии и даже географии.  Однако знание социологии необходимо не только будущим профессионалам. Практически вся жизнь человека проходит в обществе, и, в конечном счете, от его отношений с окружающим социальным миром зависит и его профессиональный успех, и личное счастье, да и вообще практически все. Но умеем ли мы взаимодействовать с этим миром? Знаем ли мы, как необходимо вести себя в тех или иных ситуациях, как их предвидеть, формировать, или, напротив, как их избегать? Разве редко бывают случаи, когда, казалось бы, совершенно мирная ситуация в трудовом коллективе, в семье, или дружеской кампании буквально взрывается конфликтом? Один социолог как-то удачно сравнил окружающий человека социальный мир с электрической розеткой, неумелое обращение с которой может привести к удару электрическим током, а умелое позволит приготовить еду, обогреть и осветить дом, запустить работу компьютера и т.д. Но не странной ли, в таком случае, выглядит ситуация, когда люди знают больше о свойствах электрического тока, чем о законах социального мира, который окружает его повсюду? Именно поэтому, социология сегодня стала не только неотъемлемым элементом высшего образования, но, медленно, но верно, приходит в колледжи, техникумы, и даже школы. Естественно, что это процесс предполагает появление разнообразных учебников и учебных пособий, которые уже несколько лет прочно заняли свою нишу на российском книжном рынке. В чем же специфика предлагаемого пособия, какие цели, в первую очередь, ставили перед собой его авторы, чем оно отличается от того, что уже есть?  Первое, к чему должны быть готовы наши читатели – к встрече с разнообразными, порой даже противоречивыми точками зрения. Их изложение – вовсе не прихоть авторов, а неизбежность, связанная со спецификой современных социальных наук. В отличие, скажем, от физики, в которой существуют положения, признаваемые практически всеми современными представителями этой дисциплины (например, истинность законов Ньютона при малых скоростях и достаточно больших размерах), для общественных наук характерно отсутствие такого единства взглядов даже в отношении многих базовых принципов. И особенно ярко это выражено как раз в социологии, в которой существует несколько магистральных направлений, базирующихся во многом на противоположных принципах и постулатах. Поэтому, в отличие от той же физики, социологию нельзя изложить в виде набора готовых и бесспорных формул и правил, и, даже имея собственную позицию, авторы должны показывать столкновение самых разных точек зрения.  Однако множество точек зрения и подходов отнюдь не исключает точности и строгости принятых в науке понятий и определений. Напротив, именно в этой ситуации они особенно важны – в противном случае, дискуссия по действительно содержательному вопросу вполне может выродиться в бесплодный спор о словах. Определения – это важнейший инструмент не только социологии, но и любой науки вообще, особую же роль их точность и однозначность играет в учебном процессе, тем сегодня, когда в обучение все более входит тестовая форма контроля знаний. Однако именно этой однозначности и строгости понятий всего меньше можно встретить в современно учебной литературе по социологии. Это и понятно –указанный выше плюрализм точек зрения делает задачу их выделения особенно непростой.  Однако, с точки зрения авторов, решить ее можно двумя способами, которые и были реализованы в данном пособии. Во-первых, по возможности, ориентация делалась на классические определения понятий, относительно которых у большинства специалистов в настоящее время есть консенсус. При этом многие из них брались непосредственно в том виде, как они были сформулированы классиками социологической науки. Во-вторых, и это даже важнее, поскольку определения имеют свой смысл не сами по себе, а лишь в рамках определенной системы, в настоящем пособии особое внимание было уделено формированию именно строгой системности курса. Что же это значит – системность курса?  Возьмем, к примеру, такую науку, как география. Отнюдь не обязательно для понимания особенностей ландшафта, скажем, Северной Америки, знать ландшафт Африки, и наоборот. Совсем другую ситуацию мы наблюдаем в геометрии, где нельзя доказать терему Пифагора без знания аксиом, а теорему косинусов – без знания теоремы Пифагора. В такой науке, следовательно, последовательность тем и понятий имеет принципиальное значение. Не меньшее, если не большее значение, она имеет в социологии. В педагогике давно сложились хорошо отработанные правила и принципы введения понятий в ходе преподавания подобного рода наук.  Прежде всего, изложение курса необходимо начинать c наиболее простого, интуитивно понятного учащемуся и не требующего дополнительного объяснения понятия. Так, например, изложение евклидовой геометрии начинается с введения простейших всем понятных определений (точки движения и т.д.), и во всех последующих понятиях и теоремах используются лишь те правила и законы, смысл которых был уже раскрыт выше. Таким образом, каждая последующая ступень системы оказывается более богатой в содержательном отношении и отражает более сложные явления, чем предыдущее.  В социологии таким родовым понятием является понятие группы, с анализа которого и начинается данный курс. Все последующие категории социологии вводятся в данном пособии в качестве его развития и обогащения. Такой подход, с точки зрения авторов, должен не только значительно облегчить усвоение абитуриентами материала и сделать его наиболее привлекательным для логически мыслящих читателей, но, что принципиально, он соответствует реальной структуре современного социологического знания.  Однако системность курса важнейшая, но не единственная особенность данного пособия. Думается, не будет преувеличением сказать, что основные проблемы современного социологического образования в России связаны с практически полным отсутствием в наших учебниках специальных обращений к специфике отечественных социальных реалий. Ведь социология – не кабинетная наука. В ней, как и в естествознании, процесс познания всегда происходит через постоянное сопоставление гипотез с реальной жизнью, однако действительность действительности рознь. Например, общие законы внутригруппового взаимодействия и процессов (структура лидерства, ролевые конфликты и т.д.) будет одинаковы в США и в России. Но в этих странах совершенно по-разному будут выглядеть такие социальные реалии, как образование, религия, совершенно различной будет этническая, конфессиональная и территориальная структуры обществ и т.п. Но, к сожалению, читатели большинства отечественных учебников вынуждены довольствоваться либо изучением чисто абстрактных положений, либо обучаться социологии на американском материале. Учитывая это, авторы данного пособия целенаправленно старались развертывать и раскрывать социологические категории на материале истории России и социальных особенностях ее сегодняшнего дня. Наконец, последняя особенность пособия. Множественность точек зрения на общество, отсутствие единства взглядов даже на основополагающие принципы науки – все это возникло отнюдь не вчера, так что многие дискуссии социологов сегодняшних дней, на самом деле, являются отголосками споров, возникших в глубокой древности. Именно поэтому, в полноценном социологическом курсе обращение к основным этапам исторической эволюции социальной науки – не просто дань уважения мыслителям прошлого, но особый способ постижения современного состояния этой науки и ее сегодняшних проблем. Как говорится: «кому ведомо прошлое, тот владеет будущим». Поэтому в последних темах читатель встретится с кратким экскурсом в историю мировой социальной и социологической мысли, а также с обзором основных тенденция развития социологии в 20 столетии.  В заключение необходимо сказать о дидактических аспектах пособия. Будучи кратким и системным изложением основ социологической науки, оно, прежде всего, предназначается для людей, впервые преступающих к ее изучению – для школьников старших курсов, абитуриентов социологических факультетов, а также для студентов младших курсов. Поскольку в настоящее время все более распространенной становится тестовая форма контроля знаний, пособие снабжено образцами тестовых заданий, работа с которыми, хотелось бы надеяться, поможет читателям и в усвоении материала, и в подготовке к любым видам экзаменационных испытаний.  Раздел I. ЧЕЛОВЕК В СИСТЕМЕ СОЦИАЛЬНЫХ ОТНОШЕНИЙ Тема 1. Человек как продукт биологической, социальной и культурной эволюций   1.1. Специфика человеческой жизнедеятельности.  Разговор о любом предмете всегда полезно начать с четкого определения его сущности и его границ. Естественно поэтому начать изучение общества с четкого выявления наиболее принципиальных отличий человека от животного.  1.1.1. На первый взгляд, такое различение не должно вызвать серьезных затруднений. Действительно, согласно обыденному представлению, люди – это мыслящие существа, в отличие от животных, которые «думать не умеют». Специфика действий людей в таком случае состоит в том, что действия эти опосредованы неким размышлением. Однако за внешней очевидностью и простотой подобных утверждений, скрывается целый клубок весьма сложных и нетривиальных проблем.  Прежде всего – нестрогость и недоказуемость. Действительно, ведь никто не был ни пчелой, ни муравьем, ни обезьяной. Проникнуть «извне» в их внутренний мир мы не можем, поэтому, откуда же тогда может возникнуть уверенность, что действия этих существ не носят сознательного характера? Быть может, они думают, чувствуют, переживают, как мы, просто не могут сказать? А, может быть, и говорят, только их язык нам не понятен? Наверняка каждый из вас, хотя бы раз в жизни, задавал себе подобный вопрос. Не случайно, поэтому, что первые научные подходы к строгому определению специфики человека как мыслящего существа, исходили не из обращения к внутренним, на опыте ненаблюдаемым мотивам и причинам действий, а к внешним формам их проявлений. В чем принципиальное отличие характера действий разумных существ в отличие от действий существ неразумных? – именно так эта проблема впервые была поставлена великим французским мыслителем Р. Декартом (1596-1650).  1.1.2. Решая эту проблему, Декарт ввел хорошо известное современному читателю понятие о рефлексах (по более поздней классификации – безусловных рефлексах) как действиях, представляющих собой биологически запрограммированные реакции живых существ на внешние раздражители. Считая, что действия животных полностью исчерпываются системой врожденных рефлексов, он с полным правом смог заявить: все неразумные живые существа представляют собой очень сложные автоматические системы, в своем поведении способные лишь реализовывать набор стандартных, готовых схем.  В итоге, в рамках нового подхода, ученые должны были раз и навсегда распрощаться со всевозможными апелляциями к «жизненным силам», «бестелесной душе», и, в своем познании живой природы, опираться исключительно на законы строгой науки. Но самое главное – концепция Декарта позволяла с совершенно по-новому сформулировать критерии отличия характера жизнедеятельности животных от характера жизнедеятельности человека.  Действительно, если суть чисто животной деятельности состоит в реализации готовых схем реакции на внешнее воздействие, то с проявлениями разума, согласно Декарту, мы сталкиваемся там и тогда, где и когда живое существо начинает активно преобразовывать имеющиеся у него схемы поведения, всякий раз по-новому решая вопрос о способе своего ответа на уникальные ситуации, задаваемые окружающим его миром. А такую - созданную вновь в некоем творческом, а, значит, и свободном акте - схему поведения объяснить сугубо автоматическими действиями уже не удастся. «Но если бы сделать машины, - писал Декарт, - которые имели сходство с нашим телом и подражали бы нашим действиям, насколько это мыслимо, то у нас все же было бы два верных средства узнать, что это не настоящие люди. Во-первых, такая машина никогда не могла бы пользоваться словами или другими знаками, сочетая их так, как это делаем мы, чтобы сообщить другим свои мысли… Во- вторых, хотя такая машина многое могла бы делать так же хорошо и, возможно, даже лучше, чем мы, в другом она непременно оказалась бы несостоятельной, и обнаружилось бы, что она действует не сознательно, а лишь благодаря расположению своих органов.» (курсив наш - К.С.) . Таким образом, универсальность, способность мыслящего существа действовать не по шаблону, а для каждой новой ситуации находить адекватные именно ее природе схемы и формы поведения, другими словами, принципиально творческая природа любого мыслительного акта - вот что, по мнению Декарта, позволяет провести строго научное различие между поведением животных и поведением человека.  Концепция Декарта впервые позволила выделить важнейшую специфику жизнедеятельности человека – принципиальную невозможность объяснения ее способов и схем через раскрытие биологических механизмов их наследования и передачи. Человек, согласно Декарту, вовсе не обречен жить в соответствии с устройством своего организма, с расположением его органов и их специфической организацией – человек способен жить в соответствии с созданными им самим способами и схемами, и именно этот аспект делает его единственным существом, чье поведение в принципе нельзя объяснить, исходя из его индивидуального телесного устройства.  1.1.3. Однако предложенная Декартом концепция была лишь началом долгого пути к формированию строго научного представления о специфике жизнедеятельности человека, а, значит, и о принципах его научного познания. Уже современникам философа бросилась в глаза явная упрощенность большинства его утверждений. Да и каждого нашего читателя, наверное, не могли не удивить, если не покоробить, приведенные выше утверждения знаменитого француза. Неужели же верный пес, испустивший последний вздох на могиле хозяина, пожертвовал собой, повинуясь лишь бездушным, не знающим ни сострадания, ни сочувствия инстинктам? Уже в двадцатом веке все эти очевидные возражения получили строгое экспериментальное подтверждение, когда в ходе знаменитых опытов по измерению коэффициента интеллекта различных видов обезьян была установлена не только их способность к нешаблонному решению предложенных задач, но были обнаружены даже зачатки абстрактного мышления. Таким образом, найденный Декартом критерий позволял провести более-менее строгую границу лишь между высшими и низшими животными, тогда как вопрос относительно строго научного определения специфики жизнедеятельности человека оставался открытым. Тем не менее, дальнейший поиск шел в направлении, обозначенном именно этим мыслителем. Да, высшие животные, как и люди, способны к созданию новых поведенческих схем, но разве одинаковой оказывается дальнейшая судьба этих схем? Как было установлено в современных экспериментах, даже высшие обезьяны либо могут последовать непосредственно наблюдаемому примеру («стадная реакция»), либо воспринять или передать простейшую команду, описывающую конкретную ситуацию («опасность», «добыча» и т.д.), либо, наконец, могут развить посредством обучения у детенышей некие врожденные задатки. Но стоит исчезнуть ситуации, к которой непосредственно относилось сообщение, и подобная передача окажется принципиально невозможной, так что ни одно животное никогда не сможет сообщить другой особи то, что не наблюдается в данный момент. Именно поэтому в современной науке интеллект животных получил название ситуационного или ситуативного. Напротив, человек имеет возможность не просто сохранять найденные им (придуманные, сотворенные) оказавшиеся эффективными схемы и способы жизнедеятельности, но и передавать их (сообщать) другому человеку и даже другим поколениям, т.е. людям, с которыми у него не просто временно отсутствует непосредственная связь, но которых он не может увидеть в принципе. И именно эти, найденные предшествующими поколениями способы, схемы и средства жизнедеятельности, определяют практически весь образ жизни последующих поколений. В итоге человеческое общество оказывается уникальным образованием, в котором, в отличие от животного мира, ушедшие поколения отнюдь не исчезают полностью, а продолжают жить, правда весьма специфическим образом, в социальном (культурном) мире своих преемников. Эту уникальную черту человечества родоначальник социологии О. Конт выразил следующим знаменитым афоризмом «В обществе живые всегда управляются мертвыми». В современной социологии данная особенность человеческой жизнедеятельности получила название культурного или социального наследования. Культурным (социальным) наследованием называется способность человека без изменения своих биологических признаков передавать (и, соответственно, воспринимать) последующим поколениям найденные и созданные вновь эффективные способы и средства жизнедеятельности. Очевидно, что объяснить специфику жизни и общества, и человека без обращения культурному наследованию невозможно. Исследование механизмов последнего и составляет одну из важнейших задач социологии.  1.2. Специфика взаимодействия между людьми. Знак, символ, язык.  Однако для реализации этой специфической связи, во-первых, между людьми и, во-вторых, между разными поколениями, человечеству необходимо было выработать принципиально новые, по сравнению с животным миром, средства коммуникации. Тем самым мы подходим к обсуждению важнейшего вопроса наук о человеке – вопроса о природе и специфике человеческого языка и человеческого взаимодействия вообще, о принципиальных отличиях его от языка животных. Впрочем, уже сказанного достаточно, чтобы, по крайней мере в самых общих чертах дать ответ на данный вопрос.  1.2.1. Поскольку групповой образ жизни встречается не только у людей, но и у животных, между последними также должна существовать некая коммуникативная связь. Коммуникация - это процесс передачи информации от отправителя к получателю. Отправитель, цель которого заключается в том, чтобы оказать на получателя определенное воздействие, передает то или иное сообщение с помощью определенного кода. Основу любых коммуникаций, в том числе и в сообществах животных, составляет обмен знаками. Знак – это материальный предмет (звук, изображение), выступающий в качестве представителя некоторого другого предмета, свойства, отношения, и используемый для приобретения, хранения, переработки и передачи сообщений.  Самые простые знаковые системы информируют партнеров по контактам о физиологическом состоянии организма, то есть знаки непосредственно представляют каждого из участников контактов, и только. Когда, например, пёс метит столб, остающийся запах является знаком пса, и в определенный ситуациях информирует других собак о том, кто здесь был, какого он возраста, пола, роста, и т.д. К такого рода знаковому обмену способны практически все виды животных. Очевидно, что сохраняются они и у человека. Так, например, след ботинка является знаком прошедшего по снегу человека.  Более сложные знаковые системы, возникающие у более развитых животных, позволяют в процессе контактов не только передавать информацию о собственном физиологическом состоянии, но и о каких-либо "третьих" предметах, существах, которые важны для участников контакта. Например, крик птицы способен стать сигналом опасности, или, напротив, сигналом добычи. Это знаки гораздо более высокого уровня, ибо они утрачивают непосредственную связь с тем, что ими обозначается (ведь крик уже совсем не похож ни на врага, ни на добычу). Более того, как показали современные исследования, по крайней мере, высшие приматы способны к выработке знаков, обозначающих новые, ранее неизвестные их предшественникам предметы. Создание подобного рода знаковых систем является своеобразным пределом, который, да и то весьма редко, может быть достигнут в животном мире. В мире животных любой знак может обозначать лишь какой-то материальный предмет или ситуацию, непосредственно связанную с жизненными интересами данных (взаимодействующих) особей. Даже знаки высшего рода, о которых говорилось в предыдущем абзаце, в конечном счете, оказываются неразрывно связанными с конкретной, единичной ситуацией. Их восприятие может вызвать какое-то, генетически запрограммированное действие, но в животном мире знак никогда не может стать носителем новой схемы поведения – схемы, которая обладала бы самостоятельной ценностью и носила бы некий универсальный характер. На это способны лишь люди, ибо в их коммуникациях знаки впервые освобождаются от какой-либо привязки к конкретной, единичной ситуации. Именно благодаря этой особенности знаковых систем человека с помощью последних оказывается возможным культурное наследование.  1.2.2. Знаки, существующие исключительно в коммуникациях людей и реализующие собой культурное наследование, называются символами. Символами называются знаки, во-первых, физически никак не связанные с тем, что они обозначают, во-вторых, изображающие не единичный предмет, а, некие всеобщие свойства и отношения, в частности, схемы и способы поведения человека.  Таким образом, если способность к знаковому обмену существует уже у животных, то способность к обмену символами появляется лишь у человека. Причем символы, используемые им, в большинстве случаев функционируют не отдельно, а образуют собой целостную систему, законы которой задают правила их образования. Такие символические системы называются языковыми. В обыденной жизни язык, как правило, отождествляют с языком словесным, или с речью. На самом деле, словесный язык является важнейшим, но не единственным средством коммуникации, ибо существует множество других языковых систем. Например, хорошо известный каждому язык жестов, без которого принципиально невозможно полноценное человеческое общение.  1.3. Проблема антропогенеза. Взаимоотношение духовного и телесного, биологического и социального начал в человеке Язык, а, соответственно, и речь, свойственны лишь человеку. По мнению многих современных исследователей, устная речь является слишком эфемерным и неустойчивым носителем, чтобы осуществлять жизненно важную связь между поколениями. Поэтому, согласно одной из современных гипотез, именно возникновение письменной речи символизировало окончательное выделение человека из животного царства. И действительно, если практически все остальные особенности жизнедеятельности человека (изготовление простейших орудий, групповой образ жизни, наличие общения посредством звуков) мы, по крайней мере на зачаточном уровне, наблюдаем уже в мире животных, то никаких даже близких аналогов письменной речи в животных сообществах мы не наблюдаем. Другое дело, что подобная речь, по крайней мере, первоначально, могла выступать в весьма непривычном для наших сегодняшних представлений виде – в виде разрисованного и украшенного перьями идола или даже в вид скола на камне. Каким образом она возникла, что позволило нашему далекому предку в камне или куске дерева увидеть не просто материальное тело, интересное лишь своими физическими свойствами, а носителя своей (или чужой) мысли или чувства, позволило увидеть в нем средство обращения одного человека к другому – это и по сей день является одной из наиболее фундаментальных загадок антропогенеза.  Итак, в отличие от животных, для человека характерен не просто групповой образ жизни, и, следовательно, постоянные коммуникации людей друг с другом. Прежде всего для него характерно символически опосредованное взаимодействие (общение), причем в этом взаимодействии участвуют как ныне живущие, так и ушедшие поколения. И именно это взаимодействие, в конечном счете, определяет собой формы и способы жизнедеятельности (т.е. социальные, экономические, семейные, политические, религиозные и проч. отношения) человека. Вершина самостоятельности символа – когда его «материя», первоначально абсолютно ничем не связанная с означающим, начинает играть некую существенную роль. Ярчайший пример того – стихи.  Человек, естественно, не перестает быть биологическим существом – как все живое, он рождается и умирает, добывает себе пропитание, обустраивает свое жилище, оставляет после себя потомство. Однако рождается он не в норе, пропитание добывает не в лесу, и даже такой естественный процесс, как прием пищи, осуществляется им не с помощью чисто биологически унаследованных «орудий» – пальцев и кистей рук, а с помощью таких культурных предметов, как ложка, вилка, тарелка и т.д. Таким образом, в человеке мы должны констатировать некое единство биологической и социальной природы. Вопрос о соотношении в человеке этих двух начал и по сей день является весьма дискуссионным, так что представители различных социологических школ дали бы на него весьма разные, если не противоположные ответы. Так, с точки зрения социал-дарвинизма, такие факторы биологической жизни, как борьба за существование, естественный отбор и т.д., являются универсальными для любых сообществ живых существ, а, следовательно, определяют собой и жизнь человеческого общества. С позиций марксистской социологии, напротив, взаимная конкуренция и вражда между людьми, в конечном счете, порождаются вполне конкретными и исторически преходящими («отчужденными») социальными отношениями, поэтому, при определенном общественном устройстве, они могут исчезнуть. Согласно современным данным, многие, кажущиеся врожденными особенности человека, при более детальном рассмотрении оказываются, напротив, имеющими всецело социальное происхождение. Так, например, известный социолог Э. Дюркгейм показал, что даже такая, казалось бы, сугубо биологическая характеристика человека, как размер черепа, в среднем оказывается зависящей от социально-экономических особенностей общества, в котором он сформировался, в частности, от степени развитости в этом обществе разделения труда. Чем выше это разделение, тем, во-первых, в большей степени в этом обществе различаются размеры мужских и женских черепов, во-вторых, оказывается большим разброс в размерах черепов у представителей одного пола. Однако, верно и обратное: многое из того, что кажется чисто социальным явлением (структура лидерства в малых группах и проч.), по данным современной социобиологии, существует уже в сообществах животных. 1.4. Способность к созданию символов и, соответственно, к культурному наследованию, является важнейшим, но далеко не единственным отличием человека от животных. Создание новых поведенческих схем достаточно быстро исчерпало бы свою эффективность, не обладай человек способностью к созданию принципиально новых орудий деятельности или орудий труда. Именно благодаря орудиям труда и труду вообще человек окончательно выделился из животного царства и начал жить по законам созданного им самим социального мира. (В рамках так называемой трудовой теории возникновения человека именно орудийная деятельность, а вовсе не создание символов, считается решающим фактором в возникновении человека). Трудовая деятельность позволила человеку материализовать свою способность к созданию и сохранению новых способов своей жизнедеятельности и, окончательно выделившись из животного царства, начать жить по законам созданного им самим социального мира. Животные, очевидно, так же способны к преобразованию материальных предметов, однако специфика трудовой деятельности человека состоит в том, что она опирается на искусственно созданные орудия труда. Изготовление таких орудий предполагает наличие у человека способности к так называемой «целесообразной деятельности второго порядка». В отличие от деятельности первого порядка, для которой характерна ориентация на достижение целей, связанных с удовлетворением непосредственных жизненных нужд, деятельность второго порядка предполагает ориентацию на цели, имеющие лишь косвенное (вторичное) отношение к удовлетворению этих потребностей.  Тема 2. Социальные группы и социальные отношения 2.1. Центральным в социологии является понятие социальной группы. Для того чтобы определить это понятие, необходимо ввести ряд терминов: социальная категория, социальная общность, квазигруппа (агрегат).  