• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Список литературы: исследования русской формальной школы

Якобсон, Эрлих, Тодоров, Тынянов и другие

Супрематическая композиция. Малевич / ©Wikipedia

В новом выпуске рубрики «Список литературы» профессор Школы культурологии НИУ ВШЭ Ян Левченко рассказывает о лучших исследованиях русской формальной школы. 


Славянская филология в России в годы войны и революции
Роман Якобсон, Петр Богатырев

Это первое авторефлексивное (или автометаописательное — как кому нравится) исследование, написанное деятелями самой формальной школы с акцентом на деятельности лингвистов, фольклористов, диалектологов. Само соавторство этой книги символично: оба автора на момент написания книги жили в Праге, но Якобсон остался на Западе и позднее уехал в Америку, где стал самым известным русским филологом XX века и теоретиком языка с мировым именем. Богатырев в 1940 году вернулся в СССР, избежал ГУЛАГа и только во время второй волны чисток подвергся преследованиям, рутинным по тем людоедским временам.


Русский формализм. История и теория
Виктор Эрлих 

Первопроходческая книга выходца из черты оседлости Российской империи, ставшего профессором Йельского университета, ввела формалистов в американский научный оборот и заставила говорить о них как о великих предшественниках крепнущего с середины XX века структурализма в гуманитарных науках. Книжка делилась на реферат основных идей формалистов и рассказ о перипетиях движения и личных биографий его участников.


Theorie de la litterature: Textes des formalistes russes
Tsvetan Todorov (ed. & trans.)

Литературовед Цветан Тодоров, сбежавший во Францию из социалистической Болгарии, неплохо ориентировался в провинциальной славянской науке и сделал на нее ставку, чтобы войти в парижский интеллектуальный бомонд. Формалистов до того знали благодаря Клоду Леви-Стросу, который с восхищением отзывался о формальных процедурах описания у русского фольклориста Владимира Проппа. Теперь французы узнали о работах петербургских литературоведов формального направления — Шкловского, Тынянова, Эйхенбаума.

 
Russian Formalism. A Metapoetics
Peter Steiner

Одна из наиболее теоретически насыщенных, полемичных и литературно одаренных книг о русской формальной школе, созданных в американской гуманитарной науке. Питер Штайнер — тоже эмигрант, чешский еврей, человек границы, чей талант связан с органичным пониманием номадического (т. е. «бродячего», неприкаянного) характера литературной теории в XX веке. Интеллектуальную историю русской формальной школы Штайнер представил как последовательную смену фаз теории: «механизма», «организма» и «системы».


Russian Formalist Theory and Its Poetic Ambiance
Krystyna Pomorska 

Вышедшая в мятежном 1968-м году в Гааге и Париже, книга принадлежала перу жены Романа Якобсона. Польская поэтесса и историк литературы Крыстына Поморска, впоследствии ставшая американским профессором, вдохновлялась статьей Якобсона «О поколении, растратившем своих поэтов», которая была, в первую очередь, о том, как время и устроившиеся в нем негодяи довели до самоубийства Маяковского. В книге Поморской акцент был сделан на том, как тесно русская литературная наука была связана с самой литературой и как быстро эта романтическая связь завершилась. 


Estrangement Revisited. Part One (Poetics Today. International Journal for Theory and Analysis of Literature and Communication. Vol. 26, Issue 4 (2005))

Специальный выпуск журнала Poetics Today, посвященный одному (!) понятию, придуманному Виктором Шкловским, — понятию «остранение». Половина материалов сборника так или иначе касаются политических ресурсов «остранения», всю вторую половину XX века понимавшегося как сугубо литературный прием, формалистская эксцентрика, признак авангардистского эпатажа. В новом столетии оказалось, что с помощью остранения можно описывать международные отношения и правовые механизмы, риторику новостей и логику создания компьютерных программ.


Boris Eikhenbaum: Voices of a Russian Formalist
Carol Any

Ныне известная своими работами по истории русской революции, в молодости Кэрол Эни защитила диссертацию и выпустила книгу о самом старшем филологе поколения русских формалистов. Борис Эйхенбаум начинал писать до революции, долго шел к теории литературы, а всю вторую половину жизни посвятил биографии и дневникам Льва Толстого. Это позвонило ему пересидеть с любимым делом самые страшные годы террора, не потеряв старой квалификации и заслужив славу ведущего текстолога и специалиста по рукописям.


Конструкция мнимости. К поэтике «Восковой персоны»
Аркадий Блюмбаум

Небольшая, но густо и плотно написанная книга выпускника тартуского университета, редактора журнала «Антропологический форум» и тонкого знатока литературы XX века Аркадия Блюмбаума местами почти конгениальна прозе Тынянова. Это один из наиболее впечатляющих разборов сложнейшей фактуры тыняновского письма, пронизанного аллюзиями и цитатами, использующего исторический материал для дерзких проекций в современность.


Поэтика. История литературы
Юрий Тынянов

Понимая, что книгу о Тынянове советские цензоры написать не дадут, авторы комментария к тому избранных статей Тынянова фактически написали самостоятельное исследование — его объем визуально не превышал основной массив текста лишь потому, что был набран вдвое меньшим кеглем, читать который было и остается сплошным мучением. Это не помешало комментарию москвичей Александра и Мариэтты Чудаковых и их рижского коллеги Евгения Тоддеса стать прообразом современного гипертекста, большинству которых еще расти и расти, чтобы приблизиться к уровню этой беспримерной работы.


The Prison-House of Language. A Critical Account of Structuralism and Russian Formalism
Frederic Jameson

Русский формализм не обделен вниманием и со стороны крупных мыслителей эпохи постмодернизма. Ее классик, критик капитализма и теоретик неомарксизма Фредерик Джеймсон использовал доктрину формалистов для критики структурализма, демонстрируя новаторскую для начала 1970-х годов стратегию «историзации» — взгляда на явление культуры с принципиально различных точек зрения с целью установить его возможный, а не только декларируемый генезис. В итоге именно формализм у Джеймсона становится источником заблуждений относительно природы языка, которые только углубляются в структурализме и нуждаются в критической рефлексии.

IQ

Автор текста: Левченко Ян Сергеевич, 24 марта