Индивид - единичное человеческое существо. Нет необходимости вводить более содержательное определение - каждый человек является индивидом, взаимодействует с другими индивидами и имеет достаточно определенное интуитивное представление об индивидуальности. Любое общество состоит из множества индивидов. Совокупность индивидов, объединяемых по какому-либо признаку, называется социальной категорией. Социальная категория - самое бедное из социологических понятий. Отнесение к какой-либо категории не предполагает, что индивиды, входящие в нее, ведут совместную деятельность, общаются друг с другом, либо даже вообще знают о том, что кто-то объединяет их в подобную категорию. Таким образом, хотя представители некоторых категорий вполне могут осознавать свою общность (например, больные спидом, или иммигранты), существуют категории, объединяющие людей только в голове исследователя (например, совокупность всех людей, фамилия которых начинается на букву А). Если индивиды, принадлежащие к какой-либо категории, осознают свое единство, взаимодействуют друг с другом, то они составляют социальную общность. Наиболее важной формой социальной общности является социальная группа. Группа социальная - категория индивидов, которые определенным образом взаимодействуют друг с другом, ощущают свою принадлежность к группе и воспринимаются другими как члены данной группы. Определение социальной группы включает три основных элемента: взаимодействие - то есть информационные контакты, осуществляемые с помощью знаковых систем ("языков");  членство, то есть наличие групповой культуры, проявляющейся в системе знаков (символов), с помощью которых члены данной группы отличают друг друга от представителей других групп;  идентичность, то есть совокупность признаков, по которым индивиды, не входящие в какую-либо группу, отличают членов этой группы (или в принципе могут это сделать) Знаки, по которым определяется членство в группе, и которые лежат в основе идентификации, могут совпадать, а могут и не совпадать друг с другом. Например, члены организации отличают друг друга по удостоверению, а не-члены идентифицируют их по форме одежды. Почему же социологи отмечают именно эти признаки, определяя понятие "социальная группа"? Прежде всего, потому, что поведение социальных общностей, обладающих тремя указанными качествами, подчиняется некоторым общим закономерностям, которые не присущи общностям других типов, и которые действуют, независимо от конкретной природы той или иной группы. Другими словами, криминальная банда и группа ученых, составляющих научную школу, футбольная команда и компания детей, строящих снежную крепость, в сходных ситуациях, как правило, принимают примерно одинаковые решения и в каждой из этих групп протекают сходные процессы. 2.2. Взаимодействие как основа формирования социальных групп Между индивидами, входящими в некоторые социальные категории, существует взаимодействие. Это взаимодействие может быть непосредственным (физическим) и символическим, осуществляемым с помощью языка (См. Тему 1). Именно наличие устной и письменной речи, живых и искусственных языков, делает человека человеком. Наличие языка позволяет человеческим сообществам быстро и эффективно приспосабливаться к изменяющейся внешней среде. Вариативность культуры обеспечивала человеку преимущества перед животным миром в процессе эволюции. Человек - существо физически слабое и, по сравнению со многими другими животными, было мало приспособлено к выживанию в агрессивной среде. Поэтому даже на самых ранних этапах развития люди стремились держаться группами, примерно как современные обезъяны-приматы - шимпанзе, орангутанги, гориллы. Такая группа могла складываться вокруг старшего мужчины, или вокруг старшей женщины, и включала обычно 5-8 человек. Язык был нужен человеку для того, чтобы поддерживать существование своей группы: - во-первых, общаться, передавая важные сообщения;  - во-вторых, отличать членов своей группы;  - в-третьих, различать другие такие же группы, живущие или кочующие по соседству. Для последних двух целей использовался не только разговорный язык, но и другие символические системы: татуировки, украшения, формы одежды и т.д. Уже на самых ранних этапах развития человечества сложилась форма объединения людей, называемая сейчас "социальной группой". Человек, как и любое живое существо, постоянно действует; все виды его деятельности обозначаются общим термином "поведение". В самом общем виде поведением называется внешне заметный ответ организма животного либо человека на воздействие окружающей среды. Все поведение людей условно можно разделить на "вербальное", то есть осуществляемое с помощью речи, языка; и невербальное - связанное с прямым физическим воздействием. Кроме того, поведение может быть внутрисоциальным. то есть направленным на других членов социальной общности, группы, и внешним, направленным на объекты природы. Чем более развито общество, тем большее значение в жизни индивида имеет вербальное и внутрисоциальное поведение, тем меньшее - невербальное и внешнее. Даже в обществе примитивных охотников и собирателей все основные процедуры, связанные с добыванием и приготовлением пищи, с защитой организма и воспроизводством рода, всегда "обставлены" ритуалами, мифами, то есть вербальными формами поведения, которые организуются социальными группами и осуществляются внутри групп. Поэтому в дальнейшем, говоря о поведении, мы будем иметь в виду, прежде всего внутрисоциальное поведение, осуществляемое в той или иной форме через посредство языка. Люди, образующие какую-либо социальную группу, постоянно обмениваются сообщениями и как-либо реагируют на эти сообщения. Их действия в процессе общения мы и будем называть "поведением". В ответ на каждое "сообщение", которое может выражаться через разговорный язык или любую другую знаковую систему, используемую в данном обществе, получатель отвечает встречным сообщением. Отсутствие какой-либо реакции также является сообщением. Таким образом осуществляется механизм обратной связи.  Представим себе, что на Ваше приглашение сходить в кино Ваша подруга один раз согласится, в другой раз – бросит трубку, третий раз согласится, но не явится на встречу, а в четвертый – явится на нее, но со своим новым другом, а затем позвонит Вам и устроит сцену, потому что Вы ее совсем забыли. Вряд ли Вы захотите долго встречаться с такой девушкой, и ваша маленькая группа распадется. Любая социальная группа, как и общество в целом, может существовать лишь тогда, когда реакция на каждое "сообщение" находится в каких-то определенных рамках, то есть когда отправитель сообщения примерно ожидает, какие могут быть реакции, и что именно означает каждая из них. Три указанных формальных признака лишь в самом общем виде характеризуют социальную группу. Для формирования социальной группы необходимо определенное время и определенные условия. Несколько незнакомых друг с другом человек, получившие какой-нибудь знак отличия, и собранные 5 минут назад в общем помещении, еще не образуют группу. Для этого они должны достаточно долго (хотя бы несколько часов) взаимодействовать друг с другом и выработать общие ролевые ожидания, нормы и ценности. Помимо социальных групп, в обществе действуют так называемые "квазигруппы" (или агрегаты) - социальные общности обладающие некоторыми, но не всеми, признаками социальной группы, или в которых отдельные признаки группы выражены не в полной мере. Между агрегатами и группами (особенно большими) существует достаточно тонкая грань; нередко квазигруппы превращаются в группы, и наоборот. К квазигруппам относятся: аудитория, толпа, круги общения, и т.д. Рассматривая понятие "социальная группа" важно учитывать не только то, какие признаки обязательны для группы, но и то, какие не обязательны. Не обязательно, например, чтобы группа имела общую цель деятельности, чтобы ее члены находились в одном помещении или вообще в ограниченном пространстве, и чтобы они были лично знакомы друг с другом. Например, группа шахматистов-любителей, проводящих турнир в Интернет, и выступающих под условными кодами, безусловно, являются социальной группой, однако участники такого турнира могут быть представителями разных стран и социальных слоев, они могут никогда не встречаться друг с другом в реальном мире. И, тем не менее, они имеют четкий принцип идентификации (появление на определенном сайте и участие турнире); у них существует канал взаимодействия, в котором они общаются посредством известного каждому из них языка (правила шахматной игры); наконец, каждый посетитель сайта легко отличит тех, кто участвует в данном турнире от "случайных гостей". 2.3. Группы и подгруппы Границы любой группы должны быть четко определены, то есть относительно каждого индивида должно быть известно, является ли он членом данной группы, однако это не значит, что у исследователей и самих участников ситуации не возникает с этим проблем. Главная из них - соотношение групп и подгрупп. В современном обществе почти всякая группа является подгруппой, то есть частью какой-либо более широкой группы; и наоборот, многие группы, особенно средние и большие, состоят из множества подгрупп. В качестве примера можно привести игроков двух комад, участвующих в футбольном матче. Является ли группой каждая из играющих команд? Безусловно, да, поскольку она отвечает требованиям, предъявляемым к группе - между игроками есть определенное взаимодействие, игроки каждой команды отличают друг друга от игроков другой команды, судей и зрителей. Правомерно, однако, задать такой вопрос: а игроки двух команд, рассматриваемые вместе, являются ли группой? Согласно определению группы, конечно - да! Каждая из играющих команд является подгруппой данной более широкой группы. Наконец, мы можем включить в это множество и судей. Судьи, вместе с игроками обеих команд, также составляют социальную группу и сами по себе составляют ее подгруппу. В каждой из этих групп действуют свои нормы, ценности, выработаны свои ролевые ожидания. Они, безусловно, пересекаются, однако полностью не совпадают, и могут даже противоречить друг-другу. Например, ролевое ожидание по отношению к защитнику какой-либо команды состоит в том, что он должен опекать какого-либо определенного форварда; однако это может не совпадать с ожиданиями игроков противоположной команды, а судей вообще не интересует кто кого опекает. Согласно ролевым ожиданиям своих игроков, защитник может пойти на незначительное нарушение правил, чтобы остановить атаку соперника, грозящую неминуемым голом. Судья же ожидает от защитника четкого соблюдения правил. 2.4. Типология социальных групп Группы различаются по их пространственной организации. Существуют локальные группы, которые предполагают обязательное физическое присутствие входящих в них индивидов в одном месте и в одно и то же время (например, фокус-группа, или группа испытуемых в социально-психологическом эксперименте). В то же время существуют частично или полностью дислокальные группы. Например, радиолюбители, осуществляющие связь на любительских частотах и выступающие под собственными кодами. Существенно различаются группы и по времени своего существования. Можно выделить: постоянные межпоколенные, постоянные внутрипоколенные, временные, случайные, спорадические [Робер, 59]. 2.4.1. Большие - средние - малые группы Одним из основных критериев типологии групп является их численность. К малым группам обычно относятся такие, численность которых не превышает 10-12 человек; средние группы включают от нескольких десятков до нескольких сотен человек; наконец, большие группы могут состоять из нескольких сотен человек (не менее 200-300), верхний предел численности больших групп не определен. Реально максимально большой социальной группой, изучаемой социологами, является общество, то есть группа, насчитывающая порядка миллионов или десятков миллионов человек. Наиболее часто социологи изучают большие социальные группы, включающие от нескольких тысяч до нескольких сотен тысяч человек. Однако критерий численности - это лишь формальный индикатор различия между большими, малыми и средними группами. Именно из-за его формальности невозможно точно указать, где именно лежит численная граница между малыми и средними, средними и большими группами. Численность лишь отражает качественные различия в возможностях непосредственного межличностного общения в группах разной численности, в частности, разные возможности обратной связи. В малых группах каждый ее член может непосредственно контактировать с любым другим членом той же группы; в частности, он всегда может среагировать на поведение любого из членов, и, свою очередь, наблюдать, как реагирует на его поведение каждый член группы. Таким образом, в малой группе существует постоянно действующая система прямой и обратной связи между каждым и каждым членом. Возможности такой связи ограничиваются, с одной стороны, эффективностью каналов связи между индивидами; с другой - размером группы. Когда численность ее превышает 10 человек, каждому ее члену становится в принципе трудно следить за реакцией отдельных его "согруппников", и он вынужден воспринимать группу как нечто целое. Кроме того, в такой группе легче образуются коалиции, подгруппы, и она реже представляет собой целостный монолит. Именно поэтому опытные руководители стараются не включать в состав работающих коллективов, комиссий, и т.д., если от них требуется эффективная и быстрая работа, более 10 человек. Когда коллектив или группа имеют большую численность, их обычно разделяют на подгруппы (подкомиссии, бригады, звенья, и т.д.) Средние группы - это такие, в которых каждый член в принципе может знать каждого другого человека, входящего в группу, в лицо (или по каким-либо другим признакам, например, по условному коду), но не может отследить реакцию каждого из них на отдельный элемент своего поведения - для этого группа слишком велика. И, наконец, большая группа - это такая группа, в которой отдельные ее члены в принципе не могут быть лично знакомы друг с другом. Различия между малыми, средними и большими группами состоят прежде всего в характере информационных процессов. Тесное межличностное общение в малых группах позволяет им вырабатывать нормы и ценности, а также образцы поведения, осуществлять социальный контроль более эффективно, чем в средних и особенно в больших группах. Более того, можно утверждать, что большие и средние группы только тогда могут демонстрировать образцы организованного поведения, формировать устойчивые внутригрупповые нормы и ценности, когда сами они включают малые группы в качестве элементов своей структуры (мезоструктура). Из сказанного становится ясным, почему численность сама по себе не всегда позволяет однозначно отнести ту или иную группу к большой, малой или средней. Взаимодействие в группе численностью в 15-20 человек можно организовать таким образом, что она будет вести себя как малая группа. То есть каждый входящий в нее индивид сможет точно знать, как относится к каждому его поступку каждый другой член данной группы. С другой стороны, если в группе численностью 10 человек не наладить эффективного механизма межличностного общения, вполне может оказаться, что она будет вести себя как средняя по численности группа, когда, например, индивид будет скорее реагировать на некое усредненное мнение группы, чем на мнение каждого отдельного ее члена. 2.4.2. Все социальные группы делятся на целевые и нецелевые. Как уже отмечалось, наличие четко сформулированной обшегрупповой цели не обязательно для того, чтобы какая-либо общность людей считалась социальной группой. Однако, группы, имеющие такую цель, играют очень большую роль в обществе и поэтому часто оказываются объектом изучения социологов. Причина состоит в том, что поведение целевых групп подчиняется целому ряду закономерностей, которые не наблюдаются среди нецелевых групп. Цель лишь тогда может считаться общегрупповой, когда она достаточно четко сформулирована и осознается хотя бы частью членов группы (не обязательно всеми!). Цель деятельности может быть задана как самой группой, так и предложена (или навязана) ей извне. Каждый человек, находясь в группе, осуществляет некоторую целесообразную деятельность, хотя он далеко не всегда четко осознает и формулирует для себя свои цели. Совпадение целей отдельных индивидов еще не означает, что цели каждого из них являются общегрупповой целью.  Если же общегрупповая цель существует, она очень редко является "равнодействующей" индивидуальных целей. Группы имеют собственные цели; как правило, индивиды вынуждены "подстраивать" свои индивидуальные цели под цель деятельности группы. Граница между целевыми и нецелевыми группами весьма условна. Группа может быть создана как нецелевая, а затем может выработать для себя (или получить извне) цель своей деятельности. И наоборот, целевая группа может со временем утратить эту цель, но, тем не менее, сохраниться как группа (например, регулярно встречающиеся и взаимодействующие друг с другом члены воинского подразделения, спортивной команды, и т.д.). Очень часто истинные цели группы бывают известны далеко не всем ее членам, и тем не менее она существует как целевая. 2.4.3. В социологии выделяются также формальные и неформальные группы.  Как целевые, так и нецелевые группы могут быть формальными и неформальными. Под формальными группами мы, в соответствии с существующей традицией, будем понимать группы, отличающиеся следующими особенностями: - нормы, ценности, роли группы четко формализованы, то есть закреплены в текстах;  - нормы, ценности и роли группы определяются внешними по отношению к группе агентами (другими группами, государством, и т.д.)  Соответственно, неформальные группы - это такие группы, которые не имеют четких закрепленных ролевых ожиданий, нормативной и ценостной (целевой) базы; кроме того, неформальные группы сами вырабатывают свою ценностно-нормативную базу и ролевую структуру.  2.4.4. С понятием формальных и неформальных групп тесно связано понятия "первичных" и "вторичных" групп. Если деление на формальные и неформальные характеризует объективную структуру групп, то первичные и вторичные группы определяются по отношению к входящим в них индивидам, составляющим эти группы. Неформальная группа всегда является первичной, а формальная - вторичной. Среди признаков, отличающих первичную группу от вторичной обычно называются следующие:   Первичные Вторичные Численность только малые любые Целеполагание нецелевые целевые Кол-во ролей у каждого члена много мало ролевые ожидания нечеткие четко определенные формализация низкая высокая Социологи давно заметили, что в реальной жизни практически не встречается групп, которые были бы исключительно первичными и неформальными, или наоборот, полностью соответствовали бы требованиям вторичной формальной группы. Безусловно, семья является преимущественно неформальной группой; однако в значительной степени права и обязанности членов семей регулируются соответствующими юридическими нормами, а сам факт создания семьи в современном обществе фиксируется актом учета гражданского состояния. Наоборот, частная фирма или государственное учреждение - это прежде всего формальные группы, однако и в них нередко складываются межличностные отношения, далеко выходящие за рамки чисто формальных. Поэтому каждая реальная социальная группа находится как бы на шкале, на континууме, в зависимости от того, какие отношения - формальные или неформальные - превалируют в повседневной деятельности данной группы. Семья, с этой точки зрения, будет ближе к "неформальному" полюсу, а штат организации наоборот к "формальному". Формальные вторичные группы, как правило, бывают целевыми, в то время неформальные первичные - нецелевыми. Однако это соответствие совсем не жесткое, не обязательное. Например, группа самодеятельных туристов - путешественников является целевой по преимуществу неформальной группой. В то же время участники описанного выше шахматного (или покерного) турнира в Интернет являются нецелевой формальной (вторичной) группой. 2.4.5. Референтные группы - группы, на нормы и ценности которых ориентируется индивид (см. Тему 5). Каждый индивид может иметь множество референтных групп; однако он не обязательно является их членом. Например, для христиан Христос и его апостолы являются референтной группой; для части молодежи референтными являются актерские круги Голливуда, мир известных спортсменов или предпринимателей. В то же время референтными могут быть такие группы как собственная родительская семья или компания сверстников. Референтная группа может быть даже воображаемой (Средиземье Толкиена) или существовавшей в прошлом.  Тема 3. Социальные роли, нормы и ценности 3.1 Роли социальные Роль (социальная) - поведение, которое ожидается от каждого человека, являющегося членом данной социальной группы. Другими словами, социальная роль - это устойчивая система реакций на определенное поведение, осуществляемая с помощью механизма обратной связи.  Социальная роль - это не свойство отдельного индивида, и очень редко - общества в целом; это всегда система поведения, принятая в определенной группе, то есть социальная роль - это элемент определенной социальной группы.  Социальные роли сложились тогда же, когда сформировались и первые человеческие коллективы. Круг интересов членов первобытного общества был достаточно узок. И выжить они могли только в составе своей группы. Каждый член группы, посылая сообщение другому ее члену, ждал от него соответствующей реакции - поведения. Если ребенок просил маму покормить его - она должна была это сделать, иначе дети будут умирать и группа прекратит свое существование. Если старший мужчина в группе (который, кстати, может быть и отцом ребенка) попросит его помочь натянуть лук, он должен это сделать, иначе все останутся без еды, и т.д. Таким образом, по отношению к каждому члену группы у остальных ее членов складывалась устойчивая система ожиданий того, как он должен вести себя в ответ на то иное сообщение или на какое-либо событие во внешней среде. Группа не могла выжить, если бы каждый ее член вел себя как хотел, или стремился бы обмануть группу - результатом такого поведения была бы гибель всей группы, или изгнание индивида из группы, что в тех условиях было равносильно гибели его самого.  Таким образом, именно социальная роль, а не индивид, является основным элементом социальной группы. Совокупность индивидов - это как бы субстрат, на котором базируется группа. Исследования ролевых структур малых социальных групп позволили сделать следующие выводы: 1. Роль автономна по отношению к индивиду: индивид может уйти, а роль - останется; человек может не соответствовать требованиям роли. 2. Человек может последовательно играть несколько ролей в одной и той же группе.  3. К конкретному индивиду могут одновременно предъявляться ролевые ожидания, относящиеся к разным, часто противоречащим друг другу ролям.  4. Человек может одновременно играть социальные роли в нескольких группах, и эти роли могут как сочетаться, так и противоречить друг другу. 3.2. Ролевые структуры группы Основной вклад в изучение ролевых структур групп внесла социальная психология - наука, очень близкая к социологии. Наиболее часто объектом изучения становились малые неформальные и формальные группы. В некоторых исследованиях изучались "искусственные" группы, специально созданные для проведения эксперимента; в других - "естественные" (бригады, студенческие группы, и т.д.). Первый подход характерен для американских исследователей, второй - для европейских.  Роли образуют определенную структуру - сеть устойчивых связей и отношений между отдельными ролями. Часто эта структура является иерархией, то есть выделяются роли лидеров, приближенных к ним лиц (хранитель норм - "цензор", судья - "экзекутор", и др.), рядовых членов группы - "конформисты", а также тех, кто находится в самом низу лестницы ("козел отпущения", "изгой"), или вообще вне основной иерархии ("девианты"). Теоретический подход и эмпирическая методика, позволяющие изучать ролевые структуры группы, были предложены в 30-е годы XX в. американским психологом, эмигрантом из Венгрии, Джекобом Морено, и получили название "Социометрия". 3.2.1. Изучение лидерства Наибольшее внимание уделялось изучению роли лидера и ее влиянию на группу в целом. В конце 30-х - начале 40-х годов XX в. актуальной стала проблема влияния типа лидерства на поведение группы. Эта актуальность вызывалась как политическими причинами (доминированием авторитарных режимов в ряде стран), так и проблемами выбора оптимального типа руководства компаниями (противостоянием "фордизма" и "концепции человеческих отношений"). Этими вопросами занялся Курт Левин - американский психолог, эмигрировавший из Германии. Он выделил три типа лидерства - авторитарный, при котором решение принимается формальным лидером, демократический (решение принимается большинством) и попустительский (не устанавливается правил принятия решения, каждый участник эксперимента действует на свое усмотрение). Объектом исследования были искусственно сформированные группы подростков, решавших игровые задачи. Тип лидерства в каждой группе задавался самими экспериментаторами. Их интересовали проявления агрессивности в поведении детей, в зависимости от типа лидерства и от того, как происходит смена этого типа. Исследования К. Левина показали, что меньше всего агрессивности наблюдается при авторитарном типе лидерства, а больше всего - при смене авторитарного на демократический или попустительский. 3.2.2. Дуализм группы Одним из важнейших свойств целевой группы (то есть группы, созданной для реализации какой-либо задачи, или поставившей перед собой такую задачу уже после создания), является ее дуализм. Экспериментально доказано, что в целевых группах (формальных и неформальных) выделяются два типа лидеров, - "инструментальный" и "экспрессивный", т.е. нормальная группа биполярна. В целевой группе человек выполняет некоторые функции (роли), связанные с решением общегрупповой задачи, и в то же время группа оказывает на него психологическое воздействие, сам индивид стремится психологически самореализоваться. Эти две стороны групповой жизни человека далеко не всегда совпадают. Стремление человека максимально помочь в достижении общегрупповой цели может подавлять его личные стремления, и наоборот - попытка самореализации может мешать достижению общей цели. Кроме того, в ходе реализации ролевых ожиданий, связанных с достижением общегрупповой цели, между членами группы могут возникать трения, которые будут проявляться как во внутригрупповых конфликтах, так и в ролевом напряжении. Различие инструментальных и экспрессивных функций группы по отношению к индивиду есть ее фундаментальное свойство. Инструментальный лидер отвечает за достижение группой поставленных перед нею задач, а экспрессивный – за поддержание благоприятного психологического климата. 3.3. Размер и коммуникативная структура группы. Исследования показали, что устойчивость группы и уровень напряжения в ней зависят от ее численности. Наиболее устойчивыми и неконфликтными оказались группы численностью в 5 человек. В них всегда выделяется лидер, формирующий вокруг себя большинство; и в то же время сохраняется возможность непосредственных контактов каждого с каждым.  В малых группах по-разному могут быть организованы коммуникативные цепи. Исследования показали, что наиболее эффективно действуют группы, организованные по принципу "колеса", когда один из участников (лидер) находится в центре группы, а все остальные общаются не непосредственно друг с другом, а через лидера.  3.4. Ролевое напряжение (ролевой конфликт). В процессе выполнения индивидом своих социальных ролей он часто испытывает определенное психологическое напряжение, которое иногда не вполне корректно называется "ролевым конфликтом". Ролевое напряжение – это результат несоответствия между личностными характеристиками и установками личности, с одной стороны, и ролевыми ожиданиями по отношению к нему со стороны групп (группы), в которые он входит, с другой. В отличие от групповых конфликтов, которые всегда имеют открытое проявление, ролевое напряжение протекает на психологическом уровне, как бы "внутри" человека, и не обязательно выражается в прямых действиях. Можно выделить два типа ролевых напряжений: в пределах одной роли и между различными ролями, играемыми человеком в одной или нескольких группах.  3.4.1. Внутриролевое напряжение возникает тогда, когда поведение члена группы не соответствует ролевым ожиданиям данной группы. Причинами возникновения внутриролевого напряжения являются: - неадекватная подготовка или отбор личностей, призванных исполнять ту или иную роль;  - нежелание человека исполнять роль, отводимую ему в группе;  - наличие в самих ролевых ожиданиях внутренних противоречий, когда группа пытается "сконструировать" роль, выполнить которую невозможно. Причиной этого может быть несформированность и неустойчивость многих групп в современном обществе и, как следствие, противоречивость многих ролевых позиций. В современном обществе, в отличие от традиционного, социальные группы в среднем существуют гораздо меньший промежуток времени, чаще распадаются и возникают снова, и поэтому нормы и ценности в них часто оказываются недостаточно согласованными друг с другом. Например, ввиду недостаточной институализации современной семьи, часто возникает ситуация, когда от одного из членов (или от нескольких) ожидаются действия, не совместимые друг с другом. От женщины-бизнесмена ждут высоких заработков, и в то же время не снимают с нее хозяйственных обязанностей по дому. 3.4.2. Другой формой ролевого напряжения является межролевое напряжение. Межролевое напряжение - это явление, при котором человек вынужден играть две или более социальных ролей, основные требования которых по существенным параметрам не согласуются или даже противоречат друг другу. Причинами межролевого напряжения может быть:  - включенность человека в две или более группы, ролевые ожидания в которых по отношению к данному индивиду противоречат друг другу. Назовем такую ситуацию межролевым напряжением первого типа;  - попытка играть две или более несовместимые роли в пределах одной группы - межролевое напряжение второго типа. Характер и интенсивность межролевого напряжения во многом определяется соотношением между группами и/или ролями, принадлежность к которым его вызывает. Группы, одновременное участие в которых ведет к ролевому напряжению, могут находится в конфликтных отношениях; они могут не пересекаться по интересам; наконец, большая часть их членов может даже не подозревать о существовании друг друга. Чем сложнее групповая структура общества, чем больше в нем взаимонезависимых и несоподчиненных групп, тем больше вероятность возникновения внутриролевого напряжения первого типа. Этому способствует мозаичность групповой структуры современного общества. В современном обществе, в отличие от традиционного, человек входит во множество относительно независимых групп. В результате человек часто оказывается как бы на пересечении требований различных групп, каждая из которых требует от него того, что не приветствуется в другой группе. Например, семья может требовать от мужа, чтобы он уделял ей максимум времени, в то время как его профессиональные круги или друзья по хобби, в свою очередь, могут ожидать от него повышенного внимания к своим сферам. Как лучше всего выйти из ситуации ролевого напряжения - зависит от того, с каким его типом мы имеем дело. Так, например, в случае несоответствия одного или нескольких индивидов требованиям какой-либо социальной роли (ролей) целесообразно усовершенствовать механизмы отбора "исполнителей". Если же ролевой конфликт вызван несформированностью ролевых требований, то основное внимание следует уделить уточнению роли, приведению отдельных ее элементов в соответствие друг с другом (рационализация роли); или разделению ролей - распределению требований, предъявляемых каждому индивиду, на две и более роли, играемые разными индивидами. Выходом из ситуации ролевого напряжения может быть также непрерывная социализация (то есть, предварительная подготовка к исполнению все новых и новых ролей). Межролевое напряжение всегда ведет к внутриролевому, поскольку вызывает несоответсвие одной или обеим ролям. Внутриролевое напряжение не обязательно ведет к межролевому.  3.5. Социальные ценности. Один из главных вопросов, ответить на который пытались социологи ХХ века, состоит в том, как и почему поддерживается порядок и стабильность в обществе, какие механизмы этому способствуют. Некоторые социологи и экономисты считают, что "рынок сам все расставит на свои места", то есть что достаточно "запустить" рыночный механизм, и в обществе автоматически установится система отношений между людьми, которая будет удовлетворять всех, или по крайней мере абсолютное большинство населения. Попытку претворения такого подхода в жизнь мы воочию наблюдали в России в последние 90-е годы XX века. Однако большинство социологов, и прежде всего классики социологической науки - Дюркгейм, Вебер, Маркс, Парсонс - были с этим категорически не согласны. Они считали, что, как в каждой группе, составляющей ячейку общества, так и в обществе в целом, действуют специальные механизмы, обеспечивающие стабильность и порядок. К таким механизмам относится прежде всего механизм социального контроля, базирующийся на системах ценностей и норм. Ценности - разделяемые в обществе (группе) убеждения относительно целей, к которым люди должны стремиться, и основных средств их достижения. В социологии принято выделять терминальные и инструментальные ценности. Терминальные ценности - это те цели, стремление к которым одобряется в данной социальной группе (обществе). Инструментальные ценности - это средства, использование которых считается допустимым (или одобряется). Как видим, понятие "терминальных ценностей" тесно связано с целями деятельности.  3.5.1. Групповые и индивидуальные цели как ценности.  В целевых группах общая цель является основной терминальной групповой ценностью. Каждая социальная группа поддерживает определенные личные цели как индивидуальные ценности; в то же время достижение обшей цели рассматривается как общегрупповая ценность. Таким образом, ценности, как и цели, бывают общегрупповые и индивидуальные. Индивидуальный характер ценности не означает, что она не должна быть признана группой. Если цели (индивидуальные или групповые) закрепляются в групповом сознании и воспринимаются как объективно существующие и определяющие поведение человека или группы, то они превращаяются в терминальные ценности. Если какой-либо член группы преследует свои цели, непонятные и не принятые в данной группе (или даже неизвестные ей), то такие цели не являются ценностями. Например, если в компании чисто прагматических "бизнесменов", заинтересованных только в том, как поделить дешевый кредит, появляется человек, желающий заняться благотворительной деятельностью и развитием культурной среды, и пытающийся получить деньги под эти цели, такие цели не будут выступать как ценности для данной группы. И если привычной "инструментальной ценностью" в такой группе является "стрелка", то вряд ли совместная молитва (которая в принципе так же могла бы разрешить проблему) будет воспринята как инструментальная ценность, хотя наш меценат вполне может ее предложить. 3.5.2. Система ценностей Ни одна группа не может существовать без выработки собственной системы ценностей, определяющих как индивидуальное, так и общегрупповое поведение. И наоборот, в любой социальной группе, существующей достаточно длительное время, неизбежно вырабатывается система ценностей, как "узаконенных", конвенциальных целей и средств их достижения. Группа никогда не принимает лишь одну ценность. Ценностей всегда несколько, иногда даже очень много. Ценности, принимаемые той или иной группой, образуют систему ценностей. Почти никогда не бывает так, чтобы отдельная группа вырабатывала систему ценностей, изолированную от других групп данного общества. Подавляющую часть своих ценностей она воспринимает в обществе, к которому принадлежит. Тот факт, что ценности образуют систему, не означает, что отдельные ценности не могут противоречить друг другу. Значение системы ценностей в обществе или отдельно взятой социальной группе нагляднее всего проявляется в случае разрушения этой системы. Аномия - это утрата значительной частью общества или социальной группы центральных для системы ценностных ориентаций. Э. Дюркгейм считал, что причиной возникновения аномии может быть разрушение ценностной системы общества или отдельных составляющих его групп. В то же время, Р. Мертон подчеркнул, что в современном обществе аномия возникает не в результате разрушения существующей системы ценностей, а как естественное следствие несогласованности терминальных и инструментальных ценностей, то есть из-за невозможности добиваться одобряемых целей с помощью допустимых средств.  3.5.3. Консенсус Объективным показателем формирования группы является установление консенсуса. Под консенсусом понимается "существование в обществе, общине или группе фундаментального согласия по базисным ценностям" . Консенсус включает три уровня: - Когнитивный консенсус предполагает, что все члены группы одинаково понимают, какие ценности принимаются в данной группе, какие из них являются более, а какие - менее значимыми, наконец, какие оцениваются положительно, а какие - наоборот - отрицательно. То же самое относится и к нормам.  - Аффективный консенсус предполагает, что все или большинство членов данной группы одинаково относятся к этим нормам, то есть признают их в качестве значимых для себя.  - Наконец, поведенческий аспект консенсуса означает, что все, или большинство членов группы строят свое реальное поведение в соответствии с данными нормами и ценностями. Конечно, эти три аспекта консенсуса могут и совпадать, но это совсем не обязательно. Человек может прекрасно понимать, что является ценным для данной группы, но в то же время стремиться совсем к иным ценностям, или вести себя вопреки принятым ценностям и нормам. В период формирования или наоборот распада группы, на этапах ее коренной перестройки или появления в ней новых людей, вполне может оказаться, что многие ее члены по-разному понимают, что должно быть ценным для всей группы (ослабление когнитивного консенсуса). Более того, можно утверждать, что в обществе почти не бывает групп, обладающих полным консенсусом по всем трем параметрам. 3.5.4. Нормы социальные. Конформизм Взаимоотношения между ролями регулируются нормами поведения. Если ценности задают как бы общее направление деятельности групп и индивидов, цели, к которым принято стремиться и средства, с помощью которых этих целей принято добиваться в данной конкретной общности, то нормы регулируют конкретные поведенческие акты. Социальные нормы возникают в результате приспособления групп к окружающей среде. Они призваны обеспечивать устойчивость групп или достижение ими целей деятельности (для целевых групп). Нормы тесно связаны с ролями. Нормы - правила поведения, ожидания и стандарты, регулирующие взаимодействие между ролями в группе, а также между членами той или иной группы и их ролевыми функциями. Другими словами, роли относятся к поведению отдельных конкретных индивидов в группах, а нормы - к поведению всех членов группы либо определенной категории ее членов. Можно сказать, что ролевые ожидания "складываются" из нормативных требований как из элементов. Например, нормативное требование, распространенное в учебной группе, может гласить: "Со студентами следует быть достаточно строгим". Соответственно, одно из ролевых требований по отношению к преподавателю будет состоять в том, что он должен проявлять разумную меру требовательности к ученикам. Помимо этого, в "комплект" ролевых ожиданий обязательно будут входить требования, определяемые другими социальными нормами (вежливость, пунктуальность и т.д.). Действие социальных норм не всегда заметно. Люди так привыкают к ним, что считают нормативное поведение вполне естественным и основывающемся на решениях, принимаемых ими самостоятельно. Между тем, сравнение различных обществ и социальных групп показывает, что даже самоочевидные, на первый взгляд, нормы, в других обществах могут отсутствовать вовсе, или вместо них могут действовать прямо противоположные. 3.5.5. Классификация групповых норм. Социальные нормы могут классифицироваться по самым разным признакам. Назовем наиболее важные из них.  Модальность нормы. Нормы могут быть предписывающими и запрещающими. Предписывающие нормы определяют, какой тип поведения (поведенческий образец - behavioral pattern) считается желательным или обязательным в той или иной ситуации. Запрещающие нормы характеризуют виды поведения, считающиеся недопустимыми или нежелательными в данной социальной группе. Примером данной классификации социальных норм могут быть дорожные знаки.  Степень обязательности норм. С этой точки зрения можно выделить:  - нормы-правила - основные ("жесткие") нормы, обязательные для членов какой-либо группы  - нормы-ожидания - "мягкие" нормы, которые предписывают (или наоборот ограничивают) какие-либо формы поведения, но не определяют их как абсолютно недопустимые или наоборот строго обязательные. Примером норм-ожиданий являются ограничивающие нормы, указывающие на то, какие способы поведения считаются допустимыми, но нежелательными в той или иной ситуации. За нарушение норм-правил обычно полагаются более строгие санкции, чем за нарушение норм-ожиданий. Степень формализации норм. Нормы бывают формальные и неформальные. К формальным нормам относятся нормы, которые четко зафиксированы в письменной форме, максимально однозначны и предписаны данной группе более широкими социальными общностями, составной частью которых они являются, или которые ими управляют. Неформальные нормы – правила повседневного общения, соблюдение которых обеспечивается обычаями и привычкой. Наконец, можно предложить еще одну классификацию социальных норм, которая редко упоминается в учебной литературе, но которая, тем не менее, имеет очень большое значение в повседневной жизни. Все нормы можно поделить на количественные и качественные. Дело в том, что нормы всегда определяют допустимое поведение человека по отношению к какому-нибудь социально значимому параметру. А каждый параметр является либо количественным, либо качественным. Так, норма поведения может состоять в том, что мужчинам следует пропускать женщин перед собой, входя в какую-либо дверь. Здесь нормативный параметр качественный и имеет всего два значения - пропускать или не пропускать. С другой стороны, социальная норма может состоять в том, что неудобно опаздывать более чем на пять минут. В данном случае нормативный параметр - количественный (время). Различие между количественными и качественными нормами имеет большое значение при определении отклоняющегося поведения. В современном обществе все большее значение приобретают количественные нормы, так как устойчивость общества требует все более точных соблюдений правил. 3.5.6. Конформизм Конформизм - стремление индивида (подгруппы) соответствовать ценностям и нормам доминантной или референтной группы. Если консенсус есть характеристика группы, конформизм – характеристика поведения индивида или подгруппы по отношению к группе. Конформизм, так же как и консенсус, может проявляться на когнитивном, аффективном и поведенческом уровне. И так же как в случае с консенсусом, эти три формы совсем не обязательно разделяются каждым членом группы. Начало экспериментальному исследованию явления конформизма положили американские исследователи. В 1930-40-х гг. С.Эш и Музафер Шериф провели ряд исследований влияния большинства группы на индивидуальное мнение испытуемых. Около трети испытуемых, попадая в окружение "подставных" лиц, дающих заведомо неверные ответы относительно восприятия какого-либо объекта, присоединяются к этим показаниям, несмотря на их очевидную ложность. Исследования американских психологов изначально были направлены на то, как мнение большинства влияет на установки меньшинства. Внимание европейских исследователей наоборот было сосредоточено на группе как целостном образовании, а также на проблеме лидерства. Было показано, что индивиды, входящие в группы, обладают разным статусом. В зависимости от статуса, а так же от особенностей своего поведения, меньшинство может не только не подчиниться нормам большинства, но и заставить последнее изменить свои нормы.  В частности, Г.Таджфел показал в серии экспериментов, что: 1) стремление принадлежать к группе является фундаментальным свойством человеческой натуры; 2) люди стремятся поддерживать "своих", даже если это не сулит им явной личной выгоды;  3) групповая идентичность сохраняется, даже когда прекратилась совместная групповая деятельность, ради которой эта группа возникла (была создана);  4) многие важные для человека социальные группы и квазигруппы не выбираются и не создаются им в процессе самостоятельной деятельности; они существуют независимо от воли отдельного конкретного человека и он оказывается их членом помимо собственного желания (родительская семья, класс в школе, дворовая компания, подразделение в армии, этнос, т.д.).  5) активное меньшинство зачастую значительно сильнее влияет на мнения отдельного рядового члена, чем пассивное большинство, и нередко именно его мнение утверждается в группе как общепринятое.  3.6.Организация как социальная группа Изучению организаций, ввиду их чрезвычайной важности в современном мире, посвящена специальная отрасль знаний - теория организаций. Ее разделом является социология организаций, рассматривающих организацию как целевую формальную группу. 3.6.1. Организация - социальная группа, ориентированная на достижение взаимосвязанных специфических целей и основанная на высокоформализованных структурах. Изучение организаций важно не только само по себе, но и потому, что многие механизмы, действующие внутри организации, имеют аналоги и в обществе в целом. Организация - это целеориентированная социальная система. Система - совокупность взаимосвязанных частей, образующих некоторое целое, взаимодействующая с окружающей средой. Целое обладает свойствами, не сводимыми к сумме свойств отдельных частей. Таким образом, помимо трех основных элементов группы, организация предполагает:  - наличие общей, признаваемой в качестве официальной, цели организации, не сводимой к индивидуальным целям ее членов;  - набор ресурсов и определенный способ их защиты, начиная с заборов и служб охраны, и кончая способом оправдания правомочности своего существования;  - систему официально утвержденных норм поведения и форм контроля за их соблюдением;  - структуру устойчиво воспроизводимых статусов - относительно постоянное формальное руководство, или, по крайней мере, устойчивую лидерскую группу;  - иерархичность (демократический централизм - единоначалие, наличие этажей власти, обязательность вертикального исполнения, обратная связь)  - определенную систему формального и неформального разделения труда между своими членами;  - определенный порядок положительных и отрицательных санкций за участие (или неучастие) в деятельности организации.  - формализованное определение членства в организации. 3.6.2. Цели организации По мнению А.И. Пригожина, существуют три вида организационных целей: цели-задания, цели-ориентации и цели-системы. Цели-задания - это оформленные как программы общих действий поручения, выдаваемые извне организацией более высокого уровня или официально сформулированные в качестве главных целей деятельности данной организацией. Цели-ориентации - это совокупность целей участников организации, реализуемых через механизмы функционирования организации. Цели-системы - это стремление сохранить организацию как целое, то есть сохранить равновесие, стабильность и целостность организации. Важным фактором развития организации является согласование, сочетание и как минимум взаимная непротиворечивость этих целей. 3.6.3. Социальные структуры организации Согласно современным социологическим теориям, любая организация имеет структуры двух типов - формальные и неформальные. Формальные структуры включают нормы, ценности и ролевые ожидания, официально утвержденные и принятые в организации. Они четко специализированны и определяются вне зависимости от личностных качеств членов организации. Неформальные структуры - состоят из позиций, норм и правил поведения, обусловленных личностными характеристиками членов и основанных на престиже и доверии. Одна из главных проблем эффективной организации - согласование формальной и неформальной структур. Эффективная организация предполагает удовлетворение не только требований организации по отношению к индивиду, но и индивида по отношению к организации - встречный поток требований. Развитие теории организации началось с разработки принципов формальных структур. Теоретическую основу заложил М.Вебер своей теорией бюрократии. Бюрократия, согласно М.Веберу,- "идеальный тип" организации. Новейшее время (с XVII в.) характеризуется возрастанием рационализма в общественной жизни и поведении людей в Европе и Северной Америке. Бюрократия, по мнению М.Вебера, - наиболее разумный и эффективный тип организации их деятельности. Основные черты идеальной бюрократии: - рациональность цели;  - рационализация структуры и статусов;  - рационализация прав и обязанностей всех членов организации;  - рационализация способов достижения цели организации. С 40-х годов ХХ века и до наших дней продолжается ренессанс идей Вебера. Ф. Тейлор (направление – тейлоризм, начало 90-х годов XIX в., США) исходил из следующих принципов:  - каждый работник - существо разумное и эгоистичное;  - все производственные процессы могут быть разбиты на элементарные операции и организованы по принципу оптимальной их последовательности;  - для повышения эффективности труда необходимо разработать инструкции, в которых обобщается опыт лучшей работы;  - оплата труда должна осуществляться строго пропорционально количеству выполненных операций. Тейлоризм положил начало направлению НОТ (научная организация труда). В 20-е годы ХХ века возникло направление научного управления организацией (А.Файоль - Франция). Организация рассматривается как безличный механизм, в котором преобладают формально-рациональные отношения. Были выделены 11 принципов идеальной организации: специализация подразделений, иерархичность, дисциплина, ответственность (и т.д.). Направление не учитывало человеческих отношений в коллективе. Эти два направления в целом опирались на идеи, близкие к идеям М.Вебера. В конце 20-х годов специалисты по управлению, в первую очередь в США, обнаружили, что учет одних только формальных аспектов организации не дает необходимого эффекта. Было установлено, что оптимизация межличностных отношений в формальных организациях, приведение в соответствие формальной и неформальной структуры трудового коллектива, повышение сплоченности групп, могут стать существенным фактором роста производительности труда.  Большинство социальных групп современного общества обладают формальной и неформальной структурой, то есть в них существует как бы двойная система социальных ролей. Соотношение формальных и неформальных структур оказывает решающее воздействие на эффективность функционирования группы. Впервые этот эффект был обнаружен в 1924 г. в ходе исследований на предприятии "Вестерн электрик компани", расположенном в пригороде Чикаго Хоуторне. Первоначально задачи исследования состояли в том, чтобы выявить влияние психофизиологических факторов (освещенности, окраски стен, ритма работы) на производительность труда бригады работниц сборочного цеха. Однако в ходе эксперимента выяснилось, что производительность труда у экспериментальной группы повышается независимо от изучавшихся характеристик; причина - повысившаяся сплоченность и самооценка группы, явившаяся следствием самого факта проведения эксперимента. Этот эффект был описан Элтоном Мэйо. Согласно социотехнической концепции организации (50-60 гг. Лондон, Тевисток, Райс и Миллер), социальная организация имеет две подсистемы: техническую и социальную, составляющие вместе социотехническую структуру организации. Характер взаимоотношения внутри организации определяется двумя переменными: типом иерархии и характером взаимоотношений между членами организации.  Каждый тип организации имеет свои достоинства и недостатки. Эффективность организации во многом зависит от используемых технологий. Ч.Перро предложил двумерную типологию используемых технологий. Первая переменная характеризует то, происходит ли в организации анализ сложных технологических процессов, их разложение на отдельные составляющие, или использование данной технологии как целого. Вторая переменная различает деятельность, происходящую по стандартным, принятым и утвержденным образцам и деятельность, рассчитанную на работу с исключительными, нестандартными изделиями, ситуациями, и т.д. 3.6.4. Воздействие внешней среды на организацию Организация должна адаптироваться к изменению внешней среды. Принцип адаптации социальной системы впервые был сформулирован в 20-е годы А.А.Богдановым (Малиновским) ("Общая теория организации" - Тектология). Он создал Институт переливания крови, а также Центральный институт труда (ЦИТ); был последователем Ф.Тейлора. Во второй половине 60-х годов в СССР произошло возрождение интереса к НОТ, но оно не привело к кардинальным изменениям в управлении экономикой. Проблема сохранения организаций очень актуальна в настоящее время в России, когда многие государственные организации приватизируются, и обостряется проблема заказов, т.е. востребованности организации.  Структурно-функциональный анализ организации (системный подход) - Толкотт Парсонс, Роберт Мертон, США, с сер. 60-х годов. Взгляд на организацию как на систему:  - любая организация несет определенную внешнюю функцию по отношению к членам общества (производит товары и услуги, удовлетворяет определенные потребности);  - организация имеет внутренние функции: сохранения самой организации как целого, поддержания и возрастания внутренней интегрированности (сплоченности), удовлетворения запросов членов организации (вознаграждение), обеспечения управляемости организацией (коэффициент управляемости - отношение количества реализуемых к количеству принимаемых решений). Структура организации должна формироваться в соответствии с ее функциями, а не наоборот.  Тема 4. Социальный контроль и отклоняющееся поведение  4.1. Социальный контроль - совокупность средств, с помощью которых общество или социальная группа гарантируют конформное поведение его членов по отношению к ролевым ожиданиям и основным ценностям общества (группы). Ценности, нормы, санкции - три составляющих социального контроля. Социальный контроль осуществляется двумя взаимосвязанными способами - через усвоение индивидом социальных норм, действующих в рамках той или иной группы и сознательное или бессознательное следование этим нормам (внутренний социальный контроль), и через механизм санкций, с помощью которых группа оценивает поведение индивида (внешний социальный контроль). Санкции социальные - совокупность средств внешнего воздействия на личность, обеспечивающих конформное поведение членов какой-либо социальной группы (общества). Санкции могут быть позитивные (поощрение) и негативные (изоляция, обособление, реабилитация). Социальный контроль может быть формальным и неформальным, то есть опирающимся на формальные нормы и санкции, и на общественное мнение. Объектом социального контроля является девиантное (отклоняющееся) поведение. 4.2. Относительность отклоняющегося поведения.  Практически нет таких форм поведения, которые во всех обществах (группах), рассматривались бы как девиантные, или наоборот, как допустимые. Девиантность поведения всегда определяется лишь по отношению к конкретной группе, поэтому многие формы поведения могут быть девиантными по отношению к одним группам и конформными - по отношению к другим. Девиантное поведение - это не всегда негативное явление, точно также как конформизм - далеко не всегда благо. Так, например, российское казачество первоначально было представлено девиантными группами, однако впоследствии было признано царским правительством в качестве необходимого элемента социальной структуры российского общества. Старообрядчество также на протяжении всей истории, начиная с XVII в., было девиантным движением; тем не менее, старообрядцы внесли значительный положительный вклад в становление российского предпринимательства. То же самое относится к протестантизму в Европе. Предприниматели в целом в любом традиционном обществе первоначально образуют девиантную группу. Девиантные контркультуры - естественный и необходимый элемент каждого нормально функционирующего общества, обеспечивающий его поступательное развитие и адаптацию к меняющимся ситуациям. Конечно, это относится не ко всем девиантным субкультурам, но необходим тщательный анализ, чтобы "отделить зерна от плевел"; недопустимо необдуманное уничтожение контркультур. Девиация и преступность. Зачастую, говоря о девиантном поведении, имеют в виду преступность. Однако это верно лишь отчасти. Девиацией в преступной шайке является отказ от преступного поведения. Девиантное, с точки зрения Закона, поведение, может быть нормальным с точки зрения моральных норм, и наоборот. 4.3. Теории девиантного поведения Основные подходы к объяснению девиантного поведения представляют собой не столько конкурирующие теории, сколько описание совокупности факторов, влияющих на склонность к девиантному поведению, и вызывающих различные формы девиации. Многие теории, пытаясь объяснить склонность определенных категорий людей к девиантному (преступному) поведению, обращаются к физиологическим факторам, прежде всего к физическому типу (Ч.Ламброзо, У.Шелдон). Предпринимались попытки объяснить склонность к девиантному (деликвентному) поведению с помощью психологических факторов. Так, З.Фрейд выдвинул концепцию, согласно которой люди, принадлежащие к некоторым психологическим типам, склонны к девиантному поведению и сами как бы стремятся к тому, чтобы их оценивали как потенциальных преступников. Однако эмпирические исследования не дали надежных результатов, подтверждающих эти теории. Большей достоверностью отличаются социологические концепции. Основные социологические теории, объясняющие девиантное поведение распадаются на две группы: I. Теории, рассматривающие девиацию как отклонение от норм, признаваемых всем обществом (функционалистский подход) 1. Теория аномии. Согласно Э.Дюркгейму, основной причиной девиантного поведения является разрушение системы общественных ценностей в периоды быстрых социальных перемен. Таким образом, рост преступности связан с определенными этапами развития общества. В отличие от этого, Р. Мертон считал аномию внутренне присущей современному ему буржуазному обществу, так как она возникает в результате рассогласования терминальных и инструментальных ценностей. Возникает парадокс - отклоняющееся поведение является следствием стремления следовать общепризнанным целям. Из 5 выделенных Мертоном типов поведения 4 являются разновидностями девиации (все, кроме конформизма). Типология отклоняющегося поведения Р. Мертона Тип поведения Терминальные ценности Инструментальные ценности Конформист + + Новатор + - Ритуалист - + Изолированный - - Мятежник – создатель-- новых ценностей. + + 2. Теория деликвентных культур. Согласно этой теории (Селлин, Миллер, Сазерленд), девиантные (деликвентные) группы и субкультуры, однажды возникнув, имеют тенденцию к самовоспроизводству. Молодежь втягивается в эти субкультуры, поскольку не может противостоять их социализирующему воздействию. II. Теории, объясняющие возникновение и поддержание девиантных субкультур тем, что правящие группировки общества сами определяют некоторые виды поведения как девиации, и тем самым способствуют формированию девиантных и деликвентных субкультур (конфликтологический и марксистский подход). 1. Концепция стигматизации (приклеивание ярлыков). Автор - Говард Беккер. Основа концепции - понятие "первичной" и "вторичной" девиации. Согласно этой концепции, многие люди могут совершить аморальные и даже противоправные поступки достаточно случайно. Но после этого они получают от общества "метку" ("стигму") преступника, и, отбыв наказание за первый проступок, уже вынуждены вливаться в криминальную среду. При этом правила, которые определяют норму в данном обществе, создаются относительно узкими кругами влиятельных лиц, решающих, какие формы поведения правомочны, а какие - нет, в соответствии со своими представлениями и нормами, принятыми в их кругу.  2. Еще дальше в отрицании наличия целостной нормативной системы общества пошли сторонники так называемой "радикальной криминологии". Как пишет Н. Смелзер, "радикальная криминология" не интересуется, почему люди нарушают законы, а занимается анализом сущности самой законодательной системы.  Законодательные акты рассматриваются как результат классовой борьбы, стремления правящих классов закрепить свое господство и подавить сопротивление угнетенных классов. В этом отношении радикальная криминология перекликается с классическим марксизмом. Тема 5. Социализация как процесс усвоения культуры 5.1. Социализация - совокупность способов формирования навыков и социальных установок индивидов, соответствующих их социальным ролям (Смелзер). Социализация включает две стороны. Во-первых - это процесс усвоения культуры, групповых норм и ценностей; во-вторых - формирование "Я" – личности человека. Понятие "личность" отличается от понятия "индивид". Под "личностью" (personality) понимается конкретный человек во всем богатстве его биологических и социальных черт.  Таким образом "личность" - одно из самых содержательных понятий социологии, в то время как "индивид" - понятие бедное, не предполагающее никаких или почти никаких предварительных знаний по психологии, социобиологии, социологии. Теоретические основания изучения личности заложил З.Фрейд (1856-1939), впервые выделивший два компонента личности - "бессознательное" (id) и социальное ценностно-нормативное начало ("superego"). Собственно личность как совокупность индивидуальных типологических особенностей человека (ego), согласно Фрейду, формируется на пересечении этих двух компонентов. Нередко социализация рассматривается исключительно как процесс воспитания и обучения в молодости и детстве. Однако такое понимание односторонне. Человек проходит процесс социализации в течение всей жизни, поскольку на каждом этапе ему приходится осваивать культуру новых социальных групп и слоев, в которые он "перемещается" по мере прохождения жизненного пути. Кроме нормального процесса социализации, при котором человек усваивает культуру новой группы, опираясь на багаж усвоенных ранее норм и ценностей, существует так называемая "ресоциализация", когда новое социальное окружение ломает, в корне меняет все сложившиеся ранее представления человека о жизни. 5.2. Теории социализации Вплоть до конца XIX в. в европейской и американской науке преобладали теории воспитания, берущие начало от работ просветителей (человеческая психика как "табула раза" - чистая доска, которую необходимо заполнить содержанием через воспитание) или от этического учения И. Канта (моральные принципы, единые для всего человечества, изначально присущи человеческой психике, и задача воспитания состоит в том, чтобы дать возможность проявиться этим принципам). При всех различиях, существовавших между этими подходами, они не могли объяснить реальных процессов, происходивших в человеческом обществе. Почему столь различны нормы и ценности, управляющие поведением людей? Почему молодые люди, которым в школе прививались одни и те же моральные принципы, так сильно различаются и по характеру и по жизненному пути?  Эти вопросы не случайно возникли в конце XIX в.; именно в этот период происходит окончательная трансформация традиционного европейского общества в индустриальное, а затем - в постиндустриальное. Возникает несколько фундаментальных теорий социализации, составляющих основу современного понимания этого процесса. 5.2.1. Теория З. Фрейда. Ее задача - объяснить причины психологических конфликтов, возникающих у современного Фрейду европейца, как в процессе первичной социализации (в детстве), так и в зрелом возрасте. Суть его теории состоит в том, что человек в процессе взросления преодолевает противоречия между id и superego, то есть между физиологическими (в первую очередь эротическими) влечениями и ограничивающими их социальными нормами. В ходе социализации он проходит 4 стадии: оральную, анальную, генитальную и фаллическую, в зависимости от того, от каких именно органов своего тела он получает наибольшее удовольствие и разрядку. Последняя стадия совпадает с формированием устойчивого влечения к лицам противоположного пола. Разные люди проходят эти стадии по-разному; зачастую это связано с неконтролируемой свободой, либо, наоборот, с чрезмерным подавлением их естественных потребностей. В зависимости от этого, формируются психологические особенности личности - крайний эгоизм или наоборот альтруизм, всевозможные психологические комплексы (которые сам Фрейд считал нормой; лишь крайние проявления комплексов можно считать аномальными). Наиболее распространенные комплексы - Эдипов (скрытое влечение мальчика к матери и конкуренция с отцом) и комплекс Электры (влечение девочек к отцу и конкуренция с матерью). 5.2.2. В отличие от школы Фрейда (психоанализ), направление, названное впоследствие Х. Блумером символическим интеракционизмом (Ч. Кули, Дж. Мид, А. Халлер), интересовалось не психологическими конфликтами, а отражением нормального процесса социализации, и прежде всего - почему система общественного образования и воспитания приводит к тому, что разные группы учащихся воспринимают разные ценности, зачастую прямо противоположные тем, которые предлагаются обществом. Они отметили, что формирование личности идет не только под влиянием школьных программ и СМИ, но главным образом под влиянием тех социальных групп, в которые включен ребенок с самого рождения. Наиболее разработан этот подход у американского философа Дж.Мида (1863-1931). Основная идея Мида состояла в том, что социализация в раннем возрасте происходит через постепенное освоение ребенком социальных ролей в группах. При этом, в детстве человек последовательно проходит три стадии: стадию имитации, на которой ребенок повторяет отдельные действия, присущие той или иной роли (например, шлепает игрушки, или прикладывает к ним стетоскоп); стадию индивидуального играния роли, на которой ребенок играет целостную роль, но в "социальной группе" своих игрушек (папа, мама, врач, и т.д.); наконец, стадию коллективного играния ролей, когда группы детей (5-8 лет) распределяют роли между собой ("дочки-матери", "казаки-разбойники", "Штирлиц-Мюллер"). Структура личности, по Миду, при внешней схожести с гипотезами Фрейда, в корне отличается от последних. Личность включает два уровня: "I" и "Me", которые на русский язык не совсем точно переводятся как "Я" и "Меня". Оба эти местоимения должны переводиться как "Я", но в разных значениях этого слова. "I" - это то, что я думаю о других и о себе, это мой внутренний мир. "Me" - это то, что, по моему мнению, обо мне думают другие, это моя внешняя социальная оболочка, как я ее себе представляю. Таким образом, если "Ме" в целом идентично "Superego", то "I" отличается и от "Id", и от "Ego" поскольку не предполагает бессознательного. 5.2.3. Теории Фрейда и Мида призваны объяснить эмоционально-нормативный срез личности. Однако не меньшее значение имеет развитие познавательных возможностей (Ж.Пиаже, А.Н.Леонтьев). Швейцарский психолог Ж.Пиаже (1896-1980) разработал теорию стадий когнитивного (познавательного) развития. Суть его теории состоит в том, что ребенок в процессе социализации воспринимает информацию не пассивно, а в соответствии со своими потребностями и устремлениями.  Пиаже выделял четыре стадии интеллектуального развития ребенка:  - сенсомоторную (до 2 лет), на которой ребенок не отделяет себя от окружения;  - дооперациональную (эгоцентрическую - до 7 лет), на которой мир воспринимается исключительно через призму своих эгоистических потребностей;  - стадию конкретных операций (7-11 лет), характеризующуюся тем, что ребенок осваивает отдельные физические и логические операции, становится менее эгоцентричным, но не способен посмотреть на себя глазами других людей;  - стадию формальных операций (11-15 лет), когда юноша или девушка не только научаются пользоваться всем богатством логики, начинают выбирать оптимальное решение из множества, но, самое главное, начинают, выражаясь языком Дж. Мида, формировать образ «обобщенного другого», то есть общественного мнения, оценивающего их собственное поведение. Близкую концепцию развивали советские психологи, предложившие так называемый деятельностный подход к анализу психологических процессов, в том числе и процесса социализации (С.Л.Рубинштейн, А.Н.Леонтьев). Согласно этому подходу, суть обучения вообще, социализации в частности, состоит в постепенном переносе операций с предметного уровня (игра, конструирование) на психологический уровень (логические операции, образное мышление). Школа Рубинштейна-Леонтьева также как Дж.Мид и Ж.Пиаже выступила против понимания социализации как пассивного усвоения набора «вечных истин». В отличие от Пиаже, советские психологи подчеркивали значение культурно-исторического компонента в процессе социализации – социализация проходит по-разному в обществах разного типа, обладающих разной культурой. Таким образом, между теориями социализации нет существенных противоречий; они скорее рассматривают различные ее стороны. 5.3. Механизмы и агенты социализации Социализация есть процесс усвоения индивидом культуры общества в целом, и отдельных его групп. Социализация происходит как через подражание, так и через механизмы социального контроля за соблюдением основных требований культуры группы и/или общества – чувство вины (внешний контроль) и стыда (самоконтроль личности). Поэтому социализация тесно связана с понятием "отклоняющееся (девиантное) поведение". Индивид, становясь членом какой-либо социальной группы, неизбежно нарушает принятые в ней правила поведения, даже если он искренне стремится придерживаться их. Одним из важных механизмов социализации являются положительные санкции за конформное поведение и негативные - за нарушение норм, в результате чего индивид усваивает нормы и ценности данной группы (общества), а также получает навыки соответствующего этим нормам и ценностям поведения. Результатом социализации является формирование личности, представляющей результат взаимодействия психологических и биологических особенностей индивида и требований культуры, усвоенных в результате социализации. Важную роль в процессе социализации играют референтные группы (см. Тему 2). Они демонстрируют индивиду образцы культуры, которым он подражает, и которые воспринимает в процессе социализации.  Социализация включает два этапа: первичной социализации, то есть усвоения базовой системы ценностей (до 14-15 лет), и вторичной социализации, когда нормы новых групп, в которые входит индивид, как бы нанизываются на уже сложившийся "костяк" нормативной системы. Основные агенты социализации Первичная социализация:  1. Родительская семья;  2. Детские дошкольные учреждения;  3. Компания сверстников в раннем детстве.  Вторичная социализация:  4. Школа;  5. Детские политические и любительские организации;  6. СМИ;  7. Профессиональные учебные заведения;  8. Армия;  9. Профессиональные круги. Социализирующая роль СМИ - положительные и отрицательные последствия. В ситуации быстрого изменения содержания культуры, особое значение приобретает наиболее гибкий и мобильный агент социализации - СМИ. Под эгидой "внедрения" рыночных отношений зачастую проповедуются ценности, несовместимые с развитием нормального рынка (культ лёгкой наживы, мошенничества, и т.д.).  5.4. Влияние особенностей групповой структуры современного общества на процессы социализации. Процессы социализации в современном обществе имеют свою специфику, связанную с особенностями социальной структуры и мобильности (разделение труда, проницаемость социальных границ). 1) В традиционном обществе жизненный путь человека во многом предопределен тем, к какой социальной группе принадлежат его родители. От рождения до смерти человек последовательно проходит несколько возрастных ступеней и на каждом этапе подвергается "предварительной социализации". В современном обществе социальная мобильность носит вероятностный характер - с каждой стартовой позиции человек может попасть на множество других. Поэтому заранее невозможно подготовить человека к деятельности во всех значимых группах; в результате он сначала попадает в какую-либо группу, а затем начинает к ней адаптироваться (социализироваться). 2) Вторая особенность социализации в современном обществе, по сравнению с традиционным, - множественность и взаимонезависимость агентов социализации. В традиционном обществе нормы, действующие в разных агентах социализации, более согласованы. Так, цех подчиняется городской общине; нормы сельской и городской общины согласуются на уровне ленлорда. Для современного общества характерны ролевые конфликты как следствие «мозаичного» характера социализации. Проблемы социализации в современном российском обществе связаны с тремя обстоятельствами: 1) изменением (разрушением) системы ценностей, в результате чего старшее поколение не всегда может подготовить молодежь к жизни в новых условиях;  2)коренным и очень быстрым изменением социальной структуры общества; неспособностью многих новых социальных групп обеспечить воспроизводство своих рядов.  3) ослаблением системы формального и неформального социального контроля, как фактора социализации. Тема 6. Межгрупповое взаимодействие. Стереотипы восприятия. Внутригрупповые и межгрупповые конфликты. 6.1. "Конфликт - открытая борьба между индивидуумами или группами в обществе или между государствами-нациями... Конфликт часто возникает из-за конкуренции за доступ (к) или контроль над недостаточными ресурсами или возможностями."  Если попытаться более строго определить конфликт, можно выделить следующие его компоненты: 1) две или более сторон, каждая из которых стремится обладать каким-то ресурсом (или ресурсами) в возможно большем количестве; 2) определенный ограниченный ресурс, в обладании которым заинтересована каждая из сторон; 3) правила взаимодействия, согласно которым увеличение количества ресурса в распоряжении одной из сторон ведет к уменьшению его в ведении другой стороны (или других сторон); 4) наконец, возможности для каждой из сторон вести необходимые действия для достижения своих целей или защиты интересов. Таким образом, конфликт - это открытые активные действия, которые как правило вырастают на базе скрытого напряжения. Конфликты, рассматриваемые в социологии, делятся на внутригрупповые и межгрупповые. Причины внутригрупповых конфликтов могут лежать как внутри, так и вне группы.  Внутригрупповыми факторами вызываются: - личностный конфликт между индивидами или индивида с группой;  - конфликт принадлежности, когда внутри группы образуются подгруппы; Внешними по отношению к группе факторами вызывается социальный конфликт, когда некоторые (или многие) члены группы являются одновременно членами других групп, чьи интересы противоречат интересам данной группы. Групповая динамика - это процесс, посредством которого взаимодействие между конкретными индивидами уменьшает напряжение каждого из них в данной ситуации или приводит к их взаимному удовлетворению.  Жизнь группы представляет собой чередование состояний равновесия и его нарушения. Равновесие существует в том случае, если силы сплочения преобладают над силами распада. Групповая динамика находит выражение в разрешении конфликтов. Основными стратегиями разрешения внутригрупповых конфликтов являются: -образование нескольких подгрупп и принятие своеобразной конвенции о взаимоотношениях между ними;  -удаление инакомыслящих членов группы;  -выбор "козла отпущения", то есть члена группы, которому приписывается вина за все ее неудачи, приведшие к конфликту;  -организационные изменения в группе (фиксация общей цели или изменение групповой цели; изменение в плане действий; выбор новых средств для достижения целей; реформа структуры - централизация-децентрализация);  -появление или смена руководителя, изменение способа управления группой;  -распад группы.  6.2. Межгрупповое взаимодействие и межгрупповой конфликт Межгрупповой конфликт является частным случаем межгруппового взаимодействия.  В темах 2-4 мы рассматривали социальную группу как самостоятельную единицу, не связанную с другими группами, все процессы в которой ограничиваются самой этой группой. Однако ни одна социальная группа не может существовать сама по себе, вне взаимодействия с другими группами. Это вытекает из самого ее определения. Два из трех признаков группы (идентичность и членство) предполагают, что существует по крайней мере еще одна группа, от которой члены данной группы могли бы себя отличать и представители которой, в свою очередь, могли бы их идентифицировать. Этот факт в социологии и социальной психологии был осознан очень давно, и поэтому были предложены специальные термины "своя группа" ("in-group") и "чужая (внешняя) группа" ("out-group"). Таким образом, межгрупповое взаимодействие - необходимый элемент социальной действительности, без которого нельзя понять не только общественные процессы в целом, но и многие явления в самих социальных группах. Взаимодействие между социальными группами, как и внутригрупповые процессы, проявляются на когнитивном, аффективном и поведенческом уровнях. 6.3. Стереотипы восприятия В основе любого межгруппового общения лежит образ представителей внешней группы, который формируется у людей, входящих в «свою» социальную группу. Действительно, от человека, приехавшего в Москву, нередко можно услышать "Ну, москвичи, они такие ..."; и дальше приводится набор определений, который меняется в зависимости от того, насколько успешным оказался визит человека. Если успешным - то определения будут скорее положительными, а если не очень - то наоборот. И у москвичей также складывается определенный образ гостей столицы, причем разные категории приезжих могут восприниматься очень по-разному. Стереотипом восприятия называется формирующееся в определенной социальной группе обобщенное и упрощенное представление о нормах, ценностях и правилах поведения представителей своей или внешней социальной группы. Если это представление касается своей собственной группы, то такие стереотипы называются автостереотипами. Если же речь идет об образе внешней группы, то стереотип называется гетеростереотипом. Поскольку в большинстве случаев в социологии изучаются именно образы внешней группы, то под "стереотипом" понимается именно гетеростереотип. Почему же люди обычно склонны к обобщению образа какой-либо группы, почему они не могут реагировать на поведение каждого отдельного человека, вне зависимости от его групповой принадлежности? На это есть несколько причин. Прежде всего, мир очень сложен, а информационные возможности каждого отдельного человека ограничены. Человек просто физически не способен оценивать поступки каждого, с кем он встречается в жизни, с учетом всего многообразия его жизненных обстоятельств и психологических особенностей. Поэтому мы обычно делим людей на категории (иногда эти категории совпадают с реально существующими социальными группами) и, на основании своего личного опыта, или опыта других людей, сами для себя выдвигаем предположения об общих нормах и ценностях, свойственных "этим" людям, принадлежащим к какой-либо категории, об их психологических качествах и манере поведения. Потребность в выработке стереотипов имеет и чисто практический смысл. Встречаясь и общаясь с людьми, входящими в различные социальные группы, человек должен прогнозировать их поведение. Естественно, что для этого он должен иметь хотя бы предварительное представление о том, как ведут себя "эти" люди в целом. Встречаясь с фанатом Спартака, я вряд ли буду заводить с ним разговор о Моцарте или о котировке акций, и уж наверняка не заикнусь о достоинствах ЦСКА. Хотя вполне может оказаться, что для данного конкретного представителя "спартачей" эти темы могут быть интересны. Но, скорее всего, такой болельщик будет исключением из общей массы. Наконец, стереотипы возникают из-за того, что люди склонны поддерживать и оправдывать цели деятельности, нормы и ценности своей группы, и относиться к другим группам в зависимости от того, соответствуют ли они этим целям, нормам, ценностям. Все перечисленные факторы составляют индивидуальные предпосылки формирования стереотипа. Однако собственно групповой стереотип возникает тогда, такое представление перестает быть моим личным представлением, и будет разделяться всеми членами моей группы или, по крайней мере, их большинством. Лишь очень редко стереотипы ограничиваются только представлением о другой группе, чаще всего они включают и ее оценку. Стереотипы могут быть положительными и отрицательными. Другими словами, стереотипы включают не только когнитивный, но и аффективный, оценочный элемент. Как правило, автостереотипы бывают положительными, а гетеростереотипы - нейтральными или более отрицательными, чем автостереотипы. Однако в ряде случаев бывает и наоборот. Например, когда значительная часть группы разочаровалась в ее ценностях, гетеростереотипы могут стать более положительными, чем автостереотипы. 6.4. Маргинальность Очень важным элементом межгруппового взаимодействия является маргинальность - состояние социальных категорий или личностей, принадлежащим двум или более социальным группам, но не принимающим до конца нормы ни одной из них, при условии, что нормы и/или ценности этих групп взаимно несовместимы. Маргинальные индивиды и группы появляются в самых разных социальных условиях; одним из наиболее важных факторов формирования маргинальности служат межрегиональные миграции. Маргиналы часто находятся в состоянии межролевого и внутриролевого напряжения, поскольку вынуждены играть плохо совместимые или даже взаимоисключающие роли в группах, на стыке которых они находятся; им приходится также подчиняться противоречащим друг другу социальным нормам и ценностям.  Маргиналы играют неоднозначную роль как в жизни групп, в которые они входят, так и в жизни всего общества. Именно среди маргиналов чаще всего наблюдается девиантное поведение, они могут выступать в качестве разрушительной силы; но одновременно именно маргиналы чаще всего оказываются движущей силой социального развития. 6.5. Групповой фаворитизм Формированием стереотипов восприятия и маргинальности не ограничиваются виды межгруппового взаимодействия. Психологов и социологов, изучавших межгрупповые отношения, в первую очередь интересовали два аспекта: межгрупповая дискриминация (ингрупповой фаворитизм) и межгрупповая агрессия. Под межгрупповой дискриминацией понимается явление, когда в ходе межличностного общения, при распределении различного рода ресурсов, предпочтение отдается представителям "своей" группы в ущерб "чужой". Под межгрупповой агрессией понимаются коллективные действия одной или обеих контактирующих групп, осуществляемые посредством прямого физического воздействия (избиение, убийство или угроза таковых) направленные на то, чтобы лишить противоположную группу доступа к какому-либо ресурсу, подчинить эту группу своему влиянию или физически уничтожить ее как целое. То, что люди часто предпочитают "своих" "чужим" известно безо всяких исследований. Но почему возникает это явление, насколько оно устойчиво, от каких факторов зависит? Это вопросы далеко не праздные, поскольку в повседневной жизни, в политике, в экономике люди постоянно сталкиваются с дискриминацией по признаку групповой принадлежности. К объяснению этого явления ученые пытались подойти с двух сторон; различия здесь прослеживаются по тем же линиям, что и при определении объективности существования группы. Представители североамериканской науки настаивали на том, что люди предпочитают "своих" "чужим", когда это приносит им личную выгоду или позволяет добиться общегрупповых целей. Однако более правильной оказалась позиция европейских исследователей во главе с английским психологом Генри Таджфелом. Они показали, что стремление к идентификации с определенной группой не зависит ни от каких корыстных соображений, а часто даже осуществляется вопреки последним. Таким образом, согласно результатам европейских исследователей, стремление к групповой идентичности является внутренним свойством человека, а не объясняется только ситуативными соображениями личной выгоды. Так, в экспериментах было показано, что люди склонны поддерживать "своих", даже если им лично это не несет никакой выгоды. Более того, многие люди часто испытывают гораздо более сильный стресс из-за неудачи "своих", чем из-за собственных проблем. В экспериментах европейских исследователей было показано, что люди стремятся поддерживать представителей "своей" группы тем сильнее, чем больше она отличается по каким-либо явным признакам от другой группы (или других групп) - по внешности, одежде, символическим элементам культуры, и т.д. На характер отношений влияет также опыт предыдущего общения между группами: если это опыт позитивного успешного сотрудничества, то и в последующем можно ожидать проявления дружественных или, по крайней мере, нейтральных отношений. Если же в прошлом группы конкурировали, если между ними были открытые конфликты, то это влияет на характер их взаимодействия даже в самой благоприятной для позитивного сотрудничества ситуации. Лучше всего, если члены двух групп начинают воспринимать друг друга как представителей некоторой более широкой общности. Все эти выводы имеют большое значение для понимания не только отдельных групп, но и общества в целом. Действительно, все процессы выглядят совершенно по-разному, если в них участвуют отдельные индивиды, каждый из которых действует в соответствии со своими эгоистическими интересами, и в том случае, если реальными "актерами" в театре жизни являются социальные группы. 6.6. Межгрупповые конфликты Межгрупповой конфликт является крайней формой проявления межгруппового напряжения. Большинство социологов конца XIX - первой половины XX вв. рассматривали конфликт как исключительное явление, нарушающее равновесие в обществе. Однако еще в середине XIX в. К.Маркс утверждал, что конфликт является не просто необходимым элементом любой социальной системы, но и движущей силой развития. Главным источником конфликта в рамках любой антагонистической формации он считал противостояние двух основных классов: эксплуататоров и эксплуатируемых. В условиях буржуазного общества - это класс буржуазии и рабочий класс (пролетариат). Маркс полагал, что предпосылки для социальных конфликтов имеются и в бесклассовых обществах (при родовом строе, а также в условиях социализма и коммунизма). Однако в этих формациях конфликты не носят антагонистического характера, то есть, в отличие от остальных формаций, они могут разрешаться без уничтожения самих основ общества, за счет сближения позиций конфликтующих сторон. Большинство современных социологов согласны с Марксом в том, что конфликты органичны и даже плодотворны для общества, но не разделяют его позиций относительно неизбежности уничтожения основ общества, и прежде всего частной собственности, вследствие антагонистических конфликтов. С этой точки зрения, выделяются два вида конфликтов: - неинституализированные, то есть протекающие без правил и без стремления противостоящих сторон найти консенсус;  - институализированные, предполагающие наличие правил ведения конфликтов, позволяющих избежать катастрофических последствий для цивилизации и находить оптимальные пути разрешения. Прав ли Маркс или его критики, покажет время. Несомненно, однако, что в условиях современной сверхтехнологичной цивилизации все разумные люди должны искать путей мирного разрешения конфликтов. К сожалению, как показывает опыт, во многих современных конфликтах всегда находятся их участники, которые в принципе не ориентированы на поиск оптимального решения. Поскольку классовое противостояние в глобальном обществе также носит глобальный характер, многие современные межгосударственные военные конфликты фактически являются межклассовыми. Политический экстремизм представляет опасность для всего человечества. Обычно, говоря о политическом экстремизме, имеют в виду только экстремизм бедных и угнетенных. Но основную опасность для человечества представляет именно экстремизм богатых и сильных. В заключение несколько слов о соотношение конфликтов и ролевого напряжения. Участие человека в межгрупповом конфликте совсем не обязательно ведет к возникновению ролевого напряжения. Институализированный конфликт, в котором каждый участник хорошо исполняет свои роли, может не вызывать ролевого напряжения (например, футбольный матч, результат которого устраивает обе команды, и каждый игрок которых сыграл в соответствии с требованиями тренера). Раздел 2. ОБЩЕСТВО Тема 7. Определение понятия «общество»  В повседневной речи понятие "общество" имеет множество значений. В социологии это понятие уточняется. В самом широком смысле говорят об обществе, как о всей совокупности человеческих отношений (например, природа и общество, общественное развитие, и т.д.). В этом смысле употребляется также понятие "человечество". В более узком и более точном смысле под обществом понимается большая социальная группа, постоянно базирующаяся на определенной территории, имеющая собственную культуру и органы управления, и обеспечивающая собственное демографическое воспроизводство. Длительность существования общества должна составлять как минимум несколько поколений. Общество - носитель целостной культуры; оно обеспечивает удовлетворение основных потребностей своих членов; в рамках общества сосредоточена основная часть их социальных контактов. В определении общества можно выделить 5 основных компонент: 1. Экономическую – общество обеспечивает жизнедеятельность своих членов, удовлетворение их основных биологических потребностей – в пище, одежде, жилье, и т.д.  2. Демографическую - общество, это большая группа людей (не менее нескольких сотен человек), которая обеспечивает свое собственное естественное воспроизводство, то есть включает как мужчин, так и женщин, вступающих в браки преимущественно в пределах данной общности (эндогамия), причем дети от этих браков также являются членами данного общества; длительность существования этой общности должна многократно превышать длительность человеческой жизни, то есть составлять не менее 150-200 лет.  3. Географическую - группа, составляющая общество, занимает определенную территорию, имеющую четкие географические границы (политические или естественные); представители данной группы должны составлять абсолютное большинство среди постоянного населения этой территории.  4. Нормативную - группа должна обладать собственной системой управления и социальных норм, в значительной степени независимой по отношению к системам других обществ или более широких сообществ.  5. Социально-культурную - общность должна обладать собственной культурой, осознаваемой ее членами как общая культура всего населения; у нее должен быть общий разговорный язык (что не исключает наличия локальных языков и диалектов); члены общества должны иметь самосознание своей групповой идентичности, неотъемлемой частью которой является исторический миф, (в научном смысле слова), трактующий события, связанные с формированием и развитием данного общества, а также самоназвание. В качестве обществ рассматривается население большинства государств, племенные союзы доаграрных формаций, и т.д. Общества создаются людьми для того, чтобы обеспечить выживание, удовлетворить ряд базовых биологических и социальных потребностей. По мере роста населения Земли, усложнения и развития технологий, численность обществ возрастала. Их размер зависел от двух факторов: - от технологического уровня, поскольку от этого зависит численность людей, которые могут обеспечить свое существование на данной территории;  - от развития каналов и средств информации. С этой точки зрения можно выделить три последовательные стадии: устная традиция; возникновение письменности; развитие системы средств массовой информации и телекоммуникаций (газеты, радио, телевидение, телефон). Формирование в последние годы всемирной информационной сети позволяет поставить вопрос о возникновении глобального общества, включающего все население Земли. Численность обществ охотников и собирателей составляла от 300-400 до нескольких тысяч человек. Численность аграрных обществ доходила до нескольких миллионов человек. Индустриальные и постиндустриальные общества насчитывают от нескольких десятков до нескольких сотен миллионов человек. Несмотря на то, что в социологии сложилось достаточно четкое определение понятия "общество", ученые признают, что далеко не всегда возможно однозначно определить, является ли данный объект обществом, или нет. Так, население многих суверенных государств в принципе не может обеспечить удовлетворение всех основных потребностей своих граждан в силу ограниченности природных ресурсов и международного разделения труда. С введением общеевропейской валюты и усилением роли общеевропейских организаций, в качестве общества может рассматриваться все население европейских стран, входящих в Евросоюз и принявших Евро в качестве валюты. Наконец, в последние 15-20 лет, по мере развития процессов глобализации, значительно изменился круг общения значительной части жителей Земли. Реальные связи и контакты теперь не ограничены рамками локальных общностей или территорией отдельных государств. Все больше людей, чьи родственники, знакомые и просто деловые партнеры проживают в других государствах и на других континентах, исповедуют другую религию, или не исповедуют никакой религии, и говорят на другом языке. Человечество представляет собой уже не совокупность больших и достаточно изолированных друг от друга групп населения, составляющих отдельные общества, а сложную сеть межличностных взаимодействий, частью локализованных, а частью выходящих далеко за границы каждого отдельного государства и охватывающих весь мир. Взаимодействие между обществами часто становится более существенным фактором их развития, чем внутренние процессы. На этом основании некоторые социологи делают вывод, что необходимо либо вообще отказаться от представления об отдельных автономных обществах, либо в корне пересмотреть концепцию общества (Чарльз Тилли, Иммануэль Уоллерстайн). Со вторым предложением, безусловно, можно согласиться; вместе с тем понятие "общество" как отражение локальных групп населения, безусловно еще долго (а может быть и всегда) будет необходимо в социологии, поскольку подавляющее число социальных связей большинства людей все равно сосредоточены в рамках национальных государств или наднациональных образований типа СНГ или Евросоюза.  Тема 8. Социальная структура и стратификация 8.1. Ни одно общество не бывает однородным. Разнообразие в человеческом обществе (в том числе и разнообразие социальных статусов) – необходимое условие его стабильности и позитивного развития. В социологии до сих пор не выработано единого, принятого всеми определения понятия «социальная структура». В данном случае используем наиболее общее и широко принятое определение данного понятия: «Социальная структура – более или менее постоянная модель социальных классификаций в определенном обществе, группе или социальной организации…» [] Члены любого общества всегда могут быть классифицированы по самым разным основаниям, образуя социальные категории: по полу, возрасту, цвету волос, доходу, первой букве фамилии, и т.д. Многие из показателей, по которым можно классифицировать членов того или иного общества, в обыденной жизни не имеют для них никакого (или почти никакого) значения. Для общества в целом, как правило, безразлично в какое время суток родился тот или иной человек, или на каком боку он привык спать, хотя для науки или лично для человека это может представлять определенный интерес. Однако часть показателей, по которым можно классифицировать индивидов, очень важна для общества. Факторы, определяющие социальную принадлежность человека, и признанные в среде всего общества, или его абсолютного большинства, в качестве важнейших в данном обществе, называются структурными или статусными переменными.  Социальная структура, таким образом – это набор статусных переменных и социальных общностей, которые выделяются при классификации людей по этим переменным. От общества к обществу, а также в каждом обществе с течением времени, меняется набор основных статусных переменных и порядок их ранжирования: одни переменные становятся более важными, другие, наоборот, отходят на второй план. Так, например, известны общества, где важнейшим показателем статуса человека является возраст, количество жен, или даже количество свиней в хозяйстве. Вряд ли в современной России многие считают, что лучше быть старым, чем молодым, или иметь детей от двух жен, которых надо содержать. В Советском Союзе одной из важнейших статусных переменных являлась принадлежность к правящей партии и место в партийной иерархии. В современной России партийная принадлежность, конечно, также имеет значение, но уже значительно меньшее, чем ранее. 8.2. Статус и роль Социальные статусы являются частным случаем социальных ролей. Статусными называются те социальные роли, которые определяются положением индивида на структурных переменных, то есть те, которые представляются существенными в глазах всего общества или его большинства. Социальные роли, которые важны только для самого индивида и его ближайшего окружения, не являются статусными. Например, человек может быть известен в кругу своих друзей и близких знакомых как хороший тамада - ведущий праздничных столов. Но в современном российском обществе такой фактор, как "быть хорошим тамадой" не определяет положение человека в глазах большинства. Важнее - какой он специалист, занимает ли он руководящий пост и какие у него доходы. В то же время в традиционном кавказском обществе социальная роль тамады вполне могла быть его основным или одним из основных социальных статусов. Таким образом, некоторые ролевые позиции человека в обществе могут быть одновременно и статусными, в то время как некоторые остаются только ролевыми. Какие именно ролевые позиции становятся статусными - зависит от того, что представляется наиболее важным в глазах общества.  Если какая-либо ролевая позиция является одновременно и статусной, она как бы распадается на две части, или рассматривается с двух сторон. Для членов конкретных социальных групп она представляется прежде всего как роль в рамках данной группы. Для остального общества - как статусная в масштабах общества. Например, для сотрудников фирмы позиция их директора - прежде всего его роль в фирме, то есть совокупность его обязанностей и ожиданий, которые сотрудники проявляют по отношению к нему. Хотя имеет для них значение и его социальный статус как директора фирмы. Для всего остального общества директор фирмы – это исключительно статусная позиция. По отношению к нему у общества во многом другие ожидания, чем у сотрудников фирмы. Статусные позиции гораздо более устойчивы, чем остальные роли. Один и тот же человек, выходя из своего рабочего кабинета в конце рабочего дня, прощаясь со своей секретаршей, добираясь до дому на автомобиле и ужиная с женой, в течение одного часа может исполнять множество социальных ролей, иногда несколько десятков. Его социальный статус при этом не меняется. 8.3. Ролевой набор Хотя социальные роли весьма подвижны и изменчивы, но за каждым социальным статусом как бы закреплен определенный набор социальных ролей. Этот набор обусловлен тем, что соответствие человека его социальному статусу требует своего подтверждения. Такой набор называется "ролевым набором". Так, например, крупный политик, помимо основной ("статусной") роли руководителя партии или фракции в Думе, должен исполнять роль примерного гражданина, заботящегося о судьбах народа и своих избирателей, хорошего семьянина, честного партнера в деловых отношениях, поскольку он должен общаться со спонсорами и фондами. В то же время многие социальные роли для него "закрыты" (например, бизнесмена, покупателя наркотиков, и т.д.). Таким образом, ролевой набор - это совокупность ролей, исполнение которых ожидается обществом от человека, имеющего определенный социальный статус. Некоторые роли обязательны; другие только желательны. Но значительное отклонение реального ролевого поведения от ролевого набора как правило ведет к утрате социального статуса. Понятие ролевого набора распространяется не только на верхние, но и на средние и нижние слои общества.  8.4. Классификация статусных переменных 1. Все статусные переменные делятся на ранговые (стратификационные) и номинальные. К стратификационным относятся те статусные переменные, разные позиции на которых пользуются большим или меньшим престижем в обществе. Основное внимание в социологии уделяется стратификационным переменным, то есть тем, которые обуславливают неравенство между людьми. Неравенство - постоянный фактор исторического развития, оно неистребимо и необходимо в обществе. Равенство есть идеал, мечта, но идеал конструктивный, к нему надо стремиться. В капиталистическом обществе абсолютное большинство согласно, что лучше иметь как можно больше денег. Уровень дохода (или накопленный капитал) является важнейшей стратификационной переменной. А для российского общества середины XIX века эта кажущаяся непреложной истина имела весьма ограниченное значение - многие крестьяне, составлявшие тогда подавляющее большинство населения России, вовсе не стремились заработать как можно больше денег любой ценой. Так что доход имел стратификационное значение лишь для очень ограниченной части общества. По поводу многих статусных позиций в обществе нет консенсуса, поэтому их нельзя однозначно отнести к ранговым или номинальным. Такие переменные, которые имеют стратификационное значение только для ограниченных социальных слоев, составляющих меньшинство общества, называются локальными ранговыми (стратификационными) факторами. Однако, социальная структура определеяется не только "вертикальными" стратификационными факторами. Многие важнейшие социальные статусы не имеют четко выраженного престижного, стратификационного, смысла. Так, например, в современном российском обществе это национальность, вероисповедание, политическая ориентация. Такие статусные переменные называются номинальными. Нередко "социальный статус" трактуют достаточно однобоко, как "более или менее престижное положение в обществе", привнося в понятие "статуса" стратификационный момент. Однако, такой подход приводит к нелепостям. Например, оказывается, что пол или место жительства не определяют статус человека, если в данном обществе эти переменные не имеют стратификационного значения. Соотношение между номинальными и стратификационными статусными переменными меняются от общества к обществу и в пределах одного и того же общества с течением времени. Каждая или почти каждая статусная переменная может быть и стратификационной, и локально-стратификационной, и номинальной. Например, этническая принадлежность в этнократических государствах безусловно является стратификационной переменной, а в современной России - номинальной. В патриархальном обществе пол - стратификационная переменная, в современном - в идеале - номинальная, а на самом деле - частично стратификационная. Возраст во многих традиционных обществах стратификационная переменная (чем старше - тем почетнее), а в современном, если и имеет стратификационное значение, то прямо обратное - чем моложе, тем лучше.  8.5. Страты Наиболее общий подход к изучению неравенства - концепция стратификации. Страта - от латин. "Stratum"- пласт (букв. - "одеяло") - совокупность людей, имеющих некоторые схожие признаки, по которым они различаются на лестнице социальной иерархии. Социальными стратами называются категории населения, объединяемые общественным сознанием по их положению на стратификационных переменных. Например, в обществе может быть признано, что доходы от 2 до 5 тыс. у.е. в месяц являются средними, и семьи с таким уровнем дохода будут относиться к средней страте по доходам. Страты в обществе могут выделяться как по одному отдельно взятому признаку, так и по нескольким. В обществах, находящихся в стабильном, устойчивом состоянии, многие статусные переменные тесно связаны друг с другом, что обуславливает так называемую кристаллизацию статусов. Чрезмерная кристаллизация статусов - признак закостенения и стагнации общества, превращения страт в касты. В обществах в переходные моменты их развития, наоборот, развивается рассогласование, раскристаллизация статусов. В современном постиндустриальном обществе принято выделять 4 основные стратификационные переменные: уровень дохода;  отношение к власти;  престиж профессии;  уровень образования. Во многих рыночных обществах наблюдается тенденция к кристаллизации статусов по этим переменным - выходцы из более богатых семей получают лучшее образование и более престижные профессии, что, в свою очередь, позволяет им оказывать более сильное влияние на власть, и вследствие этого получать более высокие доходы, и т.д. В период разложения феодализма высокий доход и знатность происхождения были двумя важными, но не всегда сочетавшимися структурными переменными. Пример Г-на Журдена из пьесы Мольера "Мещанин во дворянстве". Одного из маршалов Наполеона спросили, кто были его предки, на что он ответил: "Я сам - предок!" Разновидностью "многомерной" стратификации является классовая структура общества. 8.6. Достигаемые и предписанные статусы Существенное значение для классификации статусных переменных имеет механизм приобретения статуса. С этой точки зрения выделяются биологические, достигаемые и предписанные статусы. Важным фактором дифференциации населения по биологическим признакам во всех обществах являются демографические различия (по полу и возрасту); в некоторых обществах имеет статусное значение расовая принадлежность. В обществе эти различия закрепляются как социальные (институализируются). Стратификация по демографическим и другим природным признакам закрепляется: - обычаем, традицией; - системой принуждения.  Наследуемые (предписанные) социальные статусы - это такие статусные позиции, приобретение которых в данном обществе определяется преимущественно происхождением индивида, и передается по наследству от родителей к детям. Наследственный характер статуса не исключает возможности его изменения в течение жизни человека. Он предполагает лишь две вещи: - человек рождается, уже принадлежа к определенной группе;  - вероятность покинуть эту группу в течение жизни для него незначительна - это скорее исключение, чем правило. Предписанными являются: принадлежность к определенному роду в племенном обществе, принадлежность к сословию в аграрном (доиндустриальном) обществе. Сословием называется социальная страта, отличающаяся набором определенных прав и обязанностей, закрепленных законодательно. Принадлежность к определенному сословию определяла весь образ жизни человека, в частности, какие виды деятельности разрешены, а какие – запрещены; она обозначалась с помощью специальных символов (одежда, знаки отличия, формы и размеры строения, способы передвижения, оружие, и т.д.). Крайними формами сословной стратификации являлась принадлежность к сословию свободных или рабов, а также к определенной касте (Китай, Египет, Индия). Существует предположение, что изначально индийские касты складывались на основе групп различного этнического происхождения. В классическом кастовом обществе (Индия до середины XX в.) человек ни при каких условиях не мог изменить своей кастовой принадлежности. Рудиментом системы предписанных статусов в современном российском обществе является прописка. Ненаследуемые (достигаемые) социальные статусные позиции – это такие, которыми человек в данном обществе не может обладать исключительно по праву рождения. В современном обществе к ним относятся: - этакратическая стратификация (по отношению к власти);  - социально-профессиональная стратификация. В ее основе - род занятий и уровень квалификации. Основоположником этой концепции можно считать А.Смита, обосновавшего решающую роль труда как источника благосостояния общества и дохода отдельного труженика;  - классовая структура общества (К.Маркс). Класс - это большая группа людей, объединяемых по своему положению в общественном разделении труда, отношению к собственности, характеру и размеру получаемого дохода. По Марксу, само по себе наличие общих интересов и общих позиций у слоев общества еще не делает эти слои классами.Он выделяет две категории : "класс- в- себе" и "класс-для-себя". Класс-в-себе – это совокупность лиц, объединяемых по перечисленным трем признакам. Но это всего лишь "зародыш" реального социального класса. Чтобы сформировался класс-для-себя, необходимо осознание его членами общности своих экономических и политических интересов, создание собственной идеологии и организации. Это возможно только в ходе классовой борьбы - основной разновидности социального конфликта и движущей силы антагонистических классовых обществ. Деление статусов на предписанные и достигаемые носит относительный характер. Некоторые статусные переменные, возникшие как предписанные, впоследствие могут стать достигаемыми. Например, принадлежность к сословию - предписанный статус, однако в период экстенсивного развития феодальной системы в дворянское сословие принимаются люди из других сословий. В российской истории известны по крайней мере два таких периода: формирование нового слоя дворянства во времена Ивана Грозного и служилого дворянства в период правления Петра Первого. Эти правители, чтобы обеспечить опору власти, формировали новые слои дворянства из представителей других сословий. Так, например, Иван Грозный после взятия Казани в 1554г. предоставил дворянские звания тем представителям казанской знати, которые согласились принять православие. Наоборот, обладание богатством, которое в рыночном обществе изначально является достигаемым статусом, со временем становится преимущественно предписанным статусом. Теоретики социологии середины XX В. (Т.Парсонс, Р.Мертон, П.Сорокин) считали, что основная тенденция развития всего человечества состоит в переходе от обществ, где преобладают биологические и предписанные статусы, к обществам, основанным на достигаемых статусах; этот процесс рассматривался как основа модернизации. Этот прогноз, однако, не подтвердился; развитие общества носит более сложный характер. Закрепление достигаемых статусных позиций в качестве наследуемых происходит, в частности, через механизм подбора брачных партнеров в соответствии со статусом самих супругов и их родителей. Брачный выбор играет также значительную роль в сохранении системы предписанных статусов, в недопущении "посторонних" в сложившиеся страты. Аналогичную роль играет система образования. 8.7. Основной статус Человек в любом обществе обладает многими статусными позициями. Среди всех статусных позиций, занимаемых человеком в обществе, выделяются основные и второстепенные. Основной статус - положение индивида на одной из статусных позиций, которое в значительной степени определяет собой остальные его статусные и ролевые позиции (за исключением биологических). В разных обществах основной статус бывает связан с разными статусными переменными. В современном капиталистическом обществе в качестве основного статуса обычно выступает обладание собственностью и доход, а также социально-профессиональная принадлежность. В любом обществе сосуществует несколько моделей стратификации; стратификационные факторы, признаваемые в одних слоях, могут быть несущественны или малосущественны в других. Однако в стабильном обществе один из стратификационных факторов является превалирующим и подчиняет себе все остальные. Например, в этакратическом обществе (основанном на вертикальной структуре власти) доминирующим является положение на властной структуре - от него зависит доход, возможности профессиональной карьеры. В аграрном обществе главным является отношение к земле; в родовом обществе - принадлежность к более или менее престижному роду. Основной статус может быть субъективным и объективным. Та статусная позиция, которая определяет положение человека в обществе, по мнению большинства общества ("конвенциальный статус"), может быть названа объективной. Те статусные позиции, которые сам индивид считает для себя главными, называются субъективными. Обычно в обществе объективные и субъективные статусные позиции совпадают, то есть большинство людей оценивают себя по тем же критериям, что и их социальное окружение. Однако в любом обществе всегда есть люди, считающие для себя наиболее важными те статусные позиции, которые для большинства окружающих их людей представляются несущественными или второстепенными. Так, например, общество может расценивать человека как специалиста-инженера, в то время как он сам свой статус определяет прежде всего в качестве коллекционера раритетов (марок, автомобилей), что и приносит ему основной доход. Социальная структура общества, в зависимости от распределения членов общества по статусным позициям, может быть представлена в форме пирамиды, где наверху расположены наиболее престижные позиции, а внизу - наименее престижные. Общества различаются в зависимости от формы статусных пирамид. Принято выделять следующие основные виды структур:  - классическую пирамиду, для которой характерно равномерное убывание численности слоев по мере роста их статуса;  - "бочку" - структуру с численным преобладание средних слоев (считается оптимальной структурой для современного общества);  - "трубу" - структуру, где численность слоев всех уровней примерно одинакова. Кроме того, возможны (и встречались в истории) различные модификации пирамид (усеченные, перевернутые, и т.д.). Социальную структуру образуют не только такие факторы, как доход, образование, классовая принадлежность, но и так называемая "поселенческая структура", то есть территориальные общности. Территория любого государства поделена на определенные единицы (округа, графства, области, районы, и т.д.). Проживание в каждом из них может быть более или менее престижным. Кроме того, основные ячейки поселенческой структуры - населенные пункты - это не отдельные, взаимонезависимые единицы. Они также образуют своеобразную иерархическую лестницу: нижние ее ступени - самые маленькие сельские населенные пункты; затем следуют крупные села, районные центры, средние и крупные города, и наконец областные центры и столицы автономий. Верхние этажи лестницы образуют города государственного подчинения и столицы ( в России - "Первая" и "Вторая" - Москва и Санкт-Петербург). Проживание в населенном пункте каждого уровня предоставляет неодинаковые социальные возможности. Различия между этими уровнями отражаются на размерах доходов населения, доступности коммунального обслуживания, образовательных и рекреационных возможностях, и т.д. Все это определяет престижность проживания в населенных пунктах того или иного уровня, и влияет на половой, возрастной, образовательный и профессиональный состав их населения. 8.8. Квазигруппы как элементы социальной структуры Принципиальное изменение в структуре общения, произошедшее в последние десятилетия, формирование информационного общества, резко повысило роль квазигрупп (агрегатов) в общественной жизни. Квазигруппы всегда играли важную роль в истории, но именно в условиях массового общества они приобретают особое значение. Традиционные общества базируются на устойчивых социальных группах, однако в периоды массовых религиозных движений, восстаний, на первый план выходит такая форма квазигрупы как толпа. Впервые теоретическое обоснование поведения квазигрупп в аграрных и ранних индустриальных обществах дал французский психолог и социолог Гюстав Лебон (1841-1931). Он отметил, что толпа резко отличается от социальных групп - поведение индивида становится в ней импульсивным и бессознательным; толпа придает человеку дополнительные силы, но снимает с него чувство ответственности, то есть в толпе перестает действовать ролевая и нормативная система. В отличие от группы, поведением толпы полностью управляют лидеры с помощью механизмов "массового заражения" идеологическими догмами. Психология толпы сохраняет свое значение и в современном постиндустриальном (информационном) обществе. Однако здесь особое значение приобретает другие формы квазигрупп: аудитории (особенно аудитории СМИ) и круги общения (социальные сети). Согласно некоторым современным теоретическим подходам (Гранноветтер), информационное общество состоит не столько из устойчивых социальных групп, сколько из системы межличностных информационных каналов, образующих более или менее устойчивые социальные сети. Каждый человек находится на пересечении множества независимых друг от друга социальных групп и других общностей, и имеет возможность выбирать в качестве референтной ту из них, которая наиболее важна для него в данный момент. Более того, средства массовой информации сами позволяют создавать новые идентичности и использовать их в интересах компаний, партий, административных структур. Возникают такие квазигруппы, как приверженцы того или иного товара, той или иной партии, той или иной идеи. В квазигруппах, как и в группах, происходят межличностные контакты, однако квазигруппы отличаются большой численностью и неопределенностью границ. Критерии принадлежности к квазигруппе как правило не очевидны и очень неустойчивы, их состав постоянно меняется. Они придерживаются определенных культурных образцов, однако эти образцы являются не результатом обобщения опыта, накопленного ее членами, а следствием психологического и культурного воздействия лидеров через СМИ. Поведение квазигрупп пока недостаточно изучено; вместе с тем, учитывать его чрезвычайно важно в политической и экономической жизни современного общества. Повышение роли квазигрупп не отменяет важной роли социальных групп в обществе, но существенно меняет характер всего общества. Тема 9. Социальная мобильность 9.1. Социальная мобильность - это изменение социального статуса индивида, группы, организации, страны. Основателем концепции социальной мобильности является русский социолог, эмигрант "первой волны" в США, П.А.Сорокин. Он трактовал мобильность весьма широко, применяя это понятие не только к перемещению индивидов и групп, но и социальных идеологий и теорий. Из приведенного определения мобильности вытекает классификация ее видов. Во-первых, она делится на индивидуальную, связанную с перемещением отдельных лиц, и групповую, когда изменяется статус целых социальных групп, слоев, категорий и даже государств.  Во-вторых, мобильность делится на вертикальную и горизонтальную. К горизонтальной мобильности относится изменение номинального статуса, а также любое изменение статуса, не связанное с существенным перемещением по стратификационным переменным. Например, перемена религиозной принадлежности; переход из одной организации в другую на должность, примерно равную по престижности, при условии, что организации также примерно равностатусны. Вертикальная мобильность - перемещение индивидумов и групп в обществе между различными позициями в иерархии социальной стратификации. Иногда мобильность определяется лишь как вертикальная; но такой подход вряд ли правилен, хотя бы потому, что придется вводить отдельное понятие для обозначения перемещения между номинальными статусными позициями.  Вертикальная мобильность подразделяется на восходящую, связанную с повышением социального статуса, и нисходящую. В-третьих, мобильность бывает внутрипоколенной и межпоколенной. Внутрипоколенная мобильность - это изменение положения индивида в течение его карьеры. Межпоколенная - изменение положения отдельных индивидов, семей, социальных категорий и групп, по сравнению с положением их родителей. В-четвертых, мобильность бывает структурной и неструктурной. Структурная мобильность приводит к изменению всей социальной структуры общества. Пример - изменение структуры советского общества в период модернизации 30-60 гг. Неструктурная мобильность - любые перемещения в системе статусных переменных, не связанные с кардинальным изменением существующей социальной структуры. 9.2. Миграция и мобильность Территориальное перемещение населения (миграции) также должно рассматриваться как форма социальной мобильности. Под "миграцией" в широком смысле понимается любое перемещение населения за границы определенной территории(обычно - населенного пункта), независимо от того, на какой срок и с какой целью оно происходит. Однако в научной и научно-популярной литературе гораздо чаще используется узкая трактовка: миграция – это перемещение, связанное с изменением места (населенного пункта) постоянного проживания. Миграция в широком смысле слова включает в себя также, помимо переезда на постоянное жительство, миграцию маятниковую и сезонную. Маятниковая миграция - это регулярное перемещение населения между двумя и более населенными пунктами, без изменения места жительства, связанное с работой, учебой или отдыхом; чаще всего это ежедневные поездки, хотя иногда в качестве маятниковых миграций рассматриваются поездки и на более длительный срок (обычно в пределах недели). Существует множество оснований для классификации миграционных потоков. Для социолога наиболее важными являются два: 1) Миграции между населенными пунктами различного ранга. Миграции, как и любой другой вид социальной мобильности, могут быть "вертикальными" (связанными с повышением или понижением статуса места жительства), и "горизонтальными", когда переезд осуществляется между населенными пунктами одного и того же ранга. С вертикальными миграциями ассоциируются прежде всего процессы урбанизации, необходимым элементом которых является миграция населения из сел в города. 2) Миграции "внутренние" и "внешние". Это деление достаточно условно. Обычно в официальной статистике под "внутренними" миграциями понимается переезд на новое место жительства в пределах одного государства; под "внешними" - переезд на постоянное (или достаточно длительное) жительство в другое государство. Однако, в зависимости от целей исследования, иногда в качестве "внешних" рассматриваются миграции между различными субъектами Федерации.  9.3. Характер социальной мобильности в России менялся на протяжении всей ее истории.  Достаточно точно его можно фиксировать с начала XVIII в. Как и любое аграрное и полуаграрное общество, Россия вплоть до конца XIX в. характеризовалась весьма низкими темпами вертикальной социальной мобильности. Основу социальной структуры в эти годы составляли сословия. Однако границы сословных групп были более проницаемыми, чем в Европе в период классического феодализма. Это было связано с политикой абсолютистского государства. Хотя по отношению к численности крестьянства отток был малозаметен ввиду чрезвычайно высокой доли крестьян в населении, однако по отношению к дворянству и городским сословиям темпы мобильности были очень высокими. Выходцы из крестьян, выплачивая выкуп и налоговую ставку, достаточно легко попадали в городские сословия, вплоть до купцов первой гильдии. Ряды служилого дворянства также весьма интенсивно пополнялись из всех сословий российского общества - из крестьян, мещан, купцов, духовенства. В то же время, по крайней мере со времен Петра I, не происходило существенной структурной мобильности, то есть слои, составляющие социальную структуру, оставались все теми же; до 1870-х годов незначительно менялось лишь их количественное соотношение. Зато в течение последующих 140 лет Российское общество пережило не только интенсивную вертикальную мобильность, но и несколько этапов структурной мобильности. Сначала, в период 1870-1917 гг., формировался класс промышленной буржуазии и пролетариата. Затем, в основном в период с 1930 по 1970 г., происходил интенсивный процесс модернизации, и формировалась структура, близкая к структуре индустриального и постиндустриального общества, с тем отличием, что отсутствовал класс частных предпринимателей и весьма ограничена была сфера действия рыночных отношений. Наконец, с 1990-х годов начался третий этап структурной мобильности, связанный с формированием постиндустриального общества, основанного на рыночной экономике. В процессе этих структурных сдвигов менялось не только количественное соотношение социальных слоев, но и относительный престиж профессий. Так, в 1930-50 гг. наиболее престижными были технические профессии (инженер, квалифицированный рабочий); в 50-70 - профессии, связанные с наукой; с середины 80-х годов - профессии, связанные с торговлей и финансами. В течение всего этого периода наблюдались необычайно высокие темпы внутрипоколенной и межпоколенной мобильности и низкий уровень замкнутости профессиональных групп, что отмечалось не только советскими, но и западными социологами. Чрезвычайно высокими были в этот период также темпы территориальной мобильности (как вертикальной - из села в город, так и горизонтальной - во вновь осваиваемые районы и на стройки). Только с середины 70-х годов миграция стала сокращаться; однако с начала 90-х вновь наблюдается рост темпов миграции из бывших союзных республик в регионы РФ.  Тема 10. Культура и общество 10.1. Определение понятия «культура»  Общество в целом и отдельные составляющие его группы обладают специфическими культурами. Что же такое «культура»? В XIX и первой половине XX вв. культуру определяли в основном через отличие результатов человеческой деятельности от чисто природных явлений, то есть давали "определение через отрицание". При таком подходе понятие "культура" практически сливалось с понятием "общество". Когда же авторы этого периода пытались дать содержательное определение, то, как правило, оно представляло собой набор эпитетов, ассоциируемых у европейца или североамериканца с понятием "культурность". В качестве примера можно привести формулировку Э.Тайлора, одного из основателей научной антропологии: "С идеальной точки зрения на культуру можно смотреть как на общее усовершенствование человеческого рода путем высшей организации отдельного человека и целого общества с целью одновременного содействия развитию нравственности, силы и счастья человека. Это теоретическое определение цивилизации в немалой степени соответствует действительной цивилизации, какой она выступает при сравнении дикого состояния с варварством и варварства с современной цивилизацией". Таким образом, согласно этому определению, с одной стороны - существовали культурные европейцы и североамериканцы, с другой - некультурные или малокультурные "дикари". Десятилетия исследований и дискуссий значительно продвинули понимание сущности культурных явлений. Если проанализировать наиболее распространенные подходы к определению культуры, принятые в современной науке, можно выделить следующие составляющие: Культура - это: -опыт общества и составляющих его социальных групп, накапливаемый в результате деятельности по удовлетворению потребностей и адаптации к окружающей природной и социальной среде;  -это не любой опыт, а только тот, который становится достоянием всей группы или всего общества. Опыт, которым индивид не поделился с членами своей группы, не входит в состав культуры;  -это опыт, который передается с помощью языка, а не через биологические механизмы (генофонд);  -наконец, лишь тот опыт входит в культурный багаж, который не остается в пределах одного поколения, а передается из поколения в поколение. Говоря кратко: Культура - это групповой опыт общества или группы, который передается из поколения в поколение посредством языка. Основные элементы культуры:  Ценности - разделяемые в обществе (группе) убеждения относительно целей, к которым люди должны стремиться, и основных средств их достижения (терминальные и инструментальные);  Нормы социальные - стандарты (правила), регулирующее поведение в социальной обстановке.  Образцы поведения - устойчивые комплексы поведенческих актов, которые принято демонстрировать в каком-либо обществе в ответ на стандартный социальный стимул и/или социальную ситуацию.  Знания - представления о свойствах природы и общества и закономерностях, управляющих ими, функционирующие в данном обществе, или социальной группе.  Навыки - практические приемы манипулирования природными и социальными объектами, распространенные в данном обществе (группе).  Символы - "Знаки, в которых связь между ними и отображаемыми ими значениями является условной". К символам каждой конкретной культуры принадлежат различные знаки, позволяющие классифицировать явления природы и общества, а также алфавит письменности.  Артефакты - совокупность предметов, произведенных в рамках какой-либо культуры, и отражающих ее нормы, ценности, содержащиеся в ней знания, достигнутые технологические приемы, служащие символами данной культуры. 10.2. Культура как социальный феномен На самых ранних этапах существования человечества коллектив, который обеспечивал существование индивида, составлял несколько соседних очажных групп и образовывал племя, которое и было примитивной формой общества. Численность первобытных племен, внутри которых осуществлялся весь жизненный цикл, редко превышала несколько десятков, иногда – сотен человек.  По мере роста населения Земли, усложнения и развития технологий, развития потребностей, численность таких максимальных групп возрастала, усложнялась их структура. Утрата обществом качеств, перечисленных в этом определении, сопровождается распадом культуры как целого. И наоборот, распад культуры ведет к распаду общества. Почему же именно общество является носителем целостного комплекса культуры? Почему в строгом смысле слова нельзя говорить о целостном автономном культурном комплексе таких социальных групп как класс, страта, политическая партия, население территориально-административной единицы (области, города)? Прежде всего, потому, что ни одна из перечисленных групп не обеспечивает полного цикла удовлетворения основных потребностей индивидов и групп, входящих в их состав. Население города, многие социальные классы, и тем более совокупность политических единомышленников, составляющих партию, не могут обеспечить себя продовольствием без участия других социальных групп. Население области не может быть гарантировано от вооруженного вторжения, без участия всего государства. Многие большие социальные группы в современном обществе не могут обеспечить демографического и культурного воспроизводства, и тем более гарантировать соблюдение определенного нормативного порядка в своей среде. Полноту удовлетворения этих потребностей гарантирует именно общество как целое. Культура - свойство общества в целом. Любая группа, входящая в общество, обладает лишь частью культуры. Поэтому, строго говоря, культура отдельной социальной группы должна называться субкультурой. Однако для краткости часто говорят о культуре отдельных социальных групп. Например, группа абитуриентов вместе с преподавателем образуют социальную группу. У этой группы есть элементы собственной культуры. Однако основная часть культурных норм, управляющих этой группы, принадлежит обществу, частью которого она является. Одним из основных свойств культуры является ее системность. Системность культуры состоит в том, что: -каждый элемент культуры связан с каждым другим;  -изменение любого существенного элемента культуры неизбежно влечет за собой изменение всех других элементов культуры. Понятие "системность культуры" относится только к целостному культурному комплексу, то есть к культуре общества. Субкультура, то есть культура отдельно взятой группы, не обладает свойством системности в полной мере именно потому, что многие ее элементы представляют более широкие социальные общности и не обязательно меняются вместе с изменением отдельных элементов данной группы. Например, если в группе абитуриентов изменяются способы контроля усвоения знания (вводятся домашние работы или эссе), это не меняет в принципе норм общения преподавателя и абитуриентов, или форму договора и оплаты. 10.3. Субкультуры и контркультуры Субкультура – культура группы, нормы которой заметно отличаются от доминирующей культуры, хотя и не обязательно противоречат ей. Контркультура - субкультура группы, нормы которой противоречат основным нормам доминирующей культуры. Субкультуры и контркультуры - необходимый элемент общества. "Монолитность" культуры, отсутствие в ней субкультур и контркультур, есть признак стагнации развития и предпосылка умирания культуры и общества. Напомним, что согласно концепции Р.Мертона, поддерживаемой большинством социологов, девиантное поведение неизбежно возникает в современном обществе. Отдельные девиации могут формировать контркультуы. Это не означает, что любая субкультура или контркультура есть благо для общества. Но это означает, что нельзя преследовать суб- и даже контркультуру только за то, что ее нормы отличаются от норм доминирующей культуры или даже противоречат ей. Наличие субкультур и особенно контркультур увеличивает вероятность возникновения межролевого напряжения в обществе; в обыденной жизни одни и те же люди часто подчиняются разным нормативным системам. 10.4. Культура духовная и материальная В соответствии с определением культуры, любой ее элемент имеет духовное содержание, то есть связан с коллективным сознанием; и в то же время он всегда имеет свой материальный носитель. С другой стороны, ни один материальный предмет не может рассматриваться как культурный артефакт, если он не имеет духовного содержания в данной конкретной культуре. Один и тот же предмет в разных культурах может рассматриваться как часть дикой природы и как культурный феномен (например, священное дерево или гора). Более того, один и тот же предмет может в разных культурах иметь совершенно разное значение. Для альпиниста горная вершина - это род спортивного снаряда, а для местного жителя - обиталище духов. Поэтому деление культуры на материальную и духовную условно.  Строго говоря, материальная и духовная культура - это не два разных вида предметов, явлений, ценностей, а два разных взгляда, точки зрения на одни и те же предметы, и т.д. Часто в это деление вкладывается и другой смысл. Материальная культура - это совокупность норм, навыков, знаний и т.д., связанных с адаптацией данного общества к биофизическому окружению, то есть к природе (включая и физиологию самого человека), а духовная культура - это то, что связано с регулированием отношений внутри самого сообщества. Такое деление обоснованно, хотя также довольно условно. К какой культуре отнести, например, Йогу или Цигун? Механизмом трансляции культуры, передачи ее норм и ценностей из поколения в поколение, является язык. Особую роль играет так называемая «художественная культура», которая подразделяется на народную (фольклорную), элитарную и поп-культуру. Фольклорная культура - производимая самим народом; элитарная - профессиональная культура для узкого круга; поп-культура - профессиональная культура для масс. Границы между ними весьма проницаемы и условны. 10.5. Молодежные субкультуры Понятие молодежи в каждом обществе различно. В традиционных обществах существует несколько граней взросления, переход каждой из которых отмечается определенным обрядом. Последним рубежом является вступление в брак. В современном обществе, к сожалению, такие четкие границы и обряды отсутствуют, что говорит, скорее всего, о его незрелости. В любом обществе - как традиционном, так и современном, - существуют молодежные субкультуры. Они несут функции социализации, адаптации культуры к новым условиям (культурной динамики), социального контроля. Однако место этих функций в традиционной и современной культуре различно. В традиционном обществе больший вес имеют функции социального контроля и социализации молодежи к культурным нормам, выработанным предками. В современном обществе важнее адаптивная функция. Поэтому молодежные культуры имеют поисковый характер, они неизбежно в чем-то ошибочны. Важно, чтобы эти ошибки вовремя замечались и корректировались. Однако это задача самой молодежи, а не представителей других поколений.  Тема 11. Мораль как регулятор социального поведения 11.1. Мораль является важнейшим неформальным регулятором социального поведения и одной из главных этических категорий. В отличие от прочих правил и социальных норм, моральная оценка всегда предполагает оценку поступка с позиций добра или зла. Например, человек, сидя на светском банкете, может неверно пользоваться вилкой и ножом. Очевидно, что это будет нарушением существующих в этой группе норм этикета, однако даже самый строгий хранитель традиций вряд ли увидит в этом аморальный поступок. Таким образом, в отличие от социальных норм, которые могут сильно отличаться друг от друга в различных группах и кругах в пределах одного общества, моральные нормы, будучи связаны с доминирующей культурой, носят более устойчивый и общий характер.  11.2. Мораль и нравственность. Эти категории являются очень близкими, взаимосвязанными, и нередко употребляются как синонимы. Однако большинство ученых сходится в том, что различие этих категорий носит принципиальный характер и позволяет более рельефно описывать поведение человека. В решении вопроса об их различии существуют два основных подхода. Согласно первому, восходящему к Канту (1724-1804), мораль представляет собой внутренние убеждения человека («моральный закон»), тогда как нравственность является практической реализацией этих принципов, действием на их основании в реальной жизни («нравственный поступок»). Несколько иной подход к решению этой проблемы восходит к Гегелю (1770-1831), для которого важнейшим признаком моральных принципов являлась их опора на собственные, самостоятельные размышления человека о добре и зле. В противоположность им нравственные нормы носят надындивидуальный характер, являются, говоря современным языком, элементами коллективного сознания и ориентированы, соответственно, лишь на внешнее содержание поступков человека. Таким образом, с точки зрения этого автора, если нравственное сознание (или его прообраз) существует в любом обществе, то моральное сознание, а, соответственно, и моральная оценка поступков, возникает на определенном, причем весьма высоком этапе развития человечества. Одним из первых провозвестников морального сознания Гегель считал Сократа. Тем не менее, общим для обоих подходов является то, что моральность так или иначе связывается с внутренними принципами человека, тогда как нравственность касается неких внешних действий и поступков. Поэтому можно сказать, что посредством морали общество оценивает не только поступки людей, но и их мотивы и намерения.  Особую роль в моральной регуляции поведения человека играет формирование в каждом индивиде способности самостоятельно оценивать свои поступки, т.е. быть способным к саморегуляции. Одна из важнейших категорий морали - совесть, выражающая собой способность личности к моральному самоконтролю, являющаяся высшим внутренним судьей человеческих поступков. Возможно ли уйти от этого внутреннего суда? На первый взгляд, нет ничего проще – ведь все, что находится внутри человеческого Я, казалось бы, ему подвластно.  Однако Канту принадлежит знаменитое учение об объективности совести, суд которой, при определенных обстоятельствах, оказывается неотвратим. Эта великая мысль, облаченная в художественную форму, оказалась лейтмотивом большинства произведений Достоевского. Тем самым, мы логично переходим к обсуждению следующего вопроса – вопроса об объективности этических норм. 11.3. Проблема объективности моральных и нравственных норм. Это – один наиболее трудных вопросов всех этических теорий. Действительно, в отличие от изучаемых различными науками позитивных законов объективного мира, действующих независимо от воли и желания людей, все этические законы являются императивами, т.е. указывают, как должно поступать человеку. Следовательно, эти законы, по самому своему определению, предполагают возможность своего нарушения, а, значит, наблюдение за реальными фактами окружающего мира ничего не может нам сказать относительно истинности или ложности этических правил и норм. Но как в таком случае можно определить их истинность? Имеем ли мы вообще в сфере этики дело с чем-то действительно объективным, или же основу любых нравственных оценок составляют произвольно и случайно сформулированные принципы и критерии? Другими словами, должно в этой сфере любое убеждение каждого человека являться единственным мерилом, или же люди могут опираться в своих оценках поступков на что-то высшее, объективное и абсолютное?  Наиболее простое решение этого вопроса базируется на обращении к авторитету религиозных учений, в каждом из которых существует то или иное учение о праведном образе жизни (см. Тема 13). Более утонченное решение этого вопроса базируется на так или иначе обосновываемом постулате о врожденности человеку основных этических принципов (Сократ, Платон, Декарт и проч.). Весьма близок к этому подходу был и Кант, обосновавший наличие в любой человеческой душе «морального закона» и считавший его столь же объективным и человеческому произволу не подвластным, как «звездное небо над головой». У подобной точки зрения существует немало сторонников и по сей день. Другой, идущий еще от греческих софистов, подход усматривал во всех нравственных принципах лишь более или менее удачные находки человечества, полезные с точки зрения организации общественной жизни, но не более того. Так, например, принцип «не убий» сам по себе лишен какой-либо объективности, однако общества, исповедующие этот принцип, являются более жизнеспособными в борьбе за существование. Одной из разновидностей этой концепции является классовый подход к объяснению реальности этических правил и норм, возникший, в частности, в некоторых ответвлениях марксизма. Хрестоматийной здесь является работа Л.Д. Троцкого «Их мораль и наша», в которой вообще отрицается возможность существования некоей «общечеловеческой», «бесклассовой» морали, ибо, с точки зрения этого автора, любые моральные нормы так или иначе выражают интересы исповедывающих их социальных групп.  11.4. Проблема морального идеала  Проблема объективности этических правил и норм тесно связана с другим фундаментальным вопросом – вопросом о моральном идеале. Возможно ли в реальном мире жить, полностью соответствуя требованиям высших моральных принципов, или же такая жизнь является недостижимой? На этот счет также существуют различные мнения. Древние стоики (4-1 века до н.э.), например, считали этический идеал осуществимым, и даже создали целое учение о мудреце, достигшем этого состояния. Этот мудрец должен жить, всецело руководствуясь собственными принципами, следование которым не может быть нарушено никакими внешними обстоятельствами, и именно такая позиция может ему обеспечить подлинную свободу. Отсюда знаменитый афоризм этой школы: «Мудрец свободен даже в цепях». Примером такого мудреца стоики считали Сократа. Более поздние авторы были осторожнее в подобных утверждениях. Так, например, Кант принципиально отрицал возможность полной реализации в жизни этического идеала. Более того, именно с ощущением принципиальной недостижимости для обычного человека диктуемого этим идеалом образа жизни Кант связывал возникновение у людей представления о Богочеловеке, который только и оказывается способным к полной реализации этического идеала. Однако недостижимость идеала отнюдь не умаляла в глазах Канта и других философов его значимости в жизни человека. Вот как объяснял эту значимость известный русский экономист и историк социальной мысли М.И. Туган-Барановский: «Всякий идеал, - писал он, - содержит в себе нечто неосуществимое, бесконечно далекое и недоступное… Осуществленный или, что то же, осуществимый идеал потерял бы всю свою красоту, всю свою особую притягательную силу… Идеал играет роль звезды, по которой в ночную пору заблудившийся путник выбирает дорогу; сколько бы ни шел путник, он никогда не приблизится к едва мерцающему, удаленному на неизмеримое расстояние светилу. Но далекая, прекрасная звезда верно указывает путь, но ее не заменит прозаический и вполне доступный фонарь под руками. Если идеал можно сравнить со звездой, то наука играет роль фонаря. С одним фонарем, не зная куда идти, не выйдешь на истинную дорогу; но и без фонаря ночью рискуешь сломать себе шею. И идеал, и наука в равной мере необходимы для жизни» .  Тема 12. Многообразие культур 12.1. Два подхода к проблеме многообразия культур И в научных кругах, и в обыденном сознании, постоянно соприкасаются и соперничают две позиции, две точки зрения относительно природы разнообразия человеческих культур и его дальнейших судеб. Одна из этих точек зрения условно может быть названа "эволюционизмом", другая - "плюрализмом". Согласно эволюционной точке зрения, все человечество, все народы и культуры, составляющие его, развиваются по одному и тому же пути. Культурные и социальные различия между ними объясняются главным образом тем, что одни народы ушли далеко вперед, в то время как другие от них значительно отстали. Но если "отставшим" народам дать возможность самостоятельного развития, они неизбежно выработают те же культурные формы, что и "продвинутые" народы. Таким образом, историческая функция "продвинутых" народов состоит в том, чтобы помочь подтянуться "отставшим". Противоположная, плюралистическая, точка зрения на историю сводится к тому, что человечество состоит и всегда состояло из нескольких относительно независимых друг от друга цивилизаций, каждая из которых опирается на свои, присущие только ей, культурные ценности. Каждая цивилизация рождается, живет и умирает, как живой организм; и в этом отношении они проходят одни и те же стадии. В отличие от эволюционистов, сторонники плюралистического взгляда не считают, что одни культуры более развиты, чем другие - они просто разные, и взаимодействие между ними далеко не всегда способствует прогрессу; к тому же и само понятие "прогресс" большинство сторонников плюралистического взгляда не приемлет - каждая культура ("цивилизация") в конечном итоге приходит к гибели в результате внутренних причин, и не одна из них не является более прогрессивной по сравнению с любой другой. Представители эволюционного подхода: О.Конт, Дж.Спенсер, У.Ростоу, Э.Дюркгейм, и др. Представители плюралистического подхода: Н.Данилевский, П.Сорокин, А.Тойнби, О.Шпенглер, Л.Гумилев, С.Хантингтон, и др. Таким образом, различия между двумя подходами сводятся к следующим пунктам:  1) Единство культурных основ цивилизации Эволюционисты настаивают на единстве мировой цивилизации и общности принципов, лежащих в основе отдельных культур. Плюралисты акцентируют внимание на множественности цивилизаций Земли и кардинальном различии принципов, лежащих в основе их культур.  2) Стадиальность развития цивилизаций Эволюционисты считают, что каждая цивилизация - лишь стадия на маршруте общего развития человечества. В отличие от этого, плюралисты предполагают, что в истории преобладает независимое развитие цивилизаций, каждая из которых проходит одни и те же стадии.  3) Отношение к взаимодействию цивилизаций Эволюционисты рассматривают взаимодействие цивилизаций в качестве одного из основных источников развития человечества. Сторонники плюралистического подхода разделились на тех, кто подчеркивал второстепенность межкультурных контактов для развития цивилизаций (Тойнби), и тех, кто считал такие контакты бесполезными и даже губительными (Шпенглер, Гумилев).  4) Перспективы взаимопонимания цивилизаций. Согласно эволюционизму, поскольку все культуры основаны на одних и тех же принципах, взаимопонимание между ними затрудняется лишь языковым барьером, который нетрудно преодолеть. С точки зрения последователей плюрализма, эффективное взаимопонимание между цивилизациями невозможно - можно "выучить" символы, но нельзя понять их "смыслов", специфичных для каждой культуры. Принятие той или иной концепции относительно культурного многообразия в каждый конкретный момент истории, в каждой конкретной ситуации, имеет не только теоретические, но и геополитические аспекты. Например, эволюционизм может служить основанием концепции отсталости некоторых национальных культур. Плюрализм в крайних формах используется как идеологическое обоснование национальной (цивилизационной) замкнутости. Каждая из этих крайних позиций вряд ли когда-либо восторжествует окончательно - в каждой из них содержится элемент истины. Поэтому во второй половине XX в. уже не было ни чистых "эволюционистов", ни чистых "плюралистов". Социологов больше интересовали не теоретические схемы, охватывающие столетия, а то, чем именно различаются реальные культуры народов. Согласно эволюционизму, различие между культурами обусловлено тем, что разные народы (цивилизации) находятся на разных ступенях общего для всех процесса развития. Выделяется два типа обществ - "традиционное" и "современное". Основные отличия между этими типами обществ авторы концепции видели не в уровне используемых технологий, а в принципиальном различии социальной структуры и социальных процессов. В традиционных обществах основное значение для определения позиции человека имеют предписанные статусы, а в современном - достигаемые статусы. Социальные слои и группы, составляющие структуру традиционного общества, более закрыты, в то время как в современном обществе - более открыты. Как следствие - уровень социальной мобильности в современных обществах значительно выше, чем в традиционных. Наконец, современные общества основаны на высокой степени профессиональной дифференциации, против универсальности трудовых навыков, преобладающих среди населения традиционных обществ. Деление обществ на традиционные и современные приводит к концепции "модернизации". Под модернизацией в западной (прежде всего американской) социологии понимался процесс превращения аграрных и других доиндустриальных обществ в общества современные, то есть индустриальные и постиндустриальные. Предполагалось, что при этом должно происходить не только заимствование передовых (то есть западных) технологий, но и формирование социальной структуры и системы ценностей, максимально приближенных к западным (в основном американским) образцам. Попытка практического применения понимаемой таким образом модернизации в экономической и социальной политике привели к крайне негативным процессам во многих странах, в том числе и в России. Изменения ценностей и структуры общества конечно неизбежны, но они не могут происходить ускоренными темпами за счет слепого копирования западных образцов и без учета национального опыта. 12.2. Типологии культур Концепция дихотомии "традиционного" и "современного" обществ подверглась весьма жесткой критике со стороны большинства исследователей конкретных обществ. Обнаружилось два факта. Во-первых, многие "современные" а тем более "традиционные" общества не отвечают сформулированным критериям. Во-вторых, между обществами, которые все же можно с определенной вероятностью отнести к традиционным или современным, существовали и существуют очень большие культурные различия, которые не исчезают даже после смены технологической базы данного общества. Поэтому параллельно социологи и антропологи, опираясь на материалы конкретных исследований, разрабатывали более детальные типологии культур. Идея плюрализма культур, родившись еще в конце XIX в., вновь стала актуальной в 1960-е годы. Ключевая идея этого направления состояла в том, что такая типология должна быть многомерной, то есть учитывать множество параметров. Одна из классических попыток многомерной типологии культур принадлежит американским антропологам К.Клакхону и Ф.Стродтбеку. Обобщив результаты большого количества исследований, они выделили пять факторов классификации культур: 1. Отношение к природе человека (злая-добрая, изменяемая-неизменная). Культуры, в которых природа человека воспринимается как изначальный источник зла, носят более жесткий, репрессивный характер. Наоборот, культуры, в которых природа человека воспринимается как обладающая всеми качествами, либо как нечто позитивное, обладают менее жесткими нормами социального контроля и в меньшей степени ограничивают свободу личности. Если большинство людей, принадлежащих данной культуре, верят в возможность усовершенствовать природу человека, тогда они готовы тратить усилия на воспитание. Если природа человека воспринимается как нечто неизменное, тогда в лучшем случае внимание уделяется прагматическим аспектам образования; собственно воспитание, формирование личности отступает на второй план. 2. Характер взаимодействия между человеческим обществом и окружающей природной средой. Культура может быть ориентирована на подчинение стихийным силам природы (большинство так называемых "примитивных" культур) и на изменение самой культуры чтобы привести ее в соответствие с вызовом окружающей среды; на установление партнерских, гармоничных отношений с природой; наконец, на подчинение природы требованиям данной культуры.  3. Ориентация во времени - на прошлое, настоящее или будущее. Ориентация на прошлое предполагает, что идеалы данной культуры видятся в событиях и действующих лицах прошлых времен, а особым уважением пользуются предки; в культурах, ориентированных на настоящее, преимущество отдается решению актуальных повседневных проблем, вне зависимости от того, как решение этих проблем согласуется с идеалами и нормативами прошлого; наконец, в культурах, ориентированных в будущее, достижение реальных или иллюзорных целей, определенного состояния общества ("американская мечта", построение коммунизма), социального идеала.  4. Направленность человеческой деятельности - ориентация на деятельность, бытие или становление. Эта переменная в определенной степени составляет пару с переменной 2 (взаимоотношения общества и природной среды) с той разницей, что в качестве объекта деятельности рассматривается не природа, а само общество. В культурах, ориентированных на деятельность, ценится активное индивидуальное действие само по себе, вне зависимости от того, как оно согласуется с предыдущим социальным опытом; в культурах, ориентированных на бытие, критерием деятельности является ее адекватность социальным требованиям, то есть социальной среде; наконец, в культурах, ориентированных на становление, высшей ценностью является коллективное действие, направленное на изменение общества в определенном направлении.  5. Модальность взаимоотношений (референтные группы) - культуры различаются в зависимости от того, на какие группы ориентируется индивид в своей деятельности. Выделяются культуры, в которых считается правильным делать, что скажут лица, стоящие выше в социальной иерархии данного общества(линейные культуры); делать то, что считают правильным представители того же социального статуса (коллатеральные культуры); наконец, делать то, что считаешь правильным ты сам (индивидуалистические культуры). Набор параметров, предложенный Клакхоном и Стродтбеком, представлял одну из первых попыток создать основание для "горизонтальной" типологии культур, не деля культуры на "высшие" и "низшие". Эта попытка создала предпосылки для дальнейших поисков в этом направлении. Однако предложенная ими типология не лишена существенных недостатков. Прежде всего, отсутствуют четкие логические критерии различения между параметрами классификации культур. Система параметров - это скорее набросок, чем четко продуманная система, опирающаяся на теоретическую схему. Из этого факта вытекает и второй недостаток – отсутствие продуманной системы эмпирических показателей, которые позволили бы проводить исследования с целью проверки классификации. Наконец, данная схема учитывала только ценностно-нормативные аспекты, оставляя "за кадром" другие элементы культуры. II. Разработка Клакхона и Стродтбека во многом носит чисто научный характер. Последовавшие за этим десятилетия значительно усилили практический интерес к проблеме типологии культур. Этот интерес был обусловлен формированием системы транснациональных корпораций и созданием многочисленных филиалов ведущих ТНК в иных странах. Персонал филиалов формировался из местных специалистов. Это вызвало значительные трудности, связанные с управлением данными филиалами. Оказалось, что принципы управления, и шире - менеджмента - с успехом использовавшиеся в США, Великобритании и других странах, где базировались центральные офисы компаний, недостаточно эффективны в условиях других культур. Это касалось не только таких стран как Индия, Япония или Корея, но даже стран, входивших в североатлантическую цивилизацию - Франции, Испании, Финляндии, и т.д. Особенно заметно это сказывалось на компаниях, работавших в сфере высоких технологий. Одной из первых с этой проблемой столкнулась IBM - американская компания по производству вычислительной техники и программного обеспечения, с 50-х годов XX века занимавшая одну из ведущих позиций в мире. Нелишне напомнить, что рубеж 70-80-х годов - это как раз тот период, когда происходил переход к массовому производству персональных компьютеров - принципиально новой ступени в развитии информационных технологий. Руководство компании поставило перед голландским исследователем (психологом) Гирдтом Хофштедом задачу по разработке типологии национальных культур, которая позволила бы учесть факторы, наиболее существенные с управленческой точки зрения. В конце 60-х - начале 70-х годов коллектив, возглавляемый Г.Хофштедом, провел исследование в нескольких десятках филиалов компании IBM, расположенных более чем в 50 странах.  К настоящему времени по методике, разработанной Г.Хофштедом, проведены исследования в более чем 100 странах. В отличие от анализа Клакхона и Стродтбека, исследование Хофштеда опиралось на стандартизованное интервью. Бланки интервью были разработаны на основе методик традиционных этнологических и социально-психологических исследований. В ходе исследования было выявлено 4 параметра, по которым можно классифицировать культуры. 1. Индивидуализм-коллективизм - отражает, принято ли в данной культуре ориентироваться на групповые цели и интересы, или предпочтение отдается индивидуальным целям и интересам. Коллективизм нельзя путать с конформизмом - стремлением соответствовать образцам поведения, принятым в данной группе. В индивидуалистической культуре быть конформистом - значит ориентироваться только на свои интересы. Ущемление своих индивидуальных интересов в пользу интересов какой-либо социальной группы будет восприниматься как нонконформизм.  2. Дистанция власти - отражает принятый в данной культуре уровень социальной дистанции между вышестоящими и нижестоящими на лестнице социальной иерархии. Переменная отражает, насколько возможны и в какой форме протекают контакты между людьми, занимающими разные ступени социальной иерархии; в какой степени нижестоящие могут повлиять на решения, принимаемые вышестоящими, и т.д.  3. Избегание неопределенности. Этот параметр характеризует, принято ли в данной культуре действовать в соответствии с заранее заданной инструкцией и в четко определенной ситуации, или нормы и ценности культуры приспособлены к постоянно изменяющимся нестандартным условиям.  4. Мускулинность-феминность. Давно было отмечено, что мужские и женские роли во всех обществах заметно различаются. Исполнение "мужских" ролей связано с целеустремленностью, доминированием материальных факторов. Женские роли в большей степени связаны с налаживанием межличностных контактов, превалированием духовных ценностей, социальной среды общения. При этом женские роли остаются более-менее инвариантными относительно типа общества, в то время как мужские могут могут изменяться в интервале от крайней удаленности от женских до почти полного подобия. Степень мускулинности культуры измеряет, в какой степени в обществе доминируют ценности, связанные с "мужскими" ролями, и в какой степени мужские роли отделены от женских.  Факторы, с помощью которых объясняют многообразие культур: - своеобразие природной среды, в которой формируется культура;  - историческая специфика формирования, опыт взаимодействия с другими культурами;  - способ производства - соотношение производительных сил (орудий труда) и производственных отношений; - стадия развития, на которой находится та или иная культура. См. также: Программа курса по обществознанию для слушателей летних подготовительных курсов СПб ГУ-ВШЭ (специальность "социология") [Учебная программа] Weatherhead Center for International Affairs, Cambridge, US [Интернет-ресурс] Ю.С. ЮСФИН Наше общее будущее: две системы взглядов Общественные науки и современность. 2000.  № 2. С. 131-139.  [Статья] Научный междисциплинарный симпозиум "Экономика. Общество. Личность (ЭОЛ)", Москва, 24 - 28 мая 2005 г. Дедлайн заявок - 10 января 2005 г. [Конференции и семинары] МИХАИЛ БОРИСОВИЧ ГЛОТОВ Границы предмета социологии искусства [Интернет-ресурс] ВИКТОР АЛЕКСАНДРОВИЧ МАЛЬЦЕВ Понятие «мировой продукт» как экспертный и самоорганизующий инструмент развития внешнеэкономической деятельности субъектами Российской Федерации Внешнеэкономические связи. 2004.  Т. 11. № 11. С. 60-65.  [Статья] FERNAN BRAUDEL Что такое Франция? Кн. 1. Пространство и история. [Книга] Все публикации на ту же тему>>  
7 февраля

Социологические опросы в Интернете: возможности и ограничения

Шерри Тёркл одной из первых обратила внимание на те новые возможности, которые открывает для социальных исследователей повсеместное распространение Интернета. С одной стороны, это позволяет получить новый канал доступа к гражданам для проведения традиционных количественных и качественных исследований. С другой стороны, появление новых форм социального взаимодействия внутри Сети ставит вопрос о разработке алгоритмов и методов их изучения: «Виртуальная реальность бросает исследователям новый методологический вызов: каким образом, и в каких целях можно использовать методы онлайн-интервью, и стоит ли вообще это делать» [1]. Как правило, любые революционные начинания в науке, если они затрагивают проверенные годами методы и технологии, воспринимаются исследователями с заметной долей скепсиса и недоверия. Не является исключением и эмпирическая социология. Как правило, по мере развития различных методов сбора данных на Западе: от почтовых опросов к личным интервью, а от интервью – к телефонным опросам, каждая новая методология появлявшаяся с течением времени рассматривалась с опаской [2]. Подобная судьба неизбежно должна была коснуться и Интернет-опросов. Тем не менее, хотя в России в силу ее малой интернетизации, онлайновые опросы применяются по-прежнему достаточно редко, в США этот метод уже прочно занял свою нишу и постепенно продолжает распространять свое влияние на все большие и большие сферы деятельности, и, в некотором роде, определять приоритеты в мире социологических исследований. Преимущества и дополнительные возможности Интернет-исследований Эмпирические исследования, осуществляемые с помощью сети Интернет, обладают определенной привлекательностью для исследователей различных научных направлений – социологов, психологов, экономистов, политологов и других. Это, разумеется, обусловлено рядом их неоспоримых преимуществ по сравнению с традиционными формами таких исследований. К очевидным плюсам и дополнительным возможностям , которые отмечают различные авторы, проводившие исследования через Интернет, относятся следующие [3]: Технические параметры 1) Экономия ресурсов. По сравнению с традиционными формами опросов граждан (квартирными, телефонными, почтовыми и т.п.), исследования через Интернет позволяют существенно сэкономить время, деньги и человеческие ресурсы. Во многих случаях, проводя онлайн-опрос, исследователь получает возможность набрать значительно большее число респондентов и добиться при этом существенно меньшего уровня затрат. Тем не менее, для проведения онлайн-опросов всё равно потребуются определенные расходы, связанные, например, с созданием технических условий для проведения опроса – обслуживанием и эксплуатацией сервера, оплатой услуг провайдера, программистов и т.п. Однако, как правило, все эти издержки являются разовыми, в то время как предельные издержки на привлечение одного дополнительного респондента практически равны нулю. Не требуется привлечение интервьюеров, размножение инструментария и т.п. 2) Большой объем выборки. Низкий уровень материальных затрат в расчете на одного респондента позволяет, в свою очередь, при желании добиться существенно большего объема выборочной совокупности – в несколько тысяч, а потенциально, даже в несколько десятков тысяч человек. А это, как известно, снижает величину случайной ошибки измерения. 3) Быстрота опроса . Широкомасштабное и глобальное онлайн-исследование, включающее опрос нескольких тысяч человек по всему миру, можно провести в течение одного-трех дней. 4) Возможность оперативного реагирования. Интернет-опросы позволяют быстро и без дополнительных затрат изменять инструмент исследования в соответствии с новыми данными, полученными в ходе пилотажа (не требуется перепечатка тиража анкет). Даже тогда, когда основной полевой этап уже начался, после возврата первых анкет, у исследователя все еще остается возможность обнаружить недостатки опросника, оперативно их исправить и продолжить исследование уже с преобразованной анкетой. Респонденты 5) Широта охвата. Исследования через Интернет дают возможность изучать самые разнообразные социальные группы и сообщества, преодолевая государственные границы и любые географические расстояния, осуществлять межнациональные исследования. 6) Достижимость. В Сети можно опросить тех, кто недоступен для социологов в реальной жизни – никогда не пойдет на контакт. С одной стороны, это – проблемные и маргинальные группы населения – наркоманы, преступники, сексуальные меньшинства, проститутки и т.п. А, с другой стороны, наоборот, высоко обеспеченные граждане и люди обладающие высоким социальным статусом. 7) Нацеленность. Возможность ориентации на специфические выборки, привлечение людей с конкретными, специфическими интересами. Как правило, добиться этого исследователю позволяет приглашение для участия в интервью респондентов из определенного тематического форума, чата или телеконференции. Характер коммуникации 8) Релевантность (самостоятельность) . При проведении Интернет-опросов отмечается значительно более низкий уровень влияния исследователя (интервьюера) на респондента. Соответственно, в ответах респондентов реже встречаются социально одобряемые, социально желательные варианты ответа, нежели в ситуации беседы с интервьюером «лицом к лицу». Кроме того, отмечается, что при ответах на открытые вопросы по электронной почте люди дают более подробные и развернутые ответы, нежели при традиционном анкетировании, а значит, исследование в Интернете, позволяет получить достаточно полную и содержательную информацию при проведении качественных исследований. 9) Высокий уровень доверия. Возможность ответов на анкету без непосредственного контакта с интервьюером позволяет добиться от респондентов более высокого уровня доверия. При участии в онлайн-опросах люди, как правило, выражают свои мысли более искренно и откровенно. Причинами этого, помимо собственно анонимности среды, в которой протекает опрос, является специфическая культура Интернет-пользователей – любознательность, взаимовыручка и готовность прийти на помощь своему собеседнику. В обычной ситуации, как бы интервьюер ни убеждал человека в анонимности и конфиденциальности полученной информации, все равно, добиться полной откровенности от него будет невозможно. Эта анонимность, по сути, является мнимой, особенно в ситуации квартирных опросов, когда фиксируется адрес респондента и его телефон (а это необходимо делать для осуществления контроля работы интервьюеров). В Интернете, благодаря высокой анонимности, п роще привлечь потенциального респондента к участию в опросе. Точно также и исследователю анонимность позволяет задавать такие вопросы, которые он не смог бы задать в ходе личного интервью. 10) Широта охвата предметных полей. Интернет предоставляет исследователю возможность изучать с респондентами деликатные и закрытые для публичного обсуждения темы: киберсекс, измены супругу, финансовые вопросы, детские болезни и т.п. Большинство людей не согласилось бы обсуждать такие темы в ходе личной беседы с интервьюером. Напротив, в Сети готовность людей принимать участие в интервью и раскрывать многие интимные детали своей личной жизни, достаточно высока. В то же время возможно изучение глобальных проблем, интересующих население планеты. 11) Организационная гибкость. Респондент сам выбирает время и место заполнения анкеты, он находится в своих естественных условиях, в привычной для него среде. Контроль проведения опроса 12) Строгая логика проведения опроса. Специальное программное обеспечение позволяет добиться исключения традиционных ошибок, характерных для интервьюеров, например, зачитывания ими скрытых подсказок, таких как «затрудняюсь ответить». Соблюдается точность переходов от вопроса к вопросу. Последующий вопрос не может быть задан, если не получен ответ на предыдущий. Кроме того, в случае необходимости, существует возможность размещения вопросов на веб-странице как списком, так и по одиночке; в определенном или в случайном порядке. 13) Оперативный контроль по ходу заполнения анкеты. Интернет предоставляет исследователю дополнительные возможности программного контроля над заполнением анкеты. Становится возможным выявление логических противоречий в ответах респондента и их исправление, решение проблемы неполных ответов. Специальная программа будет проверять заполнение всех полей в анкете и в случае необходимости напоминать о том, что необходимо ответить на все вопросы. Дополнительные возможности 14) Использование элементов мультимедиа и гипертекста. Интернет позволяет использовать не только текстовые, но также и звуковые или видео-опросники, когда вопросы воспринимаются респондентами еще и на слух, а не только прочитываются с экрана компьютера. Здесь возможно осуществить оригинальное оформление анкеты, используя богатую цветовую палитру, изображения, анимацию и т.п. Респонденту может быть предварительно предоставлена для ознакомления музыкальная, графическая или видео информация, а затем исследовано его мнение относительно прочитанного, увиденного, услышанного. 15) Возможность последующей коммуникации с респондентами. Например, ознакомление их с результатами проведенного исследования с возможностью последующего критического разбора и внесения дополнений. Наличие «обратной связи» позволяет дополнительно стимулировать людей к участию в опросе. 16) Возможности автоматического сбора дополнительной информации о респондентах (тип провайдера; IP ‑адрес компьютера; используемое программное обеспечение; возможно, адрес электронной почты респондента, время заполнения опросника, место жительства и т.п.): «Каждая система онлайновых опросов имеет видимую часть, предъявляемую респондентам, и скрытый от посторонних наблюдателей механизм, предопределяющий рабочие свойства этой системы. Мотор системы – ее программное обеспечение. От него зависит то, каким образом накапливается и эксплуатируется респондентская панель. … Эта “подводная” часть является “секретным оружием” каждой компании, ее know how»[4]. 17) Автоматическая письменная фиксация данных и автоматическая обработка анкет. В случае онлайн-интервью вся беседа между исследователем и респондентом фиксируется в письменном виде. Полученный транскрипт можно сохранить в виде текстового файла, и затем использовать при обработке и анализе данных: осуществлять поиск по ключевым словам, цитировать – переносить фразы в отчет, не боясь ошибиться и т.п. Программное обеспечение позволяет автоматически преобразовывать полученные от респондентов ответы в массив данных, готовых к обработке с помощью специальных статистических методов. Это сберегает рабочее время и снижает вероятность возможных ошибок. Недостатки и ограничения Интернет-исследований Такое большое число достоинств, по истине уникальных и не присущих больше ни какому другому виду социологических исследований, должны были бы сделать онлайн-опросы одним из наиболее распространенных методов изучение общественного мнения. Однако эти методы обладают рядом существенных ограничений и недостатков, которые не позволяют использовать их повсеместно и заменить ими «традиционные» квартирные, телефонные и почтовые опросы. Часть этих недостатков может быть устранена в ближайшем или отдаленном будущем, с остальными, видимо, придется мирится. Для некоторых исследований эти ограничения являются критическими, в других – ими можно пренебречь. К основным недостаткам и ограничениям социологических исследований через Интернет относят следующие [5]: Смещения выборки 1) Отсутствие репрезентативности. Одна из наиболее серьезных проблем Интернет-исследований заключается в том, что выборка, составленная из пользователей всемирной компьютерной сети, нерепрезентативна по отношению к генеральной совокупности – жителям исследуемого региона в целом. Как было показано ранее, во второй главе, социально-демографическая структура пользователей Интернета кардинальным образом отличается от структуры российского населения в целом: здесь преобладают мужчины, молодежь, люди с высшим образованием, специалисты, высоко обеспеченные граждане, жители больших городов. Более-менее свободный доступ к Интернету имеют сейчас лишь около 10% населения страны. Очевидно, что результаты, полученные на основе опроса этих граждан, будут заметно отличаться от мнения остальных, поэтому величина систематической ошибки измерения здесь крайне высока. О том, насколько сильно аудитория российского Интернета отличается от населения России в целом, можно судить по результатам акции «Накликай Думу» проводившейся осенью 2003 году в преддверии выборов в Государственную Думу. Данная акция была подготовлена и организована популярными Интернет-изданиями «Газета.ru», «Лента.ru», «Newsru.com» и «Утро.ru». В голосовании приняли участие свыше 50 тысяч пользователей Рунета. При этом о своих электоральных предпочтениях, помимо аудитории четырех СМИ-организаторов акции, высказались пользователи порталов: Rambler, Mail.ru, KM.ru, подписчики службы рассылок Subscribe.ru, читатели Известий.ру и слушатели радиостанции «Эхо Москвы». Голоса, поданные пользователями, распределились следующим образом: «Союз правых сил» – 25,2%, «Яблоко» – 16,1%, «Единая Россия» – 10,8%, «Родина» – 8,8%, КПРФ и ЛДПР – по 5,7% [6]. С другой стороны, проведенный примерно в эти же сроки (21‑23 ноября 2003 г.) по общероссийской репрезентативной выборке опрос Фонда «Общественное мнение» ( N =3000) показал следующие результаты: «Единая Россия» – 25%, КПРФ – 14%, ЛДПР – 7%, «Союз правых сил» – 4%, «Яблоко» и «Родина» – по 3% [7]. В результате, две партии, являвшиеся лидерами в предпочтениях пользователей Интернета – «Союз правых сил» и «Яблоко», вовсе не попали в Государственную Думу: за них на выборах 7 декабря 2003 г. проголосовало лишь 4,0% и 4,3% российских избирателей, соответственно. А победителями стали «Единая Россия» – 37,6%, КПРФ – 12,6%, ЛДПР – 11,5% и «Родина» – 9,0%. Таким образом, политические предпочтения аудитории Интернета кардинальным образом отличаются от предпочтений населения в целом, поэтому есть высокая вероятность, что и по другим важным вопросам мнение пользователей Сети не будет совпадать с мнением всех российских граждан. 2) Стихийность выборки. Как правило, на анкету, размешенную в Интернете на веб-сайте или рассылаемую по электронной почте, отвечают добровольцы – то есть те граждане, кто сам этого хочет, кто заинтересовался темой опроса – наиболее активные и любопытные Интернет-пользователи. Таким образом при формировании выборки чаще всего используется «метод самоотбора». Это еще больше осложняет возможность контролировать соответствие между выборочной и генеральной совокупностью. О тсутствует возможность отслеживать индивидов, которые читали вопросник, но по тем или иным причинам не заполнили его. Тем не менее, следует заметить, что в настоящее время и в опросах «лицом к лицу» число отказов от участия в интервью возросло настолько сильно, что составляет более половины всех обращений интервьюера. Поэтому и здесь трудно уже говорить о какой-либо репрезентативности полученных данных. 3) Охват аудитории. Даже если мы определили генеральную совокупность нашего опроса как Интернет-пользователей и не интересуемся мнением остальных граждан, мы можем получить смещенные результаты. Здесь опасность смещения выборки заключается в возможности сужении её до части аудитории какого-либо одного сайта, на котором размещен опросник (если, конечно, речь не идет о формировании какой-либо специфичной выборки). Есть несколько способов избежать подобных смещений. А. Жичкина упоминает три из них: 1) проведение исследования на сайте с достаточно широкой аудиторией (крупные Интернет-порталы, бесплатные почтовые сервисы или поисковые сайты), либо 2) помещение опросника на разные сайты с разными аудиториями, либо 3) баннерная реклама проводящегося опроса (а также анонсирование исследования в других СМИ – прессе, радио и т.п.). 4) Подвижность, изменчивость социального пространства в Интернете . В форумы, телеконференции, чаты постоянно приходят новые люди, в то время как кто-то из старых участников уходит на время или навсегда. Частая смена электронных адресов приводит к тому, что человека можно потерять. Дезинформация исследователя 5) Неоднократное участие в опросе. При проведении анонимных Интернет-исследований существует проблема с установлением факта уникальности участия человека в опросе. Некоторые респонденты могут принимать участие в исследовании по несколько раз, оказывая существенное влияние на итоговое распределение ответов. Вероятность этого повышается, если за участие в исследовании полагается материальное вознаграждение, либо участник опроса заинтересован в искажении его результатов. Например, болельщик футбольной команды, отвечая на вопрос, какой клуб станет чемпионом в этом году, может несколько раз голосовать за свой любимый клуб. Точно также, возможно неоднократное голосование участников музыкальной группы за самих себе при проведении конкурсов на сайтах радиостанций. Множественность электронных адресов позволяет одному и тому же человеку несколько раз заполнить анкету, маскируясь под различными именами. Соответственно, необходима идентификация респондента, запрещающая возможность многократных ответов на анкету с одного и того же компьютера. Чтобы избежать повторного участия в опросе одними и теми же людьми, применяется идентификация IP‑адреса компьютера, с которого заходит респондент (в этом случае, однако, из выборки «выпадают» респонденты, которые могут зайти с этого же IP-адреса). Идентификация и контроль осуществляется с помощью специальных файлов cookies. Также в дополнение к идентификации IP-адреса часто организуется доступ к электронной анкете с использованием уникальных кодов, паролей и т.п.. Хотя эти меры не всегда оказываются действенными на 100% (если есть желание пройти опрос еще раз, это можно сделать это с другого компьютера или пройти повторную регистрацию под другим именем и используя другой пароль), тем не менее, эти они снижают вероятность повторного участия в исследовании. 6) Отсутствие данных о генеральной совокупности. В большинстве случаев отсутствуют надежные данные о социально-демографических параметрах генеральной совокупности – людей, которые потенциально могут принять участие в опросе. Например, информация об участниках определенного форума или чата, среди которых может рассылаться анкета. Велика вероятность намеренного искажения информации. Все данные о себе (пол, возраст, образования) участник сообщает только в том случае, если считает нужным. При этом, здесь не исключена и умышленная дезинформация, например, достаточно часто практикуемая «смена пола». Задача верификации данных чрезвычайно затруднена. 7) Намеренное искажение данных. Трудно оценить степень достоверности полученных в ходе онлайн-исследования результатов – добросовестность заполнения опросника, искренность респондентов и т.п. Индивид может давать ложные или произвольные ответы на вопросы с целью позабавиться или посмотреть, что из этого получится. 8) Возможность враждебных действий. Программное обеспечение, используемое для проведения Интернет-опросов, может быть подвержено умышленному нападению, «взлому» со стороны компьютерных хакеров. Это происходит тогда, когда какая-либо конкурирующая сторона заинтересована в искажении результатов исследования или его срыве. Чаще всего такие «взломы» происходят при проведении опросов, связанных с политической или коммерческой тематикой, когда одному из кандидатов или определенной торговой марке умышленно «разгоняется» рейтинг. Технические ограничения 9) Ограниченная длина опросника. Как правило, Интернет-пользователи – это люди, дорожащие своим временем. Поэтому их трудно уговорить к участию в длительном интервью. Анкеты, размещаемые на главных страницах веб-сайтов, содержат обычно от одного до трех вопросов. Если индивид согласился ответить на более подробную анкету, все равно, достаточно рискованно включать в неё более 20‑25 вопросов. 10) Контроль по ходу заполнения. Не всегда возможно в ходе проведения онлайн-опросов ограничивать время заполнения анкеты (если это требуется) и отслеживать количество исправлений в ответах. 11) Коммуникационные проблемы. Возможна неверная интерпретация респондентами отдельных вопросов анкеты, ошибки в переходах и заполнении таблиц, искажение информации, неадекватное реагирование, пропуски отдельных вопросов – все ошибки, характерные и для обычного анкетирования. Точно также и исследователь может неверно интерпретировать ответы респондентов в тех случаях, когда они приходят к нему в письменном виде. Поэтому требуется в сложных случаях переспрашивать и уточнять, правильно ли был понят тот или иной ответ респондента. 12) Индивидуальные параметры системы. На восприятие пользователем текстового и, особенно, графического материала значительное влияние может оказывать тип программного обеспечения, установленного на компьютера, где происходит заполнение анкеты. Различные Интернет-браузеры могут отображать одну и ту же веб-страницу по-разному. Внешний вид анкеты будет зависеть от того, какой у пользователя монитор, каково разрешение экрана (число отображаемых пикселей по горизонтали и вертикали), какая стоит видеокарта и звуковая карта и т.п. Интересные результаты зондажа, проведенного Эми Харвей в период с января 1997 года по октябрь 1998 года, приводит в своей работе Б. Докторов: «Было опрошено 38 американских исследователей рынка из небольших и средних аналитических, консалтинговых и образовательных организаций. 74% опрошенных не обладали никаким опытом проведения сетевых опросов, и такая же часть респондентов сказала, что их компании истратили на web-исследования десять или меньше процентов их годового бюджета. Что сдерживало? Более половины (58%) указали на невозможность репрезентировать анализируемую совокупность и слабость контроля выборки, 40% – были обеспокоены проблемой обеспечения конфиденциальности опроса, каждый пятый отметил низкое качество данных и отсутствие хороших списков электронных адресов, 16% – невысокий уровень кооперативности потенциальных респондентов. Тем не менее, все признали перспективность онлайновых опросов. Половина опрошенных полагала, что в течение следующих 12 месяцев они проведут до пяти опросов, и четверть – планировала осуществление 11 и более сетевых исследований» [8]. Тематика онлайновых опросов Говоря о специфике онлайновых опросов, мы подразумеваем, прежде всего, их сходства и различия по сравнению с традиционными методами исследований. Как отмечает Б. Докторов, новая опросная схема нова лишь отчасти, она не родилась из ничего, и является логическим и технологическим продолжением всех (многих) начинаний и достижений опросной методологии. Некоторые элементы этой измерительной цепи уникальны и не имеют аналога в уже десятилетиями апробированных опросных процедурах, а остальные являются современной «копией» давно известного образца. По своей технологии и организации новый онлайновый опрос наиболее близок к самой старой схеме массовых опросов – почтовому анкетированию [9]. Несмотря на низкий уровень интернетизации российского населения, уже сейчас можно сказать, что существуют такие ситуации, в которых использование Интернет-опросов может оказаться более эффективным по сравнению с «традиционными» методами исследований. В первую очередь следует говорить об исследованиях, проводящихся в «качественной» методологии, так как облегченная возможность доступа к труднодостижимым группам, б о ¢ льшая откровенность респондентов, письменная фиксация текста – это то, чего в «реальной жизни» получить практически невозможно. Тем не менее, Интернет активно используется исследователями и для получения количественных данных, предполагающих их последующую статистическую обработку. Здесь использование Сети также оказывается достаточно эффективным, когда речь идет о некоторых специфических исследовательских целях и задачах. Например, в тех случаях, когда необходимо: 1. Использование мультимедийных средств – графики, видео и аудио изображений, как это бывает, при тестировании рекламных проспектов или видеороликов. 2. Исследование динамики какого-либо явления – например, узнаваемости и предпочитаемости определенного продукта или торгового бренда. Возможен анализ эффективности проведения рекламной кампании на определенном веб-сайте. Интернет-опросы во многих случаях позволяют получить ценную информацию о качественных тенденциях в поведении пользователей Сети. 3. Исследование труднодоступных категорий населения: - детской и юношеской аудитории (дети, подростки и студенты в большинстве своем являются активными пользователями Интернета, поэтому здесь возможны любые исследования, затрагивающие молодежную тематику); обеспеченных граждан, знаменитостей, политических деятелей; девиантных групп и слоев: наркоманов, преступников, проституток и т.п. 4. Изучение людей, имеющих специфические интересы, либо обладающих уникальными свойствами и характеристиками: российских эмигрантов в западных странах; поклонников итальянской оперы; коллекционеров бабочек; глухонемых граждан и т.п. 5. Изучение категорий граждан, имеющих большую территориальную разбросанность по стране или даже по всему миру. 6. Проведение исследований (в том числе маркетинговых) по тематике, непосредственно связанной с Интернетом, компьютерами, программным и техническим обеспечением, а также информационными технологиями в целом. Такими темами могут являться: виртуальные сообщества, самопрезентация людей в Интернете; киберсекс; Интернет-магазины и их посетители; использование модемов (известность марок, предпочтения и т.п.), компьютерных комплектующих, компьютерных программ. 7. Проведение исследований на сензитивные темы, в которых необходимо строжайшее соблюдение анонимности респондента: деньги (доходы, сбережения); секс, интимная сфера; болезни; антиобщественная деятельность.   [1] Turkle Sh. Life on the Screen: Identity in the Age of the Internet. 1995. P. 324. [2] См. Докторов Б. Онлайновые опросы: обыденность наступившего столетия // Телескоп. 2000. №4. [online]. [3] См. Жичкина А.Е. Теория, практика и методология опросов в Интернет. [online]; Coomber R. Using the Internet for survey research // Sociological Research Online. 1997. Vol. 2, No. 2. [online]; Hamman R. The application of ethnographic methodology in the study of cybersex // Cybersociology Magazine. 1997. No. 1. 10 Oct. [online] и др. [4] Докторов Б. Указ. соч. [5] Там же. [6] Результаты третьего раунда акции «Накликай Думу!». [7] Петрова А. Электоральная динамика. [8] Harvey A. What researchers think about online research [online]; цит. по : Докторов Б. Указ. соч. [9] Докторов Б. Указ. соч.Д.О.Стребков Материалы Интернет-конференции Социология и Интернет: перспективные направления исследования  
14 июня, 2016 г.

Специфика общения в Сети

Одну из основных формирующих современной культуры общения представляет собой общение с помощью Интернет. Преимущественно это –игровое общение, дающее возможность саморепрезентации любому, подключившемуся к сети. Игровое общение, как правило, создает прецедент безысходности, — выход из рамок игры обнаруживает в «реале» искаженное представление о собеседнике, вскрывающее стереотип виртуальной саморепрезентации. Подобная саморепрезентация онтологически присуща психологии человека, и ее случаи неоднократны в истории. Попытаемся классифицировать виды игрового общения в сети, найти аналогии подобного явления в доинтернетной истории саморепрезентации (в исторических мистификациях), выделить некоторые особенности визуализации транслируемой при таком общении информации. Основные виды игрового общения в сети Наиболее популярным является общение между незнакомыми в «реале» пользователями, представляющимися друг другу в том качестве, в каком диктует их собственная фантазия. Такое общение обычно провоцируется одним из пользователей в попытках самореализации себя, как личности, в пространстве виртуальной реальности. Причина подобной провокации обычно кроется в невозможности репрезентовать себя в «реале». Характерным примером такого вида саморепрезентации служит творчество поэтессы серебряного века Черубины де Габриак. Безызвестная, но талантливая поэтесса Елизавета Ивановна Дмитриева нашла своего, выражаясь современным языком, имиджмейкера в лице Максимилиана Волошина. Он придумал ей новый образ, новое поэтическое кредо, потребное в литературной среде того времени, что помогло ей реализовать себя. Марина Цветаева так писала об этом в воспоминаниях «Живое о живом»: «Жила была молодая девушка, скромная школьная учительница Елизавета Ивановна Димитриева, с маленьким физическим дефектом – поскольку помню – хромала <…>. В этой молодой школьной девушке, которая хромала, жил нескромный, нешкольный, жестокий дар, который не только не хромал, а, как Пегас, земли не знал. Максимилиан Волошин дал этому дару землю, то есть поприще, этой безымянной – имя, этой обездоленной – судьбу. <…> Максимилиан Волошин знал людей, то есть знал всю их беспощадность, ту – людскую, и, особенно, мужскую – ничем не оправданную требовательность, ту жесточайшую несправедливость, не ищущую в красавице души, но с умницы непременно требующую красоты, – умные и глупые, старые и молодые, красивые и уроды, но ничего не требующие от женщины кроме красоты. <…> Как же быть? Во-первых и в-главных: дать ей самой перед собой быть, и быть целиком. Освободить ее от этого среднего тела –физического и бытового, – дать другое тело: ее.<…>Какое же у этой души должно быть тело? Кто, какая женщина должна, по существу, писать эти стихи <…>?» И далее идет описание того, как нужно представить себя окружению, представить виртуально, потому что в действительности это не достижимо: «Нерусская, явно. Красавица, явно. Католичка, явно. Богатая, о, несметно богатая, явно (Байрон в женском обличии, но даже без хромоты), то есть внешне счастливая, явно, чтобы в полной бескорыстности и чистоте быть несчастной по-своему». Итак, был придуман имидж – такой нужно было стать, чтоб реализоваться. Аналогом современного чата, программ ICQ или сайтов, подобных www.stihi.ru, www.proza.ru, www.livejournal.com, да и элементарных персональных страниц, как места репрезентации, в данном случае выступила редакция журнала «Аполлон», в которую стали приходить письма со стихами. Стихи отображали талант и красоту несуществующей женщины – Черубины де Габриак, они писались Дмитриевой под руководством Волошина. Стихи очаровывали и влюбляли в виртуальную красавицу. Как пишет М. Цветаева «И вот началась эпоха Черубины дэ Габриак. Влюбился весь «Аполлон».» Слава Черубины была недолгой, вскоре ее подлинное лицо было раскрыто и о ней постепенно забыли. Но ее талант позволил, пусть на время, репрезентовать себя так, как того хотелось. Искусство по своей сути предоставляет возможность для подобной виртуальной саморепрезентации. Но как репрезентовать себя тем, кто не обладает талантом Черубины или не находит своего Волошина и не может реализовать себя вне виртуальной среды, каковой являлась редакция журнала? На помощь пришел Интернет, где можно облачать себя в любой образ, анонимно знакомиться при этом, не изощряясь творческими изысканиями, жить другой жизнью. Еще одним видом игрового общения является общение между пользователями, знакомыми в реале, анонимно инициированное одним из пользователей (так чтобы второй пользователь не догадался, с кем именно общается) с целью донесения какой-либо информации до второго пользователя или вызова на откровенность. Причиной розыгрыша такой мистификации может быть как комплекс неполноценности, так и (при отсутствии комплекса) тривиальное намерение скрыть собственное авторство в целенаправленном общении. Примером данного вида общения служит история Сирано де Бержерака, влюбленного в свою кузину Роксану, и комплексовавшего из-за длинного носа. Сирано предпочел сделать признание в любви, использовав красавца офицера де Нёвиллета для озвучания собственных стихов, навеянных чувством к возлюбленной. Нёвилетт выступает здесь в роли транслятора, аналогом которого является интернет-маска, создаваемая современными пользователями для общения с объектом, выбранным в «реале». И снова интернет упрощает задачу саморепрезентации. Если Сирано возвел свое признание в любви до изощренного преподнесения стихов (какой смысл было делать обыкновенное признание через транслятора?), то современному пользователю достаточно лишь придумать образ анонимного транслятора и выйти в сеть под его маской, при чем форма подачи информации, обусловленная как бы личным общением, может быть самой прозаической. Примером репрезентации такого рода в доинтернетной истории также служит мистификация, связанная с написанием Д. Дидро «Монахини», произведения, которое обычно оценивается, как антиклерикальное. Между тем, история создания этого произведения напрямую отсылает нас к рассматриваемому виду общения в интернете: «Дидро в сорок семь лет разыгрывает необычайную шутку, заставляя маркиза де Круасмара поверить, что некая юная и несчастная монахиня добивается его протекции. В течение нескольких месяцев он пишет растроганному маркизу письма, подписывая их именем этой несуществующей женщины. «Монахиня» — плод мистификации»[1]. Дидро инициировал переписку, обезличив себя под маской монахини. На основе этой переписки родилось художественное произведение, являющееся плодом виртуальной саморепрезентации. В сети также распространено общение под разными «никами», когда один человек общается в одном и том же чате или на одном и том же форуме под разными псевдонимами, позиционируя себя в различных ролях. Примером такого явления вне сети может служить биография известного французского писателя Ромена Гари. В 1956 году Ромэн Гари получил высшую литературную награду Франции — Гонкуровскую премию — за роман «Корни неба», его фильмы имели огромный успех. Постепенно он понял, что ему надоело быть Роменом Гари, мэтром, которого уважают, но от которого не ждут уже ничего нового, и стал лелеять мечту о другой литературной биографии, о создании, сотворении, рождении другого писателя — молодого, со свежим голосом, не похожим на его собственный. Был «выдуман» новый писатель — Эмиль Ажар, от имени которого писались произведения. В 1975 году — Эмилю Ажару была также присуждена Гонкуровская премия за роман «Жизнь впереди». Гари не стал раскрывать мистификацию и от второй Гонкуровской премии отказался, попросив своего племянника выдать себя за Эмиля Ажара. Из-за потрясения с Гонкуросвкой премией племянник попал в психиатрическую больницу, а сам Гари не сумел выдержать спровоцированного им раздвоения писательской роли, в результате чего покончил жизнь самоубийством. Ромэн Гари застрелился в 1980 году. В статье «Жизнь и смерть Эмиля Ажара», вышедшей после гибели Гари, он писал: «Меня изгнали из моих владений. В созданном мною мираже поселился другой. Материализовавшись, Ажар положил конец моему призрачному существованию в нем. Превратность судьбы: моя же мечта обернулась против меня»[2]. Подобная мистификация была вызвана творческими исканиями писателя, в то время как общение в сети нередко априори провоцирует подобные репрезентации, — ресурсы большинства сайтов доступны только после прохождения регистрации, для которой нужно придумывать «ники» и представлять себя описанием внешности или характера[3]. Наиболее распространенным является общение между пользователями, знакомыми в реале и не скрывающими это знакомство в виртуальном пространстве. Такое общение напоминает обыкновенную переписку или общение по телефону, но в измененной форме. Специфика такого общения заключается в режиме реального времени (в отличие от почтовой переписки), в возможном сопровождении визуальными приложениями в виде файлов, смайлов или интернет-ссылок на обсуждаемую тему (в отличие от общения по телефону), а также в особенностях электронного письма (об этом ниже). Причиной подобного общения может быть как отсутствие объективной возможности «живого» общения, так и нежелание/неумение общаться в реальной жизни. Аналогией общения такого рода в доинтернетную эпоху является, например, переписка Корнея Чуковского со своей дочерью Лидией Чуковской[4], переписка Макса Фриша и Фридриха Дюрренматта, переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским, отмеченные противостоянием или психологической коллизией. Примером в данном случае может послужить также любая переписка между людьми, разделенными расстоянием или психологическим барьером. Таким образом, рассмотрев основные типы общения в интернете и сравнив их с примерами подобного общения в доинтернетную эпоху, можно заметить, что интернет, потакая психологическим интенциям человека, лишь расширил возможность общения, сделал общедоступным даже те его виды, которые раньше были доступны лишь избранным, одаренным творческим талантом людям, не привнося новизны в содержательную часть. Форма передачи информации в сетевом общении Интернет, как средство передачи информации, не меняя сущности, содержательной части, меняет форму передачи. Электронное письмо – это прежде всего измененная форма стилистики изложения. Если набор текста осуществляется в режиме реального времени без редактирования, естественным образом появляются опечатки, связанные с переключением раскладки клавиатуры на разные языки или с непопаданием на нужную клавишу. Такие опечатки нередки и в случае их частого появления, они попадают в разряд узнаваемых, закрепляются в обиходе электронного языка как общепринятые. Наиболее употребляемые среди них: З.Ы. или ЗЫ. Написание «P. S.» с непереключенной раскладкой клавиатуры; Лытдыбр, транскрибированное lytdybr. Написание слова «дневник» с непереключенной раскладкой клавиатуры[5]. В электронном письме можно также заметить тенденцию к аббревиатурам, транскрибированию и сокращению наиболее употребляемых слов и выражений (в русскоязычном электронном письме происходит адаптация иностранных слов и выражений), приведем наиболее яркие примеры: E -tailer – розничный торговец в Интернете, произошло от «retailer» - розничный продавец. К ключевому слову добавлена приставка «е». Подобным образом появились слова: e-mail – электронная почта, e-commerce – коммерция в интернете, e-zine – электронный вариант журнала или периодического издания[6]; ИМХО - транскрибированная аббревиатура, акроним, от англ. «in my humble opinion» - по моему скромному мнению;СПАМ – транскрибированная аббревиатура от англ. «spiced ham» - ветчина со специями – сомнительная реклама, рассылаемая по электронной почте. ЖЖ - аббревиатура перевода англ. «Live Journal» - (живой журнал) дневник; ФАК - транскрибированная аббревиатура от англ. «F. A. Q. - frequently asked questions» - наиболее часто задаваемые вопросы; Трафик – транскрибированное англ. «traffic», транспорт перевозка - объем информации, поступающей по сети; Бла - транскрибированное англ. «blah» - чепуха; Респект - транскрибированное англ. «respect» - уважение;Смайл - транскрибированное от англ. компьютерного «smiley» (smile - улыбаться) - значок, выражающий эмоцию; Субж или Сабж - транскрибированное сокращение от англ. «subject» - тема сообщения; и проч. Это лишь немногие примеры компьютерного новояза, определенная часть из них уже приобрела официальный статус, остальные употребляются на уровне сленга. Но формирование подобных слов продолжается как в иностранных, так и в русском языке. И для неопытного пользователя тексты с включениями подобных слов могут выглядеть, как тексты на чужом языке. Таким образом, язык общения очень быстро обновляется, насыщаясь редуцированными, транскрибированными иностранными словами, что приводит к возникновению новой семиотической системы. Еще одной особенностью электронного письма является визуализация текста. Как писалось выше, электронный текст допускает сопровождение визуальным рядом. Это не только вариации графического изображения текста — в этом нет новизны, поскольку графика текста –явление не новое: поэты и писатели нередко прибегали в эмоциональном усилении своих произведений к подобным графическим вариациям. Например, Аполлинер в сборнике «Калиграммы» располагал строки стихов определенным рисунком, М. Павич расположил свой роман «Хазарский словарь» графически в форме словаря и проч. Визуализация электронного текста — это прежде всего сопровождение текста гиперссылками. Здесь опять же нужно указать на то, что гиперссылка, по смыслу в тексте не нова, гипертекст — это структура энциклопедии, или же обыкновенная книга с вынесенными ссылками на другие тексты. Гипертекст в художественной литературе — это насыщение текста аллюзиями, пример - Тексты Х. Борхеса, В. Пелевина и проч. В чем же специфика электронного гипертекста ? «Ссылка в гипертексте — это “материализовавшаяся” коннотация, аллюзия в тексте обычном. Такая, как выражаются структуралисты,синтагматизация парадигматических связейесть не что иное, как живое воплощение провозглашенного Эко вслед за Маклюэном процесса смены “гутенберговой цивилизации” “цивилизацией образа”: аллюзии и намеки огрубляются, визуализируются, вытаскиваются на поверхность»[7]. Главной характерной чертой гипертекста, по определению Теодора Нельсона[8], является отсутствие непрерывности — прыжок: неожиданное перемещение позиции пользователя в тексте[9]. То есть, специфика формы электронного текста заключается в возможности делать включения гиперссылок (и использовать их) в режиме реального времени, а также в общедоступности данного процесса. Таким образом, электронное общение по своей сути развивает интенции общения в доинтернетную эпоху, как по содержанию, так и по форме. Интернет лишь делает общедоступным те виды общения и саморепрезантации, которые раньше были доступны избранным, способным самим инициировать виртуальную среду, переводя их в более быстрый режим, и формируя новую семиотическую систему. [1] Милан Кундера. Семьдесят три слова. "Урал", №5, 2001 [2] Материалы сайтов http://knigy.narod.ru/books/plus/Untitled-2.htm, http://www.peoples.ru/art/literature/prose/roman/gary/ [3] Примеры www.livejournal.com, www.proza.ru, www.kozanostra.ru [4] Чуковский К., Чуковская Л. Переписка: 1912–1969. Новое литературное обозрение, 2003. – 592 с. [5] Слово «лытдыбр» вошло в язык пользователей сайта http://www.livejournal.com/ [6] Подробно об этом на сайте http://www.rusyaz.ru/is/ns/index.html [7] Михаил Визель. Гипертексты по ту и эту стороны экрана. Опубликовано в журнале: «Иностранная литература» 1999, №10 [8] Теодор Нельсон – математик и философ, ввел в употребление само слово «Гипертекст». [9] http://magazines.russ.ru/inostran/1999/10/visel.html  
14 июня, 2016 г